Страница 7 из 16
И, показав этим предшествовавшее образование тела, потом присовокупил песнопение об одушевлении тела, ибо говорит: Живот же и милость положил еси у мене (12); упоминает после этого и о попечительности: Посещение же Твое сохрани мой дух (12); потом проповедует Божие всемогущество: Сия имеяй в Тебе, вем, яко вся можеши, и не возможно Тебе ничтоже (13).
Почтил же Бог тело этим преимуществом по времени, чтобы установить равенство. Поскольку душу сотворил бессмертною, а тело - смертным, то телу дал старейшинство по времени, чтобы душа не величалась пред ним, преимуществуя и по естеству, и по времени.
10. О Промысле
Этому мнению о душе и о теле следует Церковь, научившись из слов Божиих. Ибо признает она Бога всяческих не только создателем, но и попечителем, распорядителем и правителем Вселенной. Всего несообразнее говорить, что Бог, хотя сотворил все не по собственной Своей нужде, а по единому человеколюбию, но не имеет попечения о том, что сотворил, и оставляет без присмотра тварь, как некую ладью, которая без груза и кормчего туда и сюда носится противными ветрами, ударяясь о скалы и утесы.
Ненавистен нам безбожный Диагор, гнушаемся мы также и Эпикуром, который допускает, правда, Бога, но говорит, что Он погружен Сам в Себя и нисколько не чувствует того, что делается с тварью. Осуждаем и Аристотелево учение о Промысле, потому что пределом Промысла положил Аристотель луну, обвиняя Бога в одном из двух - или в бессилии, или в лености, так как или нет у Бога достаточной силы иметь попечение о всем, или есть сила, но по лености оставляет без управления наши дела. Но то и другое исполнено хулы.
Ибо восхотевший создать и мельчайшие части твари как может быть назван бессильным? И может ли по лености нерадеть о том, что сотворил по неисчерпаемой благости? Но неразумие этих философов достаточно обличает Платоново учение о Промысле. Ибо Платон и одинаково с ним умствующие говорят, что Бог всяческих промышляет о всем. А если Бог промышляет, то этим изгоняются басни о судьбе, Парках и нитях.
Ибо крайнее неразумие - при управлении Божием ладье Вселенной давать иного кормчего.
Надобно же в раздельности определить, что зависит от кормила Промысла и что предоставляется разумной силе души, что такое зло естественное и что носит это наименование, хотя не есть зло, а считается только злом. Поэтому в делах человеческих по самому естеству добры благоразумие, целомудрие, справедливость, мужество и другие части добродетели, а злы глупость, распутство, несправедливость, робость и все прочее этому подобное; богатство же, нищета, рабство, господство, здравие, болезнь и другие благополучия и злополучия в жизни человеческой занимают среднее некое место, потому что, как некие орудия, предлежат они людям, и лучшие из людей посредством того и другого из сказанного устраивают добродетель.
Можно найти, что изобилующие богатством и живущие в нищете имеют попечение о добродетели, и в здравии песнословят Благодетеля, и в болезни пребывают терпеливы, и рабы отличаются целомудрием и справедливостью; и опять другие, живя в нищете, любят порок и не только крадут, но даже отваживаются на грабление мертвых и на святотатство и, имея богатство, делают его орудием неправды, в здравии предаются гордости и кичливости, в болезни изрыгают хульные речи.
А из этого нетрудно узнать, что богатство и нищета, рабство и господство и подобное этому от употребления ими тем, кто имеет в них часть, делаются то похвальными, то достойными порицания, как и железо иногда называем содействующим к жизни человеческой, когда, как плуг, заступ и вилы, возделывает оно землю, как серп, очищает растения, как топор и пила, служит к постройке домов и приготовлению разных сосудов, а иногда, смотря на меч и совершенные им убийства, иные именуют железо злоумышляющим на жизнь.
Но не меч - вина убийств, а употребляющий его во зло; также не богатство и нищета и другая счастливая или несчастливая доля жизни достойны обвинения, а те, которые тем или другим пользуются вопреки законам. Если бы все это, взятое порознь, по самому естеству было худо, то не доставляло бы кому-либо добра. Однако же находим, что многие посредством этого преуспевали в добродетели.
