Страница 2 из 3
Итак, Святая Троица есть единый Бог, неизреченный, безначальный, несозданный, непостижимый, неразделимый. И невозможно нам ни умом постигнуть Его, ни достойно определить словом. Но чтоб нам совсем не забыть Бога и, храня о Нем полное молчание, не казаться живущими как какие-нибудь безбожники, для того снисходительно позволено нам говорить о Боге и божественном, сколько сие под силу человеческому естеству, говорить так, как научены мы божественными Апостолами и 6огодухновенными отцами нашими, чтоб, воспоминая о Нем часто, славили мы Его благость и человеколюбивое домостроительство, совершенное Им для нас.
Но мы, как бы сведения не имея о том, что земля есмы и пепел, выходим за пределы меры своей и не трепеща исследуем, пытаем, гадаем, надумываем и в воображении своем произвольно построеваем то, что недомыслимо и неизреченно для самих Ангелов и для всех небесных чинов, - произвольно мудрствуем о Боге и говорим о том без всякого благоговеинства и страха, как бы какие неверные, нисколько не наученные тайнам Божиим.
Скажи наконец мне ты, брате, который без стыда позволяешь себе исследовать и пытать, что касается Божеского естества, веруешь ли, что Бог триипостасный безначален, неизречен, неисследим, невидим, ни для ума непостижим, ни для слова неизглаголан? И что Он не имел начала, ни дней, ни лет, ни веков, но был всегда, и всегда пребывал таковым же? - Да, говоришь, верю.
Итак, если ты веруешь тому, что Святая Троица всегда была, как и воистину была, Бог един, Который, когда восхотел, привел из несущего в бытие небо и землю, и все, что в них, прежде того создав все небесные воинства ангельские, после же всех тварей сотворив и человека, - так что нет ничего ни на небе, ни на земле, ни в преисподних, что не было бы создано из несущего, - один же только триипостасный Бог, Творец и Создатель всяческих, есть безначален и несоздан, присно сый и прежде всех сый, - если веруешь сему, то чего ради не заграждаешь сам себе уст своих, со страхом и трепетом поклоняясь Творцу всяческих, как делают сие все воинства ангельские, сущие на небесах, но, оставив рассматривать и исследовать себя самого, дерзкою и самоуверенною душою любопытствуешь о непостижимом естестве Бога?
Не трепещешь, человече, как бы не ниспала с неба какая-либо стрела молнийная и не попалила тебя?!
Если Бог, триипостасно единый, несоздан есть и безначален, был всегда и прежде всего, видимого и невидимого отелесенного и бестелесного, познаваемого нами и не познаваемого, - что все получило бытие от единосущной и нераздельной Троицы, единого Божества, то скажи мне, каким способом твари могут познать Творца, начавшие быть - Всегда-сущего, созданные - Несозданного?
Как они, от Него после получившие бытие, могут познать Его - безначального? Как могут они понять, каков Он и колик, и как есть? Нет, нет, никак не могут они понять ничего из этого, разве только насколько восхощет Сам Творец, Который как дает всякому человеку дыхание, и жизнь, и душу, и ум, и слово, так благоволит человеколюбно даровать и познание о Себе, да ведают Его, сколько подобает.
Иначе же твари, получившей бытие от Бога, никак невозможно постигнуть Творца своего. Впрочем, и это ведение, какое Он дает нам, верующим в Него, дает Он нам ради веры нашей, чтоб знание подтверждало веру, которая бывает без знания, и таким образом посредством знания утверждался в вере всякий, оглашенный словом, и убеждался, что есть Бог, в Которого уверовал он по одному словесному учению.
Такое ведение получают верующие посредством многообразных и многоразличных знамений, гаданий, зерцал, таинственных и неизреченных действий, божественных откровений сокровенного, созерцания тварей и посредством другого многого, помощию чего каждодневно возрастает вера таковых верных и восходит в любовь и пламенное желание Бога. И не только это, но их еще Бог удостоверяет, как и Апостолов, чрез апостольское присещение (надсматривание, наблюдение. - Ред.)
