Страница 53 из 147
В другом месте, когда спросили Его: убо царь ли еси Ты, Он не ответил: Я получил царство; не сказал, что оно дано Ему впоследствии; но ответил: Аз на сие родихся (Иоан. XVIII, 37). Если же Он родился совершенным царем, то очевидно, что Он и судия и решитель, так как главное дело царя состоит в том, чтобы судить и решать, награждать и наказывать. И с другой стороны можно видеть, что Он имеет власть даровать и высшия почести. Когда мы укажем на человека, лучшаго из всех людей, и покажем, что Он увенчивается Сыном, тогда какой у вас останется предлог для оправдания? Кто же лучше всех людей? Кто другой, как не тот делатель палаток, учитель вселенной, облетевший как бы на крыльях землю и море, сосуд избранный, жених Христов, насадитель Церкви, мудрый строитель, проповедник, быстрый путник, ратоборец, воин, наставник, оставивший во всей вселенной памятники своих добродетелей, прежде воскресения восхищенный на третие небо, вознесенный в рай, сподобившийся участия в неизреченных тайнах Божиих, слышавший и говоривший то, чего человеческой природе говорить невозможно, удостоившийся высшей благодати и совершивший большие труды? А что он потрудился больше всех, об этом, послушай, как он сам говорит: паче всех их потрудихся (1 Кор. XV, 10). Если же он больше всех потрудился, то и увенчивается преимущественно пред всеми, потому что кийждо свою мзду приимет по своему труду (Кор. III, 8).
Если же он получает венец славнейший нежели другие апостолы (никто, не сравнялся с апостолами, а он больше и их), то очевидно, что он удостоится самой высшей почести и председательства. Кто же будет увенчивать его? Послушай, как он сам говорит: подвигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох: прочее убо соблюдается мне венец правды, егоже воздаст ми Господь в день он, праведный Судия (2 Тим. IV, 7, 8). А Отец не судит никому же, но весь суд даде Сынови (Иоан. V, 22). И не отсюда только очевидно это, но и из следующих слов: не токмо же мне, но и всем возлюбшым явление Его (2 Тим. IV, 8). Чье это явление? Выслушай слова самого апостола: явися благодать Божия спасительная всем человеком, наказующи нас, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно и праведно и благочестно поживем в нынешнем веце, ждуще блаженнаго упования и явления славы великаго Бога и спаса нашего Иисуса Христа (Тит. II, 11, 13).4. Впрочем борьба с еретиками у нас кончилась, мы воздвигли трофей, одержали блистательную победу, доказав всем вышесказанным, что Сын властен и награждать и наказывать; Ему принадлежит весь суд, Он увенчивает и прославляет лучшаго из всех, и в сказанных притчах представляется Сам совершающим то и другое. Теперь нужно успокоить и смущение братий и объяснить, почему Он так сказал: несть Мое дати (Матф. XX, 23); я думаю, что многие недоумевают при этих словах.
Чтобы разрешить недоумение и успокоить смятение души, напрягите ваше внимание, приготовьте ваш ум. Мне предстоит теперь больший труд, так как не все равно - бороться или учить, поражать врага или исправлять своего; в последнем случае от меня требуется больше усилий, чтобы не оставить без внимания хромающий член и не миновать кого-нибудь из смущающихся. Я говорю, - но не смущайтесь словами моими, не безпокойтесь, - я утверждаю, что это не зависит не только от Сына, но и от Отца; я провозглашаю громким голосом и звучнее трубы, что дати это не принадлежит Сыну, ни Ему, ни Отцу; ибо если бы это принадлежало Ему, то принадлежало бы и Отцу, и если бы принадлежало Отцу, то принадлежало бы и Ему. Поэтому Он и не сказал просто: несть Мое дати; а что? Несть Мое дати, но имже уготовася. Он объявляет, что это не зависит ни от Него, ни от Отца, а от некоторых других. Что же значат сказанныя слова? Я думаю, что ваше смущение усилилось и недоумение возрасло, и вы безпокоитесь; но не бойтесь; я не умолкну, пока не предложу объяснения. Позвольте же мне повести речь не много выше; иначе невозможно ясно представить все вашему уму. Итак, что значат сказанныя слова? Когда Иисус шел в Иерусалим, мать сынов Заведеевых, Иакова и Иоанна, подошла к Нему с сыновьями и сказала: рцы, да сядета сия оба сына моя, един одесную Тебе и един ошуюю Тебе (Матф.
