Страница 2 из 10
Душа пьяна от страстей; здоровье может к ней вернуться, если с помощью добродетелей протрезвеет от этого опьянения [17]. Добродетели пронизаны скорбями и бедами [18]. Святой Исаак утверждает, что каждая добродетель - это крест [19]. Более того, беда и скорбь являются предпосылками добродетели [20], поэтому святой Исаак определенно рекомендует человеку полюбить беду и скорбь, чтобы освободиться от вещей сего мира, чтобы ум не был занят сим миром.
Ибо человек должен прежде всего освободиться от вещественного, чтобы иметь возможность родиться от Бога. Такова икономия благодати [21], а значит и икономия познания.
Ежели человек решится на лечение и оздоровление души, он должен прежде всего основательно исследовать все свое существо, должен научиться отличать добро от зла, Божье от дьявольского, ибо это умение различать - η διάκρισις - "больше всякой добродетели" [22]. Усвоение добродетелей постепенно и органично: одна усваивается другой, одна зависит от другой [23], одна рождается из другой.
"Каждая добродетель - мать другой добродетели" [24]. Среди добродетелей существует порядок не только онтогенетический, но и хронологический. Первая среди них - вера.
1. Вера
С подвигом веры начинается лечение я оздоровление души от страстей. Как только вера зачнется в человеке, страсти начинают искореняться из души. Но пока душа не будет "упоена верой в Бога", пока не обретет живого ощущения силы ее, она не исцелится от страсти, не сможет одолеть материю [25]. Негативный момент подвига веры состоит в освобождении от огреховленной материи, позитивный - в соединении с Богом [26].
Душа, которая чувствами рассеяна по вещам мира сего, собирает себя подвигом веры, воздерживается от пристрастия к вещам и вся находится в непрерывном ощущении устремленности к Богу. Это основа всего положительного [27]. Освободиться от рабства огреховленной материи - главное условие развития в духовной жизни [28]. Начало этого нового жизненного пути составляют собирание мыслей в Боге, непрерывное размышление ума о слове Божием и жизнь в бедности [29].
Верой ум, рассеянный страстями, собирается, освобождается от чувственного и достигает спокойствия и кротости мыслей [30]. Живя чувствами в мире чувственного, ум болен [31], с помощью веры ум выходит из темницы мира сего, удушливой от греха, и входит в новый мир, где витает чудный новый воздух [32]. "Сон разума" опасен как смерть, поэтому нужно верой разбудить разум к духовной деятельности [33], в которой человек одолеет себя, изгоняя страсти из себя [34].
"Гони сам себя, и твой враг будет изгнан твоей близостью" [35].
В подвиге веры от человека требуется действовать на надумственной антиномии веры: "Будь мертв в этой жизни, и будешь жить после смерти" [36]. Вера оздоравливает, исцеляет, оздравоумливает - σωφρονίζει - ум; душа становится непорочной, когда бессрамно не занята блудными мыслями [37]. "Телолюбие - φιλοσωματία - признак неверия" [38].
Вера освобождает ум от оков чувственности, трезвит его постом, и богомыслием [39], и бдением [40].
Невоздержание, полный желудок замутняют ум [41], расстраивают его и рассеивают в фантастические мысли и страстные сласти. В сластолюбивом теле не обитает богопознание [42]. Из семени поста прорастает колос здравоумия, целоумия - της σωφροσύνης, - как из сытости прорастает распутство и из пресыщения - нечистота [43].
Телесные помыслы и вожделения создают в человеке мятежный пожар; лекарство от этого - погрузить ум в море тайн Священного Писания [44]. Без освобождения от приверженности вещам душа не может освободиться от мятежных помыслов, не может ощутить спокойствия в уме, если не умертвит чувства [45]. Страсти помрачают мысли и ослепляют ум [46]. Хаос в мыслях происходит от угождения чреву [47].
Стыд и страх Божий сдерживают колебания ума; ослабление стыда и страха Божия колеблет чаши весов разума, и он становится неустойчивым, колеблющимся [48]. Ум утверждается исполнением заповедей Господних [49] и претерпеванием скорбей и бед [50], а попечения житейские омрачают ум [51]. Собирая себя верой, человек пробуждает ум для Бога [52] и молитвенным молчанием очищает разум [53], одолевает страсти [54].
