Страница 39 из 149
Итак, все жены пришли после землетрясения и бегства стражи, и нашли гроб отверстым, и камень отваленным, но когда предстала Мати Дева, тогда было землетрясение и отваливался камень, и гроб отверзался, и стрегущие присутствовали, хотя и были потрясены ужасом, так что после землетрясения, придя в себя, немедленно устремились в бегство. Богородица же, не испытывая страха, обрадовалась, видя происходящее. Я думаю, что ради Нее первой Живоносец открыл оный гроб. Чрез Нее первую, и чрез Нее открыл нам все, что на небесах ввыси и что на земле долу. И ради Нее Он послал Ангела, дабы он воссиял как молния, так чтобы пока еще было темно, благодаря обильному свету Ангела, Она бы увидела не только пустой гроб, но и плащаницы положенные в порядке и многообразно свидетельствующие о Воскресении Погребенного. Благовестником же (Воскресения) был тот же Ангел Гавриил. Ибо тот, кто вначале сказал Ей: «Не бойся, Мариам, обрела бо еси благодать у Бога» (Лк. 1:30), тот же, когда увидел Ее пришедшую на гроб, и теперь поспешает и нисходит вновь возвестить Приснодеве то же самое, и благовестить Воскресение из мертвых Родившегося от Нее безсеменно, и отвалить камень, и показать пустой гроб и погребальные покровы, и таким образом сделать для Нее благовестие достоверным. «Отвещав — говорится — Ангел, рече женам: не бойтеся вы, Иисуса ищете распятаго. Возста. Несть зде.
Се место идеже положиша Господа» (Мф. 28, Мк. 16). «Ибо, хотя, — говорит Ангел, — вы видите стражей, потрясенных ужасом, но вы не бойтесь, ибо я знаю, что вы ищете распятого Иисуса. Он восстал. Его нет здесь. Потому что Он не только не мог быть задержанным заклепами, вереями и печатями ада, смерти и гроба, но Он — Господь нас, бессмертных, небесных Ангелов, и только Он есть Господь всего. Видите место — говорит — идеже лежа Господь. И скоро шедше рцыте Учеником Его, яко возста от мертвых». «Изшедше же — говорится — со страхом и радостно велиею» (Мф. 28:6, 8).
Как же могло случиться, что присутствуя при совершавшихся событиях, богомудрая Дева не поняла бы, что совершилось: видя землетрясение и оного великого Ангела, снизходящего с небес, имевшего вид молнии, омертвление стражей, и перемещение камня, и пустоту гроба, и великое чудо плащаниц, смирною и алоем слепленных и неразрушимых, и в то же время пустых от нахождения тела, и к тому же радостный вид и благовестие к Ней Ангела?! Но исшедши после этого благовестия, Магдалина Мария, как бы не слышала Ангела, который, быть может, не ради нее говорил, заметила только пустоту гроба, совершенно не обратив внимания на плащаницы. Она бежит к Симону Петру и к другому ученику, как говорит Иоанн; а Божия Матерь, Дева, присоединившись к другим женам, снова пошла на то место, откуда пришла, и, вот, как говорит Матфей: «Иисус срете я, глаголя: радуйтеся (Мф. 28:9).
Видите ли, что раньше Марии Магдалины Божия Матерь увидела ради нашего спасения плотию Страдавшего и Погребенного и Воскресшего? «Оне же приступльше», говорится, «ястеся за нозе Его, и поклонистеся Ему» (Мф. 28:9). Как, когда вместе с Марией Магдалиной, Богородица, услышав от Ангела благовестие о Воскресении, только одна Она поняла значение возвещенного, так и теперь вместе с другими женами встретив Сына и Бога, Она, первая из всех иных, и увидела, и узнала Воскресшего, и, приступив, ухватилась за Его ноги, и стала Апостолом для Апостолов. То, что Мария Магдалина не была с Божией Матерью в то время, когда, возвращаясь от гроба, Ее встретил, явился и говорил Господь, это мы узнаем от Иоанна: «Тече убо (Мария Магдалина)», говорит, «и прииде к Симону Петру, и к другому ученику, егоже любляше Иисус, и глаголала има: взяша Господа от гроба, и не вем, где положиша Его» (Ин. 20:2). Да как бы она могла сказать, что «взяли и переложили, а куда не знаем», если она Его видела, и руками ялась и встретив, услышала (Его голос)? Но и после того, как Петр и Иоанн прибежали ко гробу и увидели плащаницы и ушли, говорится, что Мария стояла у гроба вне, плача.
