Страница 174 из 212
"Нигде, – говорят, – не видно тела; может быть, это просто вознесение образа; может быть, это зрелище фантазии; может быть, мы подверглись заблуждению зрения; или мы не ошиблись, но тело, может быть, разрешилось в воздух, и не имеет (теперь) природы, чтобы видеть его земным". С такой беспомощностью смотря на небо, они вдруг услышали ангелов: "мужи Галилейские! что вы стоите и смотрите на небо? (мужие Галилейстии, что стоите зряще на небо?) (ст. 11) Чего желает ваш слишком усердный взор? Почему изумленно смотрите на небо? Чего все ищете в небе? Облако уносит Иисуса. Увидит ли Его кто-нибудь опять в теле? Будьте крепко уверены в том и другом. Если и теперь Он вознесся на небо, то и опять "придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо" (прийдет, имже образом видесте его идуща на небо). Но да не напрягается слишком язык; ослабим усталую кифару слов; будем слушать и остальные кифары; да прославляется вознесение многоустным приветствием; да поет сегодня сообща весь род человеческий: "великая благочестия тайна: показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе" (велия есть благочестия тайна: показася ангелом, веровася в мире, вознесеся во славе). Ему слава во веки веков. Аминь.
47. На преображение Спасителя.
Идите, возлюбленные, неленостно воспользуемся сегодня евангельской сокровищницей, чтобы почерпнуть оттуда по обычаю богатство, обильно уделяемое и никак, никогда не истрачиваемое; идите к всемудрому, прекрасному путеводителю, и снова последуем за Лукой, чтобы видеть Христа восходящим на высокую гору и берущим в свидетели Своего божественного преображения Петра, Иакова и Иоанна. "Взяв Петра с товарищами, на гору высокую взошел Господь" (Поемъ Петра… с товарищами, на гору высоку взошел Господь) (Лук. 9: 28; Мф. 17: 1). Высока гора, на которой Моисей и Илия разговаривали с Христом; высока гора, на которой закон и пророки беседовали с благодатью; высока гора, на которой (был) Моисей, заклавший пасхального агнца и окропивший его кровью дверные косяки евреев; высока гора, на Которой (был) Илия, рассекший на части вола (и) истребивший жертву огнем через воду; высока гора, на которой (был) Моисей, открывший и заключивший Чермное море; высока гора, где узнают Петр (и его товарищи), что Он есть Тот, перед Которым преклонится все небесное, земное и преисподнее (Филип. 2: 10). Он трех только взял; не всех взял, не всех оставил, не позавидовал остальным в славе, не счел более ничтожными, потому что Он праведен и все справедливо устраивает; думая обо всех, Он объединил их, не участвующих, во взаимной любви между собой.
Так как имеющий сделаться предателем Иуда был недостоин того божественного видения и ужасного явления, то из-за этого Он не берет и остальных, чтобы у него, как одного оставленного, не было впоследствии защиты; берет с Собой трех свидетелей преображения, достаточных по закону, а по душе носящих у себя и остальных. Сам говорит: "Соблюди их, Отче праведный, чтобы и они были одно, как и Мы одно" (Иоан, 17: 21). Иуда, видя, что подле горы пребывают с ним Андрей, Фома, Филипп и остальные, что не ропщут, не негодуют, не порицают, но радуются и совместно при знают горнюю благодать для самих себя и для всех, был совершенно безответен, (как) никогда ни в чем чудесном не презренный. Но у него был кошелек, и он безвинно оговорил жену с миром, и дерзко предал Учителя врагам. И что же говорится (в Евангелии)? "И преобразился пред ними… И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие" (И преобразися пред ними, и явистася Моисей и Илия глаголюща с ним) (Мф. 17: 2, 3).
Петр, как всегда во всем пылкий, узрев очами ума разговаривающих с Ним, которых никогда не знал, не вдумавшись много в чудо, не вдумавшись в неожиданность божественного блистания, называл пустынное место прекрасным, из рыбака стал делателем палаток, когда взывал к Спасителю: "сделаем три кущи: одну Тебе, одну Моисею и одну Илии, - не зная, что говорил" (сотворим здесь три сени, едину тебе, и одну Илии, и одну Моисею, не ведый, что говорит) (Лук. 9: 33). Но, о, верховный и первый из учеников Петр! Зачем увлекаешься низкими мыслями, и помыслами человеческими бесчестишь божественное, и говоришь, чтобы воздвигнуть три (сени)
Илия, помолившись, умножил муку вдовицы и воскресил из мертвых ее сына; а взявший тебя в ученики из рыбаков немногими хлебами напитал тысячи, ад опустошил и восхитил от века спящих. Поэтому, не говори, Петр: "сотворим здесь три сени", ни – "хорошо нам здесь быть" (добро нам зде быти), (не говори) ни человеческого, ни низкого, ни земного, ни пошлого; о горнем думай, горнее исследуй, как объявил Павел, не земное. Почему прекрасно нам быть здесь, где змей, обесчестив первозданного, причинил вред и рай заключил, где мы слышали, что (нужно) есть хлеб в поте лица, где мы узнали, что (нужно) сетовать и трепетать на земле за преслушание, где все тень, где все исчезнет мгновенно? Почему прекрасно нам здесь быть? Если здесь нас Христос оставил, то для чего Он приобщился плоти и крови? Если здесь нас Христос оставил, то для чего Он сошел к падшему, и лежащего поднял? Если прекрасно быть на земле, то напрасно был позван небесный ключеносец. В чем, наконец, польза небесных ключей? Так как ты желаешь этой горы, расстанься впредь с небом; если хочешь воздвигнуть палатки, откажись быть основанием церкви. Христос преобразился не напрасно, но чтобы показать нам будущее преображение природы, будущее спасение, второе пришествие на облаках с голосом архангельским.