Молчанием оздоравливается душа, поэтому следует себя принуждать к молчанию, ибо оно создает в сердце некую сладость [55]. Молчанием человек входит в умирение помыслов - ειζ την ειρήνη των λογισμων [56].
Вера низводит мир в разум и таким образом устраняет мятежные помыслы. Грех является причиной беспокойства и противоборства в мыслях, а также противоборства человека с небом и с людьми. "Примирись с самим собой, и с тобой помирятся небо и земля" [57]. До веры ум рассеян по вещам сего мира; верой побеждается рассеянность ума - μετεωρισμος του νου [58].
Блуждание, скитание мысли вызывается у человека демоном блуда [59]. Скитание очей - дело нечистого духа [60].
Верой ум укрепляется в богомыслии; поэтому путь спасения - постоянное памятование о Боге [61]. Как рыба без воды, так ум без памятования о Боге [62]. Свобода настоящего человека состоит в освобождении от страстей, в воскресении со Христом и в радости души [63]. Страсти могут быть побеждены лишь исполнением добродетелей [64], с каждой страстью нужно бороться до мученичества [65].
Первое и основное оружие в борьбе со страстями - это вера, ибо вера есть свет ума, который прогоняет мрак страстей, и сила ума, которая изгоняет недуг из души [66].
Вера несет в себе не только свое начало и свою сущность, но и начала, а с ними и сущности, всех остальных богочеловеческих добродетелей, которые одна из другой исходят и одна вокруг другой свиваются, подобно кольцам в стволе дерева. Если вера имеет язык, то это молитва.
2. Молитва
Подвигом веры человек побеждает эгоизм, преодолевает границы своего "я" и входит в новую, транссубъективную и трансцендентную, реальность. В этой новой реальности властвуют новые законы; старое исчезает, все новое возникает. Когда подвижник погружается в неизвестные глубины этой новой реальности, его ведет вера, им руководит молитва, и он молитвой смотрит, молитвой чувствует, молитвой мыслит, молитвой живет.
Наблюдая ум человека на стезе веры, святой Исаак отмечает, что ум огражден молитвой и ведом молитвой; каждая благая мысль молитвой претворяется в мысль о Боге [67]. Однако и молитва - трудный подвиг; она приводит в движение всю личность человека, и человек распинает себя в молитве [68] - распинает страсти и грешные мысли, которые срослись с душой его.
"Молитва есть умерщвление похотливых мыслей плотской жизни" [69].
Терпеливой упорностью в молитве человек совершает весьма трудный подвиг, подвиг самоотречения [70], необходимый в деле спасения. Молитва - это "источник спасения"; ею обретаются все остальные добродетели, все блага [71], поэтому на человека-молитвенника наваливаются чудовищные искушения, от которых он защищается и обороняется молитвой.
Молитва является самым надежным стражем ума [72]. Молитва разгоняет тучи страстей и просвещает ум [73]. Она низводит мудрость в разум [74]. Знак совершенства - непрерывное нахождение в молитве [75]. Духовная молитва переходит в экстаз, в котором открываются тайны Троического Божества, и ум находится в сфере священного незнания, которое выше знания - η αγνοια, η υπερτέρα γνώ σεως [76].
Начатое верой, оздоровление органов познания продолжается молитвой. Границы человеческой личности все более и более расширяются; эгоцентризм постепенно уступает место теоцентризму.
3. Любовь
"Из молитвы рождается любовь" [77], как из веры рождается молитва. Добродетели единосущны между собой, поэтому и рождаются одна от другой. Любовь к Богу является признаком, что новая реальность, в которую человека вводят вера и молитва, намного лучше реальности предшествующей. Любовь к Богу и людям - результат молитвы и веры. Собственно, истинное человеколюбие невозможно без веры и молитвы.
В подвиге веры человек меняет мир: из ограниченного входит в безграничный, где жизнь не по закону чувственности, а по закону молитвы и любви. Святой Исаак особенно выделяет свое полученное благодатно- подвижническим опытом убеждение, что любовь Божия приходит от молитвы. "Любовь - плод молитвы" [78]. Любовь может быть вымолена у Бога, но никак не может быть обретена без молитвенного подвига.