Страница 21 из 29
С желанием утешения поставлено у Апостола в связи желание утверждения в вере и жизни по вере — не случайно, а потому, что первое невозможно без последнего. Кто не тверд в вере и в жизни неисправен, тот не жди утешения в скорбных обстоятельствах. Оно источается из свидетельства совести, что ты пред Богом прав и что, если страждешь, страждешь понапрасну.
Терпящим же понапрасну Бог всегда есть ограда, утешение и избавление. На эту сторону более обращают внимания наши древние толкователи. Экумений пишет: «Быть твердым и стойким во всяком слове и деле блазе служит для христиан истинным утешением прежде получения будущих благ. И что может равняться утешению, какое доставляется свидетельством совести, что мы угождаем Христу своею жизнию и поведением?
» Феофилакт тоже полагает, что Апостол желает солунянам утверждения в правых догматах и Добродетельной жизни для того, чтоб они, находя себе в сем утешение, не совратились и не пали под тяжестию того, что с ними случается скорбного. «Утвержденный (в вере и жизни), что бы ни пострадал, переносит то мужественно и не совращается, ибо сохранение правых догматов удостоверяет его в получении будущих благ, а добрая жизнь радует тем, что он страждет не как злодей, а как слуга Божий».
Тот и другой заняли эту мысль у святого Златоуста, который пишет: «В том состоит утешение, чтоб мы оставались непоколебимыми. Ибо тот, кто не колеблется, все, что ни пришлось бы ему перенесть, переносит с великим долготерпением; напротив, тот, чей ум колеблется, не в состоянии совершить ни одного благого и доблестного поступка, потому что, подобно всякому расслабленному, колеблется душа, когда в ней нет убеждения, что она достигает благой цели».
Часть третья. НРАВОИСПРАВИТЕЛЬНАЯ (глава 3) Нравоисправительная речь начинается у святого Павла с 6 стиха. Предшествующие слова с 1 до 5 стиха составляют предисловие к ней. Между тем и по форме, и по содержанию они походят более на заключение всего послания. Ибо прочее, как начинается это отделение, то есть наконец, напоследок всего, как бы: остается еще только сказать вам, — прямо указывает на заключительную речь.
И мысли тут выраженные: молитесь о мне,— надеюсь, что будете исполнять мои наставления,— Господь да управит сердца ваши, — приличны только заключению, так что, если б тотчас после сего следовали стихи 16 — 18, не было бы заметно перерыва или возмущения порядка в течении речи. Видимо, что строгий Урок об исправлении вкравшейся у солунян неисправности будто случайно вставлен в эту среду.
Между тем видимо также, что он был необходим, и святой Павел не мог пропустить его. Зачем же так сделано? Нельзя думать чтоб Апостол, дошедши уже до конца послания, вспомнил, что надлежало дать такой урок, и прописал его. Напротив, скорее положить должно, что святой Павел намеренно так поступил. Он и сначала имел в мысли дать им исправительные уроки; но, чтоб облегчить впечатление от укора, всегда не совсем приятное, так расположил речь, чтоб казалось, что говорит о том будто случайно.
Укор к тому же не ко всем относился и резко его выставлять не следовало, а так поместить, будто мимоходное замечание. Вот и начал Апостол речь так, будто спешит кончить послание, и тотчас вставил свой урок. Таким образом, то, что есть будто заключение послания, стало предисловием к последней исправительной части сего послания. И, однако ж, в этих немногих словах стихов 1 — 5 Апостол успел поместить такие внушения, которые прилагали путь к благодушному принятию обличения и обещали успех исправления.
Так понимает все сие святой Златоуст, который говорит: «Так как он намерен потом приступить к обличению, то предварительно смягчает их сердце,—и тем, что говорит: я уверен в вашем послушании, и тем, что просит у них молитв о себе, — и, опять, тем, что молится сам о ниспослании им бесчисленных благ». а) Заключительные: прошение, надежды, благожелания (3, 1—5)
Глава 3, стихи 1 и 2. Прочее, молитеся о нас, братие, да слово Господне течет и славится, якоже и в вас, и да избавимся от злых и лукавых человек; не всех 6о есть вера. Просит молиться о себе. «Равного просит как бы воздаяния» (Дамаскин). «Прежде он молился об них, чтоб им утвердиться в вере. Теперь обращается к ним с просьбою, прося их, чтоб они помолились об нем» (Златоуст).