Поэтому оно - не зло, послужившее орудием к добру, и также не добро, сделавшееся для другого орудием к пороку; а потому занимает среднее место, как и врачебные вещества. Ибо опиум и цикута, если за полезное признаны для кого врачами, делаются предохранительными средствами, а если приняты против законов искусства, вредны и пагубны. Иногда даже хлеб и вино причиняют болезнь употребляющим их, потому что несоблюдение меры производит вред.
Так благоуспешность и безуспешность в делах мудро управляющие ими обращают для себя в спасительные врачевства, а неразумно и нерассудительно ведущие себя заимствуют из этого средства к пагубе.
Поэтому и это и подобное этому, доброплодие и неплодие земли, счастливое плавание и кораблекрушение зависят от Промысла Божия. И поэтому всем надлежит любить, что бывает с нами от Промысла, и не доискиваться с пытливостью причин этого, потому что закон действий божественного кормила неизъясним. Заботиться же должно о том, что в нашей власти, и удалять от себя всякий порок, вселять же в себе добродетель и украшаться всеми видами ее.
И, как любящие наряжаться женщины с особым искусством посредством убранства придают красоту телу, так и душевную красоту должно убирать цветами целомудрия, справедливости, мужества и благоразумия, потому что приобретение этих добродетелей в нашей власти. Верх скудоумия - домогаться того, что приобрести не в нашей власти, и что сверх того подлежит мгновенным превратностям, а что в нашей состоит власти, достославно, продолжительно и постоянно, тем пренебрегать, как чем-то малоценным и не стоящим никакого внимания.
Если будем знать это различие в делах человеческих, то возлюбим мановения божественных распоряжений и не будем сомневаться в том, что всем управляет Промысл. Ибо видим, что по порядку меняются времена года, все производится вовремя и каждая вещь бывает соответственна времени. Не князи вещества, возлюбив дщерь света, как баснословит непотребный Манес, преследуя ее, проливают пот и подают нам дождь, но по мановению Зиждителя составляются облака. И этому ясно учит Божественное Писание.
Ибо сказано: Возводя облаки от последних земли, молнии в дождь сотвори: изводяй ветры от сокровищ Своих (Пс.134:7); и еще: Призываяй воду морскую, и проливаяй ю на лице земли (Ам.9:6), и в другом месте: Дхнет Дух Его, и потекут воды (Пс.147:7); и еще: Напаяяй горы от превыспренних Своих: от плода дел Твоих насытится земля. Прозябаяй траву скотом, и злак на службу человеком, извести хлеб от земли (Пс.103:13-14).
В Божественном же Писании можно найти тысячи и других мест, доказывающих Божий Промысл. Но, написав уже десять слов о Промысле, считаю излишним теперь распространяться об этом.
11. О домостроительстве Спасителя
Уместно будет показать, каких держимся мыслей о божественном Вочеловечении. Ибо учение это яснее провозвещает Промысл Бога всяческих. Валентин в сложенных им баснях утверждал, что иной есть Единородный, иной - Слово, иной - Христос, который внутри полноты, иной - Иисус, и еще иной Христос внешний. Утверждал также, что Иисус вочеловечился, облекшись во внешнего Христа и восприняв тело от душевной сущности.
А так же говорил и Василид, что иной есть Единородный, и иной - Слово, и еще иное - Премудрость. А Кердон, Маркион и Манес утверждали, что Христос казался человеком, не имея ничего человеческого. Керинф же учил, что Иисус родился от Иосифа и Марии по общему для людей закону, а Христос снисшел на Иисуса свыше. Евионеи, феодотиане, артемониане, фотиниане говорили, что Христос родился от Девы простым человеком.
Арий же и Евномий утверждали, что воспринял Он тело, а вместо души действовало Божество. Аполлинарий утверждал, что тело Спасителя было одушевлено, но не имело души разумной, потому что, говорит он, излишен разум, где есть Бог Слово.
Представил же я мнения многих ересей с намерением показать истину учения Церкви, потому что Церковь одного и того же именует и Сыном, и Единородным, и Богом Словом, и Господом Спасителем, и Иисусом Христом. Но Сыном, Единородным, Богом Словом и Господом именовался Он до вочеловечения, а также нарицается и по вочеловечении; Иисусом же Христом наименован по вочеловечении, приняв наименование от совершенных Им дел.