Страница 1 из 5
Святоотеческое наследие [Pagez.ru]
Начало: Святоотеческое наследие Первая страница Святоотеческое наследие Разные тексты Свт. Филарет (Дроздов) OrthodoxyLib Православный интернет Евангельский синопсис Духовные стороны Добротолюбие избранное Пролог в поучениях День за днем Церковный календарь
Преподобный Ефрем Сирин
Жизнь блаженного Аврамия и племянницы его Марии
По сл. пер. Ч. I. Сл. 49. Память преподобного отца Аврамия и блаженной Марии совершается Церковью в 29 день октября месяца
Хочу вам, братия мои, рассказать прекрасную и совершенную жизнь чудного мужа, которую и начал и совершил он со славою. Но боюсь представить это чудное и ясное свидетельство, изображающее боголюбивую его добродетель. Ибо вот житие мужа прекрасно и совершенно; а я немощен и неучен. Изображение добродетели светло и чудно, а краски мрачны и страшны. Впрочем, хотя немощен я и неучен, однако ж буду говорить; хотя не постигаю вполне совершенства, однако ж, и не имея достаточных сил описать все, поведаю, что могу, о жизни второго Авраама, того самого, который был в наши времена, и на земле проводил житие ангельское и небесное, приобрел терпение подобное адаманту, и сподобился пренебесной благодати; потому что в юности своей очистил себя, чтоб стать храмом Святого Духа, и уготовал из себя сосуд святый, чтоб вселился в нем призвавший его Бог.
Итак сей блаженный имел родителей весьма богатых. Они любили его не в меру для естества человеческого, и с детства обручили, в ожидании возвести в чины. Но не так восхотел сам он; с юного же возраста проводил время в церквах, в сладость слушал Божественные Писания и усердно изучал их. Родители принуждали его вступить в брак; но не того хотелось ему.
Однако же, после многократных их требований, согласился он на сие из великого к ним уважения. Но когда в седьмой день совершался брак, и он с невестою сидел на брачном ложе, внезапно, подобно некоему свету, воссияла в сердце его благодать. Оставил он ложе и вышел из дому; свет благодати служил для него вождем; ему-то последуя, оставил он город, и в расстоянии двух миль нашедши пустую келлию, вошел в нее и поселился в ней с великою радостью, и в веселии сердца своего прославлял Бога.
Ужас объял родителей его и родных их после этого. Всюду ходили они и искали блаженного. По прошествии же семнадцати дней нашли его в келлии молящимся Богу, и увидев его, удивились. Но блаженный сказал им: "Чему дивитесь? Прославьте лучше Бога, человеколюбца, избавившего меня из тины беззаконий моих, и помолитесь о мне, чтоб до конца носить мне иго, которое Господь сподобил меня недостойного принять на себя, и чтоб, пожив благоугодно Господу, исполнить на себе волю Его". И они сказали ему в ответ: "аминь".
А он умолял их - не часто беспокоить его. И заградив дверь, заключился в келлии, оставив одно небольшое окно, в которое принимал пищу.
Ум его озарился благодатью, и преуспевал он в совершеннейшем житии своем, приобрел великое воздержание, неусыпность и слезы, смиренномудрие и любовь. Молва о нем разнеслась повсюду, и все, слыша, приходили к нему видеть его и вместе получить от него пользу; потому что дано ему было слово премудрости и разумения. И этот слух и эта молва о нем была как бы светозарным светилом для родителей его.
Скончались же родители его чрез десять лет по отречении его от мира, оставив ему имение и много золота. Но он упросил одного искреннего друга своего раздать это бедным и сиротам, чтоб самому не иметь препятствия к упражнению в молитвах; и сделав это, жил беспечально. Ибо о том было попечение у блаженного, чтоб ум его не связан был ничем дольним; и потому ничего не имел он у себя на земле, кроме одного хитона и власяницы, которые носил; да еще была у него чашка, из которой вкушал пищу.
Но при всем этом приобрел он крайнее смиренномудрие и равную ко всем любовь: богатого не предпочитал бедному, начальника - подчиненному, но всех равно уважал, не смотрел на лице человека, никому никогда не делал смелых выговоров, но слово его, при любви и кротости, растворено было солью. Ибо приходил ли кто когда в сытость от сладости слова его, слыша превосходный ответ его?
Или мог ли кто когда достаточно насмотреться на почтенное и ангелоподобное лице его? Но во все время своего подвижничества, со всяким усердием подвизавшись более пятидесяти лет, не изменял он правила; по безмерному усердию и по любви, какую имел ко Христу, все сие время казалось ему как бы немногими днями, и вся подвижническая жизнь не удовлетворяла его.
