Страница 110 из 149
Ныне же, на основании Ее и благодаря Ей, явилось обновление мира, и благодаря Ей, Небо открыло нам врата, проливая не стремительный и страшный и несущий гибель всякому дыханию [393] дождь, но — росу словес учения Духа [394], общее наслаждение наших душ, превышающий ум и великий и «неприступный Свет» (1 Тим. 6:16), «просвещающий всякаго человека грядущаго в мир» (Ин. 1:9).
20. Если же кто укажет на то, что Дева затем вернулась к людям, то пусть он знает, что этим он весьма прибавил к преимуществу Девы: потому что, как Единородный Сын Отчий ради нас сошел со святых небес, так и Она ради нас пришла к людям из святыни храма. Посему (хотя), и обрученная за смертным (мужем), Она стала Невеста Неневестная Бессмертного Отца; Она не нуждалась в людях [395] но (сделала это) дабы при свидетелях явить нам великое чудо неизреченного Рождения и спасти уверовавших. И как, когда солнце периодически восходя для нас и совершая круговое течение, делает то, что нет никого кто бы укрылся от его теплоты, по написанному («От края небесе», говорится, «исход его, и сретение (шествие) его до края небесе» (Пс. 18:7), т. е. откуда и взошло оно) [396], — так и Всенопорочная, уйдя [397] из среды людей и войдя во Святая Святых, снова затем вернулась к людям, чтобы отверзши источник освящения [398], неотъемлемо дать всем участие в даре освящения, никого не лишив его доли, ни даже в самых сокровенных от мира вещах, т. е., оных святейших частей храма.
Поскольку же то, что нам бывает благодаря солнцу, весьма — непорочно [399], то мы имеем нужду в том, чтобы оно непрерывно возвращалось (к нам в своем течении); поскольку же дары Приснодевы — незыблемы, то была нужда только в одном восходе (Солнца), и в нем Она всех непрестанно озаряет, нежданно воссияв нам Оное Солнце «у Негоже несть пременение, или преложения стень» (Иак. 1:17) [400]. Итак, обсудив вопрос перемещения Богом Еноха, перенесем мысленный наш взор к восхищению Илии [401], который сделал больше, чем тот, оставив ученику великий дар — свою милоть, посредством которой тот получил сугубую силу творить чудеса [402]; но то, что относится к Матери–Деве весьма и во многом превосходит и его: потому что Она явилась Чудом из чудес на земле и общеполезным Знамением, большим всех от века сущих, и Самому Сыну Божиему в Своем чреве исткала Адамово одеяние [403]; посредством Сего покланяемого (божественного) одеяния для нас произошло то, что «аще по единому писана быша, ни самому всему миру вместити пишемых книг», как говорит богословнейший из Евангелистов (Ин. 21:25).
21. Но почему же к венцу Девы я не приплетаю премирное сияние, но все еще держусь просиявших на земле? — Потому что поскольку Она, будучи Девой, имела родить Того, Кто по Своему естеству — Сущий за пределами всего, то поэтому Она от раннего детства [404] была по достоинству за пределами всего, несравненно выше и самих премирных Умов; потому что, кому из Ангелов когда–либо было сказано то, что было сказано Ей, находящейся еще в детском возрасте, именно: — «Возжелает Царь доброты (прекрасности) Твоея» (Пс. 44:12)? Не скорее ли это они возжелали, как написано (1 Пет. 1:12), проникнуть в то, что посредством Нее было даровано нам? И, вот, о тех высочайших чиноначалиях [405] Исаия так пишет: «И Серафими стояху окрест Его» (Ис. 6:2). Относительно же Ее Давид так говорит: «Предста Царица одесную Тебе» (Пс. 44:10). Видишь ли разницу положения? Из этого заключи и о различии достоинства: потому что Серафимы окружают Бога; близ же Его Самого находится только Царица всех, Которой и Сам Бог восхищается и восхваляет Ее, как бы провозглашая Ее окружающим Его (небесным) Силам, и говоря, согласно реченному в книге Песни Песней: «Как прекрасна Ты, Ближняя Моя» [406], светлейшая света, более исполненная цветения, чем — рай, более прекрасная, чем весь видимый и невидимый мир! Не только же Она — близ Него, но, по справедливости, и — одесную Его: потому что там, где Христос на небесах воссел, т. е.
одесную Величия, там и Она предстоит: не только потому, что Она любит Его и исключительным образом взаимно любима Им, что следует на основании и самых законов естества, но и — потому, что Она воистину Престол Его; а там, где восседает Царь, там — и Престол Его стоит.
