Страница 2 из 3
Без поста не возможно отваживаться на священнодействие, не только в нынешнем таинственном в истинном служении, но и в служении прообразовательном и подзаконном.
Пост соделал Илию зрителем великого видения; ибо, очистив душу сорокадневным постом, удостоился он в хоривской пещер видеть Господа, сколько можно видеть Его человеку. Постящийся Илия возвратил сына вдовице, чрез пост оказавшись крепче смерти. Из уст постящегося исшедший глас заключил беззаконному народу небо на три года и на шесть месяцев. Чтоб умягчить необузданное сердце жестоковыйных, Илия решился и себя осудить с ними на злострадание.
Потому сказал: жив Господь, аще будет вода на земле, точию от уст моих (3Цар.17,1). И наступившим голодом наложил он пост на целый народ, чтоб исправить его от порока роскоши и распутной жизни.
А какова жизнь Елиссеева? Как пророк пользовался странноприимством Суманитянины? Как сам угощал пророков? Не зелия ли дивия и несколько муки (4Цар.4,39.41) удовлетворили страннолюбию, когда прикасавшимся к яству угрожала опасность от приложенного яблока дивияго, если б молитва постника не уничтожила ядовитости? Одним словом, ты найдешь, что пост руководил всех святых к жизни по Богу.
Есть одно вещество, называемое амиантом и не истребляемое огнем; будучи 00положено в пламень, оно, по-видимому, обугливается, но вынутое из огня, как будто вымытое в воде, делается чище. Таковы были тела трех отроков в Вавилоне, от поста получившие свойство амианта. Они в великом пламени пещном, как будто слитые из золота, оказались недоступными повреждению от огня.
Подлинно, явились они крепче и самого золота, потому что огонь не растопил их, но соблюл неприкосновенными, когда ничто не могло устоять против сего пламени, который был разжигаем наффою и смолою и xвpaстием, так что разливался на сорок девять локтей, и пожирая все окружающее, истребил многих Халдеев (Дан.3,46-49). И сей-то пламень попирали отроки, которые вступили в него, укрепившись постом; в таком сильном огне они вдыхали в себя тонкий и орошенный воздух.
Огонь не смел прикоснуться и к волосам, которые были возращены постом.
А муж желаний Даниил, который три седмицы хлеба не ел и воды не пил, научил поститься и львов, сошедши к ним в ров. Ибо львы не могли наложить на него зубов, как будто он был из камня, или из меди, или из другого какого твердого вещества. Как железо закаляется чрез погружение, так пост закалив тело Даниилово, соделал его неприступным для львов; и они не отверзли уст на святого.
Пост угасил силу огненную, заградил уста львов.
Пост препосылает молитву на небо, делаясь для нее как бы крыльями, при восхождении горе. Пост - приращение домов, матерь здравия, воспитатель юности, украшение старцев, добрый спутник путешественникам, надежный сожитель живущим вместе. Супруг не подозревает измены в супружеской верности, видя, что супруга свыклась с постом. Супруга не снедается ревностью, примечая, что супруг возлюбил пост. Кто истощил дом свой во время поста?
Сочти, что в нем теперь; сочти, что будет после; от поста ничто не убудет в доме. Ни одно животное не жалуется на смерть; нигде нет крови; нигде неумолимое чрево не изрекает приговора на животных; нож поваров бездействен; стол довольствуется тем, что не требует приготовлений.
Иудеям дана была суббота; да почиет, сказано, осел твой и раб твой (Втор.5,14). Да будет пост успокоением от непрестанных трудов слугам, которые в продолжение целого года услуживают тебе. Дай отдых своему повару, дай свободу собирающему на стол, останови руку виночерпия; пусть отдохнет когда-нибудь изготовляющий разный печенья; пусть и дом успокоится на время от тысяч тревог, от дыма и смрада, от беготни вверх и вниз прислуживающих чреву, как неумолимому властелину.
Конечно, и сборщики налогов позволяют иногда не надолго пользоваться свободою тем, которые в их руках. Пусть даст некоторый роздых устам, пусть заключит с ними пятидневное перемирие и это чрево, которое всегда требует, и ни на чем не останавливается, ныне получает, и завтра забывает; когда наполнено, любомудрствует о воздержании, а как скоро отощало, не помнить тех правил.
Пост не знает, что значить взятое в заем: от трапезы постящегося не пахнет ростом. Сына постникова и в сиротств не душат отцовские долги, как обвивающиеся змеи.
Но и с другой стороны, пост служить поводом к веселью. Как жажда придает питию сладость, и предшествовавший голод делает трапезу вкусною; так и пост делает приятным вкушение яств. Когда займет он собою средину между наслаждениями, пресекши их непрерывность; тогда произведет то, что принятие пищи, как бы находившееся с тобою в разлуке, покажется тебе вожделенным.