«Вместе с тем он ободряет их и воодушевляет, считая их довольными к тому, чтоб молиться об учителе» (Экумений), или представляя в них столько дерзновения пред Богом, что молитва их может споспешествовать успеху проповеди самого учителя их (Феофилакт). Просит молиться о себе, но не о чем-либо временном, а об успехе слова, проповедать которое считал он задачею своей жизни, делом, дороже самой жизни.
Любовь к Евангелию и ревность о распространении его простиралась у Апостола До самозабвения. Для этого сначала самого он предал себя на смерть, и так имел себя, как бы был насмертник (1 Кор. 4, 9). Нечего было потому заботиться о чем-либо, нужном для жизни, или о самой жизни, только бы успех слову был. «Ничего не просит собственно себе, но все Божиего» (Феофилакт)
, просит «не о том, чтоб не подвергаться опасностям, ибо на это он обрек себя, на сие лежит, как сказано в первом послании (3, 3), но да слово Божие течет» (Златоуст), «да течет проповедь Евангелия и всеми с верою приемлется » ( Экумений). Слово Господне — слово Божие (1 Сол. 2, 13), то, которое Сам Господь преподал Апостолам, заповедав им научать ему вся языки, то же, что Евангелие: вы под гневом Божиим за праотеческое преступление и свои собственные грехи,— се благовествуем вам радость: Сын Божий за нас умер и отвратил за нас гнев Божий.
Уверуйте, и будете приняты в милость Божию и благодать Его на благоугождение Ему. Течет , беспрепятственно и быстро распространяется, не встречая преград, не будучи ничем стесняемо и останавливаемо (2 Тим. 2, 9). Как течет какая величавая река, широко разливаясь, так да течет чрез уста Апостолов Евангельская проповедь и напояет всю землю.
Славится , да оказывает свои славные, благодетельные действия на умы, и сердца, и нравы, и чтится за то, как нечто великое, дивное, Божественное, сначала вами, а потом чрез вас и всеми. Слава не земная сопутствовала слову Божию всюду, Господу поспешествующу, и слово утверждающу последствующими знаменми (Мк. 16, 20). Но это внешняя слава. Славнее было, когда уверовавшие слову принимали благодать и обновлялись.
Как в этом — цель слова, а путь к сему — вера, то, прося молитв о славе слова, Апостол просит молиться, чтоб сердца всех отверзались на приятие слова верою и привлекали чрез то дивные благодатные осенения. В этом, собственно, слава слова, не так блестящая, но многодейственная. Сподобившиеся сего и сами дивились, говоря: вот что сделало во мне слово!
И другие говорили, дивясь: смотри, какими их сделало слово! Якоже и в вас ,— «так же, говорит, как у вас оно текло и уверовано» (Экумений); «чтоб и все так же покорились ему, как вы» (Феофилакт). Свидетельство самого святого Павла, что между солунянами проповедь его скоро распространилась, многих привлекла и славные оказала действия, так что его славили и сами солуняне, и сторонние, видевшие их веру. Тут похвала солунянам (Златоуст)
за скорое их обращение и привязанность к вере. Великая похвала! Вспомнив, как у них скоро и легко водворилась вера и как, напротив, много встречает она пререкателей в Коринфе, с отрадою останавливается на первом, желая избавления от этих последних. Он говорит как бы: вы лучше коринфян; дал бы Бог, чтоб коринфяне и окрестные, и все повсюду были таковы же, как вы.
Всякий может видеть, как эта похвала уместна здесь по цели Апостола расположить неисправных к исправности. Видна мысль: столько вы славны; не допускайте же, чтоб среди вас были неисправные, бесславящие все общество своим бесчинным поведением. И да избавимся от злых и лукавых человек . «По видимому здесь (в связи с 1 стихом) два прошения; но составляют они одно; потому что, когда побеждены будут лукавые, тогда и слово проповеди потечет невозбранно» (Феодорит).
Чтоб слово Божие расширялось в Коринфе и окрест, Апостол желает избавиться вообще от врагов слова сего, мешающих его успехам. Он называет их злыми и лукавыми. Злые с греческого ατοπων, что значит неуместный и в отношении к людям не умеющий действовать сообразно с обстоятельствами времени, места и лиц, нелепый, бестолковый.