22. Сей Престол и Исаия видел между Его херувимским хором и назвал его «высоким и превознесенным» (Ис. 6:1), являя превосходство Богоматери над небесными Силами. Потому что, если непосредственно за Ней он помещает второе предстояние, — в данном случае порядок премирных высших (ангельских) иерархий, однако в отношении понятия достоинства отнюдь не значит, что он [407] занимает второй ранг: потому что, в таком случае, при сравнении, пожалуй, они и были бы меньшими, а Она на некоторую малую меру — большей, однако, в действительности, Она превосходит их в высшей степени. Как, например, вслед за солнцем мы не имеем никакого другого светила, на которое мы могли бы указать как на действительно «второе» по силе света, разве лишь за исключением полной луны, хотя и обладающей весьма малой силой света (при сравнении с солнцем); так, представляется мне, обстоит дело и в отношении Божией Матери: никого нет среди богосиянных (высших Ангельских Сил), кого мы могли бы замыслить как занимающих второй ранг, разве лишь за исключением Серафимов; но для тщательных исследователей будет очевидным, что вопрос сравнения достоинства едва ли может быть поставлен, и покажется как если бы сравнить какую–либо лампаду с пылающим ярко пламенем. Посему Пророк вводит и самых Ангелов, восхваляющих Бога за Нее и говорящих: «Благословенна слава Господня от Престола Его» (Иез. 3:12) [408].
Давид же иным образом изобразил это: сочетав в своем лице множество спасенных и употребив как бы некие различные голоса, от различных родов управленные к Ней, приступает к всегармоничной песне в восхваление Ее, говоря: «Помяну имя Твое во всяком роде и роде: сего ради людие исповедятся Тебе в век, и во век века» (Пс. 44:18). Видите ли, что вся тварь славит Матерь–Деву, и не в проходящие лета, но во веки, и в век века? На основании этого можно заключить, что ни Она не перестанет во все века благодетельствовать всей твари, и не только говорю в отношении нас, но и в отношении самих духовных и премирных (ангельских) чиноначалий: потому что вместе с нами и они по причине только Ее являются участниками обожения и прикасаются к Богу, к Сему неприкосновенному Естеству; это отчетливо представил Исаия: потому что он видел, что Серафим не непосредственно взял уголь с жертвенника, но взял при помощи клещей, при помощи которых коснулся и уст пророческих, дая (им) очищение; сие видение клещей тождественно с тем великим зрелищем, которое видел Моисей: — купину огнем горящую и неопалимую; кто же не знает, что Сия Девственная Матерь является и оной Купиной и этими Клещами, неопалимо зачавши Божественный Огнь, зачатию Которого служил Архангел, который посредством Нее сочетал с человеческим родом Этот Божественный Огнь, отъявший грех мира и силою сего неизреченного соединения очистил нас?
23. Итак, Она единая является посредницей между тварной и несотворенной природами, и никто не пришел бы к Богу, как только посредством Нее и от Нее Родившегося и не один из Божиих даров не был бы ни для Ангелов ни для людей, если бы только не благодаря Ей. Потому что как в отношении фонарей на земле, сделанных из стекла или какого иного прозрачного материала, невозможно видеть свет или быть причастным испускаемому из него лучу, как только при посредстве этого фонаря, так и неприступное для всех взирание (или: влечение) к Богу и с Его стороны некое ответное движение ко всем, не было бы возможным, если только не было бы Сего Богоносного и воистину светозарного Светильника — Приснодевы. «Бог посреде его, и не подвижется» (Пс. 45:6).
24. Если же воздаяния бывают в соответствии с мерой любви к Богу, и любящий Сына бывает возлюблен Им и Его Отцем, и становится обителью Их Обоих, таинственно обитающих и действующих в его душе, согласно Владычнему обетованию, то кто возлюбил Его больше, чем сделала это Его Мать, и не только по той причине, что Он был единственным у Нее, но и потому, что Она единственная родила без супруга, так что Ее любовь заключает в себе сугубую любовь, какую имеют и отец и мать вместе к своему чаду? [409] И, с другой стороны, кто больше Матери был бы возлюблен Единородным, и то — неизреченно происшедшим от Нее единой в последние времена, как Он предвечно произошел от единого Отца? Как ни быть умноженными сверх к подобающему расположению также и проявлениям долженствующей Ей, на основании закона, чести, со стороны Того, Кто сошел для того, чтобы исполнить закон? Если же у Отца и Сына любовь одна, а рядом с Обоими, и Дух имеет ту же честь и согласие (о, какая превышающая ум благодать Девы!) [410], то, следовательно, в глубине души Она носит всю несозданную Троицу, Одно из Лиц Которой Она безсеменно зачала во чреве и, будучи девой, безболезненно родила.