Страница 12 из 13
А подлинные ариане, не по одной внешности справедливо подозреваемые, но в самом еще начале за ересь вместе с Арием низложенные епископом Александром, и именно в верхней Ливии Секунд, в Александрии Евзой хананеянин, Юлий, Аммон, Марк, Ириней, Зосим и Сарапион по прозванию Пеликон, и в Ливии Сисинний и с ним другие младшие, разделяющие их нечестие, заняли теперь церкви.
72) Военачальник Севастиан писал к поместным начальникам и к воинским властям: изгнать истинных епископов и на их место ввести держащихся нечестия. И послали в заточение епископов, состаревшихся в клире, много лет епископствовавших еще со времени епископа Александра: Аммония, Ерма, Анагамфа и Марка послали в верхний Оазис, а Муия, Псеносириса, Ниламмона, Плиния, Марка, Афинодора — в Аммониаку, не с иною какою мыслию, но чтобы, проходя пустыню, кончили они жизнь, потому что не сжалились и над больными, но гнали и тех, которые по немощи с трудом переносили это, почему несли их на носилках, и по причине болезни их за ними же следовало и нужное к погребению. Один из них умер, и не позволили, чтобы тело его несли свои. Поэтому и епископа Драконтия заточили в пустынные места около Клисмы, а Филона — в Вавилон, Аделфия — в фиваидскую Псинаблу, Иеракса же и Диоскора, пресвитеров, сослали в Сиену; Аммония, Агафона, Агафодемона, Аполлония, Евлогия, Аполлоса, Пафнутия, Гаия и Флавия, престарелых епископов, и также епископов Диоскора, Аммония, Ираклида и Псаия принудили к бегству. И одних послали в каменоломню, других гнали, желая довести до смерти, многих 164 же иных ограбили. Даже сорок человек мирян и дев, сперва поставив на огонь, послали потом в заточение.
Девам наносили раны финиковыми жезлами, отчего иные через пять дней умерли, а у других по причине вонзившихся в тело спиц надлежало их вырезывать, и они терпели мучения тягчайшие смерти. Но для всякого имеющего здравый смысл еще ужаснее, как ни свойственно это нечестивым: когда мучимые призывали имя Христово, ариане еще более скрежетали на них зубами. Даже тела отшедших не отдавали своим для погребения, но скрывали, чтобы утаить убийство, однако же не утаили, потому что видел целый город, и все отвращались от них как от кровопийц, злодеев и разбойников. Разоряли они и монастыри и монахов покушались бросать в огонь, грабили дома, остатки денег, положенные епископом на сохранение в дом свободных граждан, расхищали и присваивали себе, вдов били по пятам, запретили подаяние милостыни.
73) Таковы злодейские поступки ариан. Кто же не ужаснется, услышав, каковы предприятия их безбожия? Довели они до заточения столь почтенных великих старцев и многолетних епископов, а на место их молодых распутных язычников, еще неоглашенных, думая вдруг сделать совершенными, даже двуженцев, обвиняемых в тяжких преступлениях, по причине окружающего их богатства или их силы в гражданском обществе, — если давали золото, как бы с торга посылали, именуя их епископами. И для мирян ужаснейшее уже было бедствие. Они отвращались от этих, чуждых для них арианских наемников, а военачальник наказывал их за это бичеванием, описанием имущества, заключением в темницу (и делал это с удовольствием как манихей), чтобы не требовали они своих епископов, 165 а приняли тех, которых отвращаются, то есть людей, совершающих такие дела, какие прежде осмеивали и в своих идолах.
74) Видя или слыша это, смотря на высокомерие нечестивыих и на такую неправду, кто не восстенает, если только он правдолюбив? Ибо на местех нечестивых стенят праведни (Притч 28:28). Кто после всего этого, когда нечестие дошло до такого бесстыдства, осмелится еще назвать Костиллия 14 христианином, а не паче образом антихриста? Ибо чего не достает ему из признаков антихриста? Или почему не будет он признан всюду за антихриста, если этот последний представляется именно таким, каков он? Не по его ли приказанию ариане и язычники в великой церкви, которая в Кесареуме, приносили жертвы и хулили Христа? Видение Даниила не такие ли черты полагает в изображении антихриста: творит брань со святыми, укрепится против них, превзыдет злобами всех прежних, и три цари смирит, и словеса на Вышняго возглаголет, и помыслит пременити времена и закон (Дан 72:24–25)? Кто другой, кроме одного Констанция, предпринимал когда-либо подобные дела? Он именно таков, каков был бы антихрист. Покровительствуя нечестивой ереси, он глаголет словеса на Вышняго; заточая епископов, творит брань со святыми, хотя ненадолго имеет такую власть к своей же погибели. И злобою превысил он бывших прежде него, придумав новый способ гонения. И по истреблении трех царей, Вретаниона, Магненция и Галла, вскоре стал покровителем ереси и, как исполин, дерзнул превознестись в высокомерии пред Вышним.
