Страница 14 из 26
Рационализм с своими постановлениями не может остановиться в движении своем, как имеющий основанием непрестанно изменяющийся разум человеческий. Надо ожидать большаго и большаго развития болезни. Она начала потрясать спокойствие народов с конца прошлаго столетия; чем далее, тем действие ея обширнее, разрушительнее. Из окончательнаго всемирнаго действия этой болезни должен возникнуть “беззаконник”, гений из гениев, как из французской революции родился его предъизображение – колоссальный гений, Наполеон. – Что меня поражало больше, нежели нынешния обстоятельства? Меня поражали причины этих обстоятельств: общее стремление всех исключительно к одному вещественному, будто бы оно было вечно, – забвение вечнаго, как бы несуществующаго, – насмешки и ругательства над христианством, – утонченное и лютое гонение на Церковь, гонение на жизнь ея, на Святаго Духа – заменение Духа и Его уставов лжеименным разумом и уставами, исходящими от миродержца – общая, всесветная молва, как бы при столпотворении, – повсеместное устройство железных дорог – работа, подобная столпотворению. Надо заметить, что Бог, как говорит Писание, с тою целию смесил языки и разделил народ на народы, чтоб лишить людей возможности все греховныя предприятия приводить в исполнение общими силами всего соединеннаго человечества: паровозы возвращают людям эту возможность.
Тогда, при столпотворении, низшел Бог, говорит Писание, взглянуть на дела человеческия, и остановил безумное начинание смешением языков; теперь близок час, в который снова сойдет Бог воззреть на дела человеческия, и положить им конец уже не смешением языков, а заменением мира, созревшаго и обветшавшаго в беззакониях, миром новым и непорочным.
Во время странствования моего я имел возможность довольно подробно взглянуть на землю Израилеву, – на Церковь. Что сказать о ней? О ней надо сказать слова пророка о земле, “низвращенной от меча, собранных от язык многих на землю Израилеву”. “Бысть пуста весьма” (Иезек. 38, 8). Это говорит пророк вдохновенный, когда видел в дали времен время последнее, судьбу Церкви, и могущественное царство, возникающее на севере.
По непостижимой милости Божией нам дано туне величайшее благодеяние Божие: “познание Христа, православная вера во Христа”. Народ, – и, в частности, – душа человеческая, неприступны для безбожнаго рационализма и его последствий, доколе они ограждены святою верою. Надо бдеть и молиться по завещанию Господа, чтоб избежать напастей видимых и невидимых.
207 (301, 32)
О чистоте сердечной
Когда на пути, пролегающем по обширной равнине, стоит ветвистое древо, кидающее роскошную тень, – с какою радостию стремятся к нему путники; насладительно для них отдохновение и дружеская беседа под прохладою густой и широкой тени. Такой приют, такое утешение доставляет для текущих путем земной жизни святый крест Христов. Треблаженное древо, на котором процвел плод жизни: воплотившийся Бог – жизнь и податель жизни. Под сению Креста приятно беседую с вами.
Выслушайте следующую священную повесть: “К святому великому Пимену пришел некоторый брат и жаловался, что видит в добрых делах своих примесь греха. Старец разсказал ему такую притчу: Два земледельца жили в одном месте. Один из них посеял немного хлеба, хотя и нечистаго; а другой, предавшись лености, не посеял ничего. При наступлении жатвы первый собрал довольно хлеба, хотя и нечистаго – второй не собрал ничего. Который из двух земледельцев будет иметь пропитание? Брат отвечал: тот, который посеял и собрал немного хлеба, хотя и нечистаго. Старец отвечал: будем же и мы сеять понемногу, хотя да нечистаго, чтоб не умереть с голоду”.
Бог даровал вам с верностию взглянуть на ваше сердце, когда, взглянув в него, вы увидели в нем смешение душевнаго с духовным. Вышеприведенная повесть может уже довольно утешить вас: вы видите, для чего она приведена. Для большаго утешения услышите и следующее: один Бог может даровать святую чистоту сердца верующему в Него и прибегающему к Нему покаянием. Он не требует от нас, лишь начинающих шествие к Нему, этой высокой чистоты, чуждой всяких пятен. Предшествует чистоте зрение и сознание своей нечистоты. И это уже дар Божий, о получении котораго мы молимся с коленопреклонением: “Господи, даруй ми зрети прегрешения моя!”. Но тот, кто видит нечистоту свою, должен оплакивать ее и у всесильнаго и всеблагаго Врача просить исцеления.
Дух Святый – истинный наставник христиан. Его органами были пророки, апостолы и другие угодники Божии: Он говорил ими. Он да будет руководителем вашим и “да наставит вас на всякую истину”. Вы поступите под это блаженное руководство, когда будете почерпать наставления для жизни вашей единственно из Священнаго Писания и писаний святых Отцов Восточной Церкви, единой истинной.