Видите ли, что она не только не видела (Господа), но ни слухом (о Воскресении) не была удостоверена. И хотя Ангелы явились и спросили ее: «Жено, что плачеши?», она снова как о мертвом ответила. Когда же, обернувшись, она увидела Иисуса, то все же не поняла случившегося, но будучи вопрошенной Им: «Что плачеши?», говорила все то же, пока Он не позвал ее по имени, Сам убедив ее, что Он — жив. Тогда и она приступив, ища объять Его стопы, услышала от Него: «Не прикасайся Мне», из чего мы познаем, что когда сначала Он явился Матери и находящимся с Нею женам, то Он только Ей одной допустил объять Его стопы, хотя Матфей делает общниками сего и других жен, не желая, по той причине, которую мы указали в начале, явно предпочесть Матерь как свидетеля о таковых вещах. Потому что после того, как Приснодева Мария первая пришла ко гробу, и первая приняла благовестие Воскресения, многие пришли; и они увидели отваленный камень, и услышали Ангелов, и, возвращаясь после сих слов и видения, они разделились. И одни, как говорит Марк: «Бежаша от гроба, имяше же их трепет и ужас, и никомуже ничтоже реша, бояху бо ся» (16:8). А другие — последовали за Божией Матерью, и были обрадованы [65] видением и словами Господа.
Магдалина же пошла к Петру и Иоанну, и за ними, снова, пришла ко гробу одна; и когда они ушли, одна она была удостоена увидеть Господа, и также посылается к Апостолам; и она пошла к ним, всем возвещая, как говорит Иоанн «яко виде Господа, и сия рече ей» (20:18).
Что это видение было рано утром, говорит Марк; т. е. это было в самом начале дня, после того, как наступила полная заря; но он не утверждает, что тогда произошло Воскресение Христово и это было первое Его явление. Но мы исследовали деяния Мироносиц и имеем выше доказанную согласованность относительно них у четырех Евангелистов. Ученики, в тот же самый день Воскресения, услышав от Мироносиц и Петра, и от Луки и Клеопы, что Господь жив и был виден ими, не поверили, — почему Он и упрекнул их, когда позднее явился им, бывшим вместе. Но после того, как много раз и часто Он явил Себя живым, они все не только поверили, но и повсюду проповедывали: «Во всю землю изыде вещание их, и в концы вселенныя глаголы их» (Пс. 18:5), — «Господу поспешествующу, и слово утверждающу последствующими знаменьми» (Мк. 16:20). Ибо пока слово не было возвещено по всей земле, знамения были совершенно необходимы. Если бывает нужда в знамениях и чудесах для показания и утверждения проповедуемой Истины, то, в свою очередь, и для приявших слово имеется нужда, не в чудесах, а в знамениях, показывающих твердо ли они уверовали. Какие же эти знамения? — Проистекающие от дел. Ибо говорится: «Покажи ми веру от дел твоих» (Иак. 2:18); и: — «Кто премудр, да покажет от добраго жития дела своя» (3:13).
Потому что кто станет считать такого человека, имеющим ум божественный и великий и возвышенный, и, так сказать небесный, каковым является благочестие, если он нищ в обладании добрыми делами и пригвожден к земле и к земным вещам?
Нет никакой пользы, братие, если кто скажет, что он имеет божественную веру, а не будет, при этом, иметь дел отвечающих вере. Какую пользу принесли юродивым девам светильники не имеющие елея, т. е. дел любви и сострадания? Что дало призывание Отца Авраама тому богачу, который по причине несоболезнования Лазарю, мучился в неугасающем огне? К чему послужило его готовое послушание на приглашение на брак неодетому одеждой добрых дел, которая, полагаем, соответствовала бы божественному браку и невестнику? Ибо и позван он был, и пришел, имея совершенную веру, и совозлежал с теми святыми гостями, но был осужден и постыжен, как одетый в убожество нрава и дел, и, будучи немилостивно связан по рукам и ногам, он был брошен в геенну огненную, где плач и скрежет зубов, испытать которую да не случится никому из призываемых Христом, но, во всем верою явив подобающую жизнь, да сподобимся внити в невестник чистой радости, вечно пребывая со Святыми [66] там, где — жилище всех веселящихся. Аминь [67].
Омилия XIX [68]
На Евангелие Христово о Самаряныне [69], и о том, что долженствует презирать земные блага жизни
На протяжение всех ныне проходящих сих дней, простирающихся вплоть до Пятидесятницы, мы празднуем Воскресение из мертвых Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, самою продолжительностью празднования, делая наглядным превосходство его над остальными праздниками. Потому что если ежегодная память Восшествия Господа на небо и округляет [70] это число дней, но и оно показывает превосходство воскресшего Владыки над всеми когда–либо воскресшими рабами: потому что все когда–либо воскресшие из мертвых были воскрешены со стороны других и, затем, умерши, вновь возвратились в землю. Когда же Христос воскрес из мертвых, смерть уже потеряла над Ним обладание: ибо Он единственный Сам Себя воскресивший трехдневным, более не возвратился в землю, но восшел на небо, сотворив едино–престольным, как единый Бог со Отцем, наше смешение (естество); посему Он единый и был Началом будущего всех воскресения, и Единым Начатком усопших и Первенцем из мертвых, и Отцем будущего века. Как в Адаме все умирают: и грешники и праведники; так во Христе все оживут: и грешники и праведники, но каждый в своем чине: Первенец Христос, потом — Христовы, в пришествие Его; а затем конец, когда Он упразднит всякое начальство и всякую власть и силу, и покорит всех врагов Своих под ноги Свои.