XX, 21); а другой евангелист говорить, что этого просили у Христа сами сыновья (Марк. X, 38). Впрочем здесь нет разногласия (не нужно оставлять без внимания и этих мелочей), но они послали наперед мать, а потом, когда она высказала их просьбу и как бы открыла им дверь, они сами повторили эти слова, не понимая того, о чем говорили, однако говорили. Хотя они были и апостолы, но были еще несовершенны, как птенцы, которые не крепко сидят в гнезде, пока у них еще не выросли крылья. И это вам весьма нужно знать, что до креста ученики были несведущи во многом; потому Господь, укоряя их, и говорил: еще ли и вы без разума есте? Не у ли разумеваете, ниже помните, яко не о хлебех рех вам внимати, (но) от кваса фарисейска (Матф. XV, 16; XVI, 11)? И еще: много имам глаголати вам, но не можете носити ныне (Иоан. XVI, 12). Они не только не понимали высших истин, но и то, что слышали, часто забывали от страха и робости; за это укоряя их, Он говорил: никто же от вас вопрошает Мене: камо идеши; но, яко сия глаголах вам, скорби исполних сердца ваша (Иоан. XVI, 5,6), и еще об Утешителе говорил: той воспомянет вам вся и научит вы (Иоан. XIV, 26). Он сказал бы: воспомянет, если бы они не забывали многого из сказаннаго. Это я говорю не без основания; так Петр оказывается иногда произносящим совершенное исповедание, а иногда забывшим все. Тот, который говорил: Ты еси Христос, Сын Бога Живаго (Матф.
XVI, 16), и был назван за это блаженным, спустя немного времени так согрешил, что был назван сатаною; Господь сказал ему: иди за Мною, сатано, соблазн Ми еси, яко не мыслиши, яже суть Божия, но человеческая (ст. 23). Кто может быть несовершеннее того, который думает не о Божием, но о человеческом? Когда Господь возвестил ему о кресте и воскресении, то он не понял ни глубины сказаннаго, ни тайны догматов, ни будущаго спасения вселенной, и приступив к Нему наедине, сказал: милосерд ты, Господи, не имать быти Тебе сие (ст. 22). Видишь ли, что они ясно не знали ничего о воскресении? Выражая тоже самое, евангелист сказал: не у бо ведяху, яко подобает Ему из мертвых воскреснути (Иоан. XX, 9). Не зная об этом, они тем более не знали о другом, как-то: о небесном царствии, о нашем начатке [во Христе] (Кор. XV, 20) и вознесении на небо: как бы привязанные к земле, они еще не могли парить в высоте. Имея такое разумение и ожидая, что скоро настанет царство Христово в Иерусалиме, ничего больше этого они не знали, как говорит и другой евангелист, замечая, что они думали, будто уже наступает царство Его, которое представляли человеческим, и полагали, что Он идет на такое царство, а не на крест и смерть, и хотя многократно слышали об этом, но ясно понимать не могли (Марк. X, 37).5.
Итак, еще не имея яснаго познания догматов и думая, что Он идет на земное царство и будет царствовать в Иерусалиме, ученики (Иаков и Иоанн) приступили к Нему на пути, считая это время удобным, и предложили свою просьбу. Выделив себя из среды учеников и думая только о себе, они стали просить себе председательства и первенства пред прочими, полагая, что дела пришли уже к концу, что все уже исполнено и наступило время раздачи венцов и наград; но это происходило от крайняго неведения. А что это не догадка и не предположение, я представлю вам доказательство из слов самого Иисуса, знающаго тайное. Послушай, что говорит Он им в ответ на их просьбу: не веста, чесо просита (Матф. XX, 22).
Тогда было время не венцов и наград, а подвигов, борьбы, трудов, усилий, опасностей и битв. Итак, смысл слов Его следующий: вы не знаете, чего просите, говоря Мне об этом тогда, когда вы еще не потрудились и не вышли на подвиги, когда вселенная остается еще не исправленною, нечестие господствует, и все люди погибают, а вы еще не выходили на поприще и еще не вступали в борьбу; можета ли пити чашу, юже Аз имам пити, или крещением, имже Аз крещаюся, креститися (ст. 22)? Чашею и крещением Он называет здесь Свою крестную смерть, - чашею потому, что Он принимал ее с удовольствием; а крещением потому, что посредством нея Он очистил вселенную; и не только по этому, но и по легкости воскресения. Как крещающийся водою выходит из нея весьма легко, не встречая никакого препятствия в свойстве воды; так Он, погрузившись в смерть, возстал с великою легкостию; поэтому Он и называет Свою смерть крещением. А смысл слов Его следующий: можете ли вы подвергнуться умерщвлению и смерти, так как ныне время смертей, опасностей и трудов? Они отвечают: можева, не понимая сказаннаго, но побуждаясь надеждою получить желаемое. Он говорит им: чашу убо Мою испиета и крещением, имже Аз крещаюся, имате креститися (ст. 23), возвещая их смерть; и действительно Иаков был усечен мечем, и Иоанн многократно был при смерти; а еже сести одесную Мене и ошуюю Мене, несть Мое дати, но имже уготовася (ст. 23).