208 (302, 33)
О покаянии
“Много пришельствовала душа моя!” Милосердый Господь, дарующий рабам Своим все в известное Ему время, да дарует мне, странствующему, приют покаяния. Да дарует Он мне этот драгоценный дар! и поделюсь я сокровищами, доставляемыми покаянием, с друзьями моими о Господе. Дар покаяния – залог вечнаго блаженства. Убеленный покаянием, да вниду в рай, куда не будут впущены те, которых ризы не убелены покаянием. Да узрю там любящих меня о Господе, да припаду вместе с ними к стопам Господа, не скрывшаго от нас село покаяния, на котором сокровен драгоценный бисер спасения. Но купец, желающий купить это село, должен продать все имение свое, чтоб купить село покаяния. Пусть буду этим купцом! Пусть буду обладателем этого духовнаго дара во спасение мое и ближних! Воздыхает душа моя, жаждет глубокаго, ненарушимаго безмолвия, вне котораго невозможно найти обильнаго, полнаго покаяния. Предаюсь в волю Божию! да совершается надо мною и над всеми нами воля Божия.
209 (303, 34)
О страхе Божием
Сиротствующее на земле сердце мое услышало отголосок в душе вашей, стремящейся познать Бога, как Бога, и поклоняться Богу, как Богу. Если Он и умалил Себя для нас, приняв зрак раба по неизреченной любви к нам, то мы не имеем права забываться пред Ним. Мы должны приступать к Нему, как рабы к Господу, как твари к Творцу, “со страхом и трепетом спасение свое содевающе”, по завещанию апостола. Необъятное Его величие естественно наводит благоговейный страх на всех приближающихся к Нему, на всех, и самых приближеннейших к Нему. Сказал святый пророк Давид: Бог “страшен всем окрестным Его”, преславным серафимам и пламенным херувимам, которые, не терпя зреть славу, превосходящую силы тварей, закрывают крыльями огненными лица, и, в непрестанном, вечном изступлении вопиют: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф!..
Как же мрачный грешник предстанет лицу великаго Бога своего? Разве покрывшись с главы до ног одеянием покаяния. Без этой одежды ему, пораженному от главы до ног смрадною язвою греха, естественнее, праведнее быть во тьме, в огне ада, нежели пред всесвятым Богом. Ад!... вот место, приличное грешникам.
Будем удостоивать себя ада, чтоб Бог удостоил нас Неба.
210 (304, 35)
Покаяние и молитва врачуют грусть
Скука случается со мною от двух причин: после того, когда я впаду в какое-нибудь дело, слово, помышление греховныя, – и когда долго не займусь покаянием, хотя-б в то время и был я занят занятиями полезными. Тогда душа чувствует недостаток, лишение: от ощущения недостатка – грусть.
Эта грусть врачуется покаянием и молитвою. “Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит. Помянух Бога, и возвеселихся”.
Разсмотрите себя. В вышеупомянутых причинах скорби не найдете ли причину вашей скорби? Употребите врачевание: молитву, растворенную покаянием.
211 (305, 36)
О едином на потребу
“Не скрый от мене заповеди Твоя, яко пришельник семь на земли!”... с плачем молил Бога святый Давид, царь обширнаго царства и обладатель великих богатств. Точно, это “едино на потребу”, как сказал Господь. “Мария благую часть избра, яже не отымется от нея”. А прочия земныя блага все отымутся – при смерти и после смерти.
212 (306, 37)
О видении своих грехов
Предлагаю вам священную, глубокой древности повесть: “Три усердные к добродетельной жизни инока предположили для себя следующия благочестивыя занятия: первый – примирять поссорившихся между собою. К этому занятию приводило его слово Евангелия: “блаженни миротворцы”. Второй решился всю жизнь проводить в служении больным; его привлекли к такому занятию слова Господа: “болен бых и посетисте Мене”. Третий удалился на безмолвие в пустыню. Примирявший враждующих между собою имел очень скудный успех. Утомившись, он пришел к брату, посвятившему себя служению больным; но и того нашел ослабевшим, немогущим долее продолжать своего служения. Тогда оба согласились повидаться с пустынником. Пришедши к нему, они поведали ему скорбь свою и умоляли сказать им, что приобрел он в безмолвии? Пустынник, несколько помолчав, взял воды, и, налив в чашу, сказал им: посмотрите в воду. Они посмотрели, но не увидели ничего, потому что вода была мутна. По прошествии немногаго времени пустынник опять сказал им: вода устоялась, – теперь посмотрите. Когда они посмотрели в воду, – увидели в ней лица свои, как в зеркале. Он сказал им: “живущий посреди человек не видит своих согрешений, будучи возмущаем развлечением мира; когда же он придет на безмолвие, особенно в пустыню, тогда начинает усматривать живущий в себе грех”.