Святого Духа; и они совершеннее просвещаемы и научаемы бывают светом Духа Святого, что Бог непостижим, неизречен, несоздан, вечен и присносущ. От Духа Святого научаются они всякому разумению и познанию, и всякому слову премудрости и ведения таинственнейшего; сверх того получают силу творить чудеса, дар пророчества, роды языков и сказания языков, дар заступления и управления городов и народа, познание будущих благ, вкушение царствия небесного, сыноположение и самое облачение во Христа, с ведением таин Христовых и наипаче тайны домостроительства Его во спасение наше.
И вообще говоря, все сие и многое другое подобное, чего не знают неверные, мы, сподобившиеся соделаться верными, можем знать, мудрствовать о том и говорить, будучи научаемы и просвещаемы благодатию Пресвятого Духа.
Сим же способом удостоверяемся и утверждаемся в убеждении, что Бог, создавший всяческая, Он же создал и нас, персть взем от земли, и даровал нам ум, слово и душу мысленную, сотворил нас по образу и подобию Своему, отгнал от нас тму неведения. И благоволил показать нам, хотя примрачно и некоторым образом как бы в тени, - то, что выше нас, изъясняя сие помощию того, что видится в нас самих.
Так узнали мы, видим и веруем, что как Бог, создав тело, сотворил потом вместе (за раз) и душу, и ум, и самое внутреннейшее слово наше (ибо Писание, - говоря, что Бог создал человека, персть взем от земли, и вдунул в лицо его дыхание жизни, и бысть человек в душу живу, - показывает, что вместе с душою были и ум наш и слово, ни одно из них не было прежде других, так как все три вместе едино суть и дарованы нам в едином дыхании жизни)
, как, говорю, в сих трех ни одно не было прежде другого, так как все три единого суть естества и существа, так и в Святой, единосущной и единочестной Троице ни одно лицо не было прежде другого. Бог - Творец образа, то есть человека, выну (всегда. - Ред.) триипостасен сый, никогда не имел ни одного из трех лиц, которое было бы прежде других, но три лица вместе суть един Бог, и опять, сие единое, то есть Бог равным образом всегда есть в трех лицах.
Итак, исповедуем, веруем, свидетельствуем и утверждаем, пред теми особенно, которые не почитают дерзким испытывать относящееся до непостижимого Божества, что Пресвятая Троица, в которую мы крещены, есть Бог триипостасный, Отец, Сын и Дух Святой, как благодатию Святого Духа удостоверились мы из самого Божественного Евангелия, но как есть и что есть Святая Троица, все создавшая, сего мы, созданные от Нее, не ведаем.
И если сего не ведаем, как и поистине не ведаем, а между тем дерзаем говорить и толковать о том, чего не ведаем, то скольким стрелам молнийным праведно ниспасть на нас, чтоб попалить нас? В самом деле, то, что непохоже ни на что из сотворенного, ни видимое, ни невидимое, но есть выше всего, как можем познать мы, твари тленные, чувственные, слепые и непросвещенные?
И особенно когда грехи наши, как стена, стоят между нами и Богом и отделяют нас от Него? - Каковую стену грехов наших, если не разорим мы покаянием или не прейдем, то не только Бога не возможем познать, но не познаем даже и того, что мы человеки. Ибо пока стоит эта стена и преграда грехов наших и нас отделяет от света, как возможно нам, пребывая во тме, познать самих себя, или понять истинно, что мы такое, откуда взяв начало, приходим в мир сей, куда идем и какого рода твари есмы?
Не зная же самих себя, не тем ли паче не можем познать Того, Кто несравненно выше нас? Если б мы познавали самих себя, то не стали бы с такою дерзостию говорить о Боге. Говоря же о Боге и божественных вещах, мы, не просвещенные и Духа Святого не имеющие, тем самым показываем, что не знаем самих себя. Если б мы знали самих себя как следует, то никогда не подумали бы, что достойны даже на небо воззреть и видеть этот чувственный свет мира или попирать ногами эту землю.
Почему что может быть нечистее того, кто в гордостном самомнении покушается учить о тех, яже Духа суть, без Духа? И что сквернее того, кто, не хотя покаяться и пред очистить себя, но минуя сие, приступает богословствовать с одним лжеименным знанием и внешнею мудростию и рассуждать с дерзостию и самоуверенностию о сущем, и сущем всегда неизменно одинаково?