В окрестностях города находилось весьма большое селение, в котором все жители, от малого до большого, были язычники. Никто не мог обратить их. И хотя тамошним епископом поставляемы были многие пресвитеры и диаконы; однако ж ни один не был в состоянии отвратить их от идольского безумия, но все удалялись без успеха, не имея сил переносить тесноту воздвигаемого на них гонения.
Не раз и не дважды приходило к ним множество монахов; но и они не более успели в их обращении. В один же день епископ сидел с своим причтом и, вспомнив о блаженном, сказал бывшим при нем: "не знаю подобного совершенного мужа, который бы в мое время для всякого благого дела столько же, как господин Аврамий, украшен был всеми добродетелями, какие любит Бог".
Клирики сказали ему в ответ: "действительно, Христов он раб и совершенный подвижник". Епископ же продолжал говорить им: "намереваюсь рукоположить его в языческое селение; потому что терпением своим и любовью в состоянии он будет обратить жителей к Богу". И востав немедленно, вместе с причтом приходит к Аврамию. Когда взошли и приветствовали его, епископ начал говорить ему о селении и просить его, чтоб шел туда.
Аврамий, выслушав это, весьма опечалился и говорит епископу: "позволь мне, отец, оплакивать беззакония свои; потому что не совершен и немощен я для такого дела". Епископ опять стал говорить ему: "силен ты благодатью Христовою; не поленись исполнить сие послушание". Блаженный говорил в ответ: "умоляю твое преподобие, помилуй несовершенство мое, и позволь мне оплакивать бедствия свои".
Епископ говорит ему: "вот, все ты оставил, возненавидел мир и все, что в мире, распял себя самого; однако же, все это совершив, не имеешь послушания". Услышав же это, Аврамий заплакал и сказал: "кто я, мертвый пес, и что такое жизнь моя, что так подумал ты о мне?" Но епископ говорил ему: "вот, сидя здесь, спасаешь ты себя одного; а там по благодати Божией многих можешь спасти и обратить к Богу.
Посему разочти сам в себе, которая награда больше, та или эта, себя ли одного спасти, или вместе с собою спасти и многих других?" Блаженный же продолжая плакать, сказал: "воля Господня да будет! но ради послушания иду". И выведя его из келлии, взял с собою в город; и епископ, рукоположив его, отослал с радостью в сопровождении причта. Блаженный же дорогою молился Богу, говоря: "видишь немощь мою, Человеколюбивый и Благий, и пошли благодать Твою и помощь мне, чтоб прославлялось имя Твое святое".
Пришедши в селение, увидел он, что жители одержимы безумием идолослужения, и воздохнув заплакал; возведши же очи свои на небо, сказал: "Ты, единый милосердый, единый человеколюбивый, не презри дела рук Твоих!" И с поспешностью послал в город к искреннему другу своему, чтоб выслал ему остатки имения. Получив же это, в несколько дней построил церковь и принес в ней молитву Богу, со многими слезами взывая и говоря: "Господи, собери рассеянных людей Твоих, и введи их в сей храм Твой, и просвети очи ума их к познанию Тебя единого истинного Бога".
И совершив молитву, вышел из церкви, и вступив в языческий храм, ниспроверг мерзости, и жертвенники их разорил. Жители, увидев это, как дикие звери бросились на него и бичами выгнали его из селения. Но он воротился и пришел на свое место, и войдя в церковь, с плачем и сетованием молил о них Бога, чтоб спаслись. Когда же наступило утро, жители, пришедши, нашли его молящегося и ужаснулись от изумления.
Каждый день приходили они в церковь не молиться, но смотреть на красоту здания и на украшения в оном. Блаженный начал умолять их, чтоб познали истинного Бога; а они били его палками, как бездушный камень и, подумав, что уже умер, оставили почти полумертвого и удалились. В полночь пришел он в себя и, крепко воздохнув, заплакал и сказал: "почему, Владыка, презрел Ты смирение мое? Почему отвращаешь от меня лице Свое?
Почему отвергаешь душу мою и оставляешь без внимания дела рук Своих? Ныне, человеколюбивый Владыка, воззри на рабов Твоих, и дай им познать Тебя, потому что нет Бога, кроме Тебя". По молитве он встал, пошел в селение, взошел в церковь, стал и начал петь. По наступлении дня, жители снова пришли, увидели его, поражены были ужасом и, предавшись неистовству, эти жестокие, бесчеловечные, не имеющие никакой жалости люди стали немилосердо мучить его и, наложив опять на него веревку, извлекли из селения, как и в предшествовавши день.