Поэтому, если хочешь приготовить трапезу, возбуждающую желание, пусть одною из перемен на твоем столе будет пост. А ты, тем самым, что слишком любишь наслаждение, неприметным образом ослабляешь для себя оное, и сластолюбием уничтожаешь сладость. Сколько ни было бы что вожделенно, от непрерывности наслаждения оно делается презренным; а что имеешь у себя в редкость, наслаждение тем всего более желательно.
Так и Сотворивший нас устроил, чтобы приятность даров Его не уменьшалась, потому что одни дары сменяются в жизни другими. Не примечаешь ли, что и солнце светлее после ночи, и бодрствование приятнее после сна, и здоровье вожделеннее по испытании противного? Поэтому и трапеза приятнее после поста как богатым, имеющим хороший стол, так и тем, которые довольствуются простою и наскоро проготовленною пищею.
Убойся примера богача. Его предала огню роскошная жизнь; потому что не в несправедливости, но в сластолюбии обвиненный, мучился он в пламени пещном. Поэтому, чтоб погасить нам сей огонь, нужна вода. И не для будущего только полезен пост; он драгоценен и для плоти. Самое крепкое здоровье подвержено припадкам и переменам; потому что природа изнемогает и не может переносить бремени здоровья.
Смотри же, чтоб тебе, гнушаясь теперь водою, в последствии не просить и капли ее, как просил богач. Никто не пьянел с воды; ни у кого не болела голова, обременившись водою; никто, привыкши пить воду, не имел нужды в чужих ногах; ни у кого не отнимались ноги, не переставали действовать руки оттого, что напитаны водою. Ибо беспорядок в пищеварении, который необходимо сопровождает сластолюбцев, производить в телах жестокие болезни.
У постящегося и цвет лица почтенный; он не переходит в бесстыдную багровость, но украшен целомудренною бледностью; взор у него кроткий, походка степенная, лицо задумчивое, не обезображиваемое неумеренным смехом; у него мерность в речи, чистота в сердце.
Приведи на память святых, бывших от начала века, ихже не бе достоин мир, иже проидоша в милотех, в козиях кожах, лишени, скорбяще, озлоблени (Евр.11,37.38). Подражай их образу жизни, если домогаешься части с ними. Что упокоило Лазаря в недрах Авраамовых? Не пост ли? А жизнь Иоаннова была единый пост. У Иоанна не было ни одра, ни стола, ни возделанной земли, ни вола земледелателя, ни пшеницы, ни человека, кому приготовить хлеб, ни иного чего нужного для жизни.
Потому не воста в рожденных болий Иоанна Крестителя (Мф.11,11). А Павла между прочим и пост, о котором он также упоминает, хвалясь своими скорбями, возвел на третье небо.
Но важнее всего сказанного то, что Господь наш, постом укрепив воспринятую Им за нас плоть, принял на Себя в ней приражения диавола, как нас научая постом умащать и приучать себя к подвигам в искушениях, так и противнику доставляя Своим алканием удобство приступить к Нему. По высоте Божества, Он был бы неприступен противнику, если б чрез алкание не снизошел до человеческой немощи.
А восходя на небеса, прикасался Он к пище, чтоб удостоверить в естестве воскресшего тела.
Но ты не престаешь утучнять себя и облагать плотью: и изсушая ум недостатком питания, ни во что ставишь спасительные и животворные учения. Или не знаешь, что как, в двух сопротивных рядах, споборничество одному производит одоление другого, так передающийся на сторону плоти препобеждает духа, и перешедший на сторону духа порабощает плоть? Ибо плоть и дух противоборствуют друг другу.
Поэтому, если хочешь сделать крепким ум, обуздай плоть постом. Это и значит то самое, что сказал Апостол: в какой мере внешний человек тлеет, в такой внутренний обновляется (2Кор.4,16), и еще: егда немощствую, тогда силен есмь (12,10). Ужели не презришь снедей тленных? Ужели не возжелаешь трапезы во царствии, которую, без сомнения, предуготовляет здешний пост?
Или не знаешь, что неумеренностью в пресыщении готовишь себе упитанного мучителя - червя? Ибо кто, при обильной пище и непрестанной роскоши, принимал какое-либо общение в духовном даровании? Моисей, чтоб принять второе законоположение, имел нужду во вторичном посте. Если б с Ниневитянами не постились и безсловесные, то им не избежать бы угрожавшего превращения. Чьи кости падоша в пустыни (Евр.3,17)? Не тех ли, которые желали мясоястия?