Он замыслил переменить закон, нарушая Господнее, через апостолов данное 166 14 Уменьшительное название Констанция. постановление, изменяя церковные обычаи и вымышляя новый способ поставлений. Ибо из другого места, за пятьдесят переходов посылал епископов с воинами к народам, их не желающим, и вместо сведений о себе приносят они к народам угрозы и послания к судьям. Так, Григория из Каппадокии прислал в Александрию и Герминия из Кизика переслал в Сирмию, а Кекропия из Лаодикии отправил в Никомидию.
75)Какого-то Авксентия, более любителя тяжб, нежели христианина, из Каппадокии он перевел в Медиолан. И поеликутамошнегоепископаДионисия,человека благоговейного, послал в заточение за благочестивую веру во Христа, то ему, не знающему даже римского языка и умеющему только нечествовать, повелел быть там епископом. А теперь еще какому-то Георгию, родом каппадокиянину, бывшему сборщиком податей в Константинополе и все присвоившему себе, а потому бежавшему, велел войти в Александрию в сопровождении воинов при содействии военачальника. Потом, нашедши какого-то Эпиктета, дерзкого молодого человека из новообращенных, полюбил его, видя готовым на злые дела, и посредством его строит уже козни кому хочет из епископов. А Эпиктет готов сделать все, что угодно Царю. Пользуясь этим служителем, и в Риме совершил Констанций дело необычайное и действительное подобие антихристова злоумия. Ибо вместо церкви приготовив палату и вместо народа призвав трех своих евнухов, трех злонравных соглядатаев (никто не назовет их епископами), принудил в палате поставить во епископы какого- то достойного их Феликса. Ибо весь народ, зная о беззаконии еретиков, не дозволял им входить в церкви, но отгонял от них далеко прочь.
76)Посему чего недостает, чтобы ему быть антихристом? 167 Или что большего сделает, пришедши, антихрист? Не найдет ли он, что Констанцием предуготован ему удобный к обольщению путь? Ибо опять вместо церквей в чертоги призывает на суд к себе и сам председательствует на суде. И что чудно: если видит, что недостает обвинителей, сам на себя берет должность обвинителя, чтобы терпящим неправду при его насилии не было и возможности оправдаться. Так поступил он в деле с Афанасием. Видя дерзновение епископов Павлина, Люцифера, Евсевия и Дионисия, как скоро говорящих против Афанасия стали они обличать раскаянием Урзация и Валента и подали голос, что не должно верить Валенту и сообщникам его, как уже раскаявшимся в том, что теперь утверждают, Констанций, тотчас встав с места, сказал: «Теперь я обвинитель Афанасиев, для меня поверьте тому, что утверждают они». После сего епископы сказали: «Как можешь быть обвинителем, когда нет здесь обвиняемого? Если ты и обвинитель, то поелику Афанасия здесь нет, он не может быть судим, не Римский здесь суд, чтобы поверить тебе как царю, но дело идет об епископе. И суд должен быть равный и над обвиняющим, и над подсудимым. Но почему обвиняешь? Не мог ты быть вместе с находящимся от тебя далеко. А если утверждаешь слышанное от Урзация и Валента, то справедливость требует верить и тому, что говорит Афанасий.
Если же ему не веришь, а веришь сим, то оказывается, что они утверждают это для тебя и в угодность тебе обвиняют Афанасия». Выслушав это и обидою для себя признав сказанное прямодушно, он послал их в заточение и, прогневавшись на Афанасия, строго предписал поступать с ним, как и сделано, церкви передать арианам и дозволить им делать, что хотят. 168