Он есть Сам, одевающийся светом, как одеждой, судья живых и мертвых, – почему Он вызвал Моисея и Илию, чтобы взору древних представить эти знаки. И что говорит великий писатель? "Когда он еще говорил, се, облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте" (Еще ему глаголющу, се облак светел осени их: и се глас с небес глаголя: сей есть Сын мой возлюбленный, о немже благоволих: того послушайте) (Мф. 17: 5). Еще во время речи Петра ответил Отец. "О чем ты, Петр, говоришь, как о прекрасном, не зная, что говоришь? Ты не был еще наставлен, и нетвердо знал сыновство, когда говорил: "Ты - Христос, Сын Бога Живого" (ты еси Христос, Сын Бога живаго) (Мф. 16: 16). Ты, сын Ионин (вар Иона) и Симон, видел столько чудес! Я тебя поставил ключеносцем небес, а ты еще не сложил с себя одежду корабельщика. Вот третий раз ты противишься воле Спасителя, говоришь, не зная что. Он сказал тебе: "должно… много пострадать" (подобает мне пострадати), а ты говоришь: "да не будет этого с Тобою" (не иматъ быти тебе сие) (Мф. 16: 21, 22). Он сказал опять: "все вы соблазнитесь о Мне" (вси вы соблазнитеся), а ты говоришь: "если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь" (аще вси аз же не соблажнюся) (26: 31, 33).
Вот и теперь ты желаешь воздвигнуть палатку Христу, вместе со Мной основавшему землю, вместе со Мной установившему море и укрепившему твердь, зажегшему эфир, и все со Мной устроившему прежде веков, – Тому, Кто из Меня, – палатку Тому, Кто во Мне и с вами, – палатку Адаму без отца, – палатку Богу без матери, – палатку взявшему палатку, девическую утробу, которую избрал для Себя. Так как ты желаешь воздвигнуть три палатки, не зная, что говоришь, то Я, воспользовавшись светлым облаком, соблюдя палатку и присутствующих, восклицаю с высоты: "Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение" (сей есть Сын мой возлюбленный, о немже благоволих). Не Моисей и Илия, но Этот; не тот или другой, но Этот; один и именно Он, Которого Я одобрил, – Его вы слушайте. Моисея Я оправдал, но Этого одобрил; Илию Я взял, но Этого послал из Девы в самое небо: "Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес" (никтоже взыде на небо, токмо сшедый с небесе) (Иоан. 3: 13). Он сошел на землю, уничижил Себя, приняв образ раба. Если Он не сделался что мы, оставаясь чем был; если не претерпел креста у нас и для нас и не купил мир собственною кровью, то напрасно домостроительство, и древние изречения пророков не тверды.
Но перестань, Петр, и не думай о человеческом, а о Божием: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте (сей есть Сын мой возлюбленный, о немже благоволих: того послушайте). Дважды Я воспользовался этим голосом относительно Него: при вас, на этой горе, и при Иоанне, на реке Иордане. Древний пророк поистине говорил об этом голосе, когда восклицал: "Фавор и Ермон о имени Твоем радуются" (Фавор и Ермон о имени твоем возрадуетася) (Пс. 88: 13). О каком имени? Сей есть Сын мой возлюбленный". Он даровал Ему имя выше всякого имени. Но ты, возлюбленный, спросишь, конечно: "Что значит – "Фавор и Ермон о имени Твоем возрадуются"? Учись же. Фавор – это гора, где по желанию преобразился Христос, и от Отца был засвидетельствован Сыном, как сейчас вы слышали. Ермон – гора малая в иорданской земле, откуда был вознесен Илия, и близ которой в струях Иордана крестился по Своей воле Христос, и был засвидетельствован от Отца Сыном. На этих двух горах непорочный Отец, утверждая сыновство, и тогда и теперь вторично восклицает: "Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте. Слушающий Его и Меня слушает; и кто постыдится Его и Его слов, и Я того постыжусь во славе Моей и святых ангелов. Слушайте Его непритворно, простодушно, безгранично, с верой исследуя, а не языком измеряя, с верой принимая, а не взвешивая Слово словами".