Страница 3 из 5
11) Поскольку изречение это имеет такое толкование, то необходимо было о названной в таком смысле лозе написать: верна суща сотворшему Его, 455
и: толико лучший быв Ангелов, и: созда. Ибо когда приял Он на себя то, что восхотел за нас принести, — а это было тело от Девы Марии, тогда и написано о Нем, что создан, и сотворен, и получил бытие, потому что таковые выражения — приличны людям. Сверх того, не по приятии тела стал Он лучшим ангелов, иначе окажется, что прежде был меньше их или равен им. Напротив того, апостол, пиша к иудеям и человеческое служение Господа сравнивая со служением Моисеевым, сказал: толико лучший быв Ангелов, потому что закон изглаголан Ангелы (Евр 2:2); яко закон Моисеом дан бысть, благодать же и даяние Духа Иисус Христом бысть (Ин 1:17). И тогда от Дана до Вирсавии возвещаем был закон, а ныне во всю землю изыде вещание их (Пс 18:5); и язычники поклоняются Христу и чрез Него познают Отца. Итак, написано это о Спасителе по человечеству, а не иначе.
12) Посему ужели Дионисий, как разглашают христоборцы, пиша о человечестве Сына и в этом отношении назвав Его произведением, сказал, что Он есть один из человеков? Или, говоря, что Слово не есть собственность Отчей сущности, думал, что Оно — единосущно с нами человеками? Но не так писал он в других посланиях, напротив же того, оказывается в них мудрствующим право и этими посланиями может возразить им, говоря так: «Не одного я мнения с вами, богоборцы, не мои слова послужили Арию предлогом к нечестию, напротив того, пиша к Аммону и Евфранору по поводу савеллиан, упомянул яоделателе иолозе и о других подобных изречениях, чтобы, доказав человечество Господа, убедить их — не утверждать более, будто бы Отец стал человеком. Как делатель не есть лоза, так явившееся в 456
теле — не Отец, но Слово, Слово же, явившееся в лозе, названо лозою по телесному сродству с розгами, под которыми разумеемся мы. Итак, в этом смысле писал я к Евфранору и Аммонию, а вашему бесстыдству противополагаю другие, писанные мною послания, чтобы люди благоразумные узнали заключающееся в них мое оправдание и правое рассуждение о вере во Христа».
Посему и арианам, если бы имели здравый ум, должно было бы — подобно сему рассуждать и думать об епископе. Вся права разумевающим, и права обретающим разум (Притч 8:9). Поскольку же, не научившись вере Вселенской Церкви, впали они в нечестие и, ослепившись уже умом, почитают правое стропотным, и свет именуют тьмою, а тьму почитают светом, то, к большему осуждению еретиков необходимо нужно представить места из других Дионисиевых посланий и причину их написания. Ибо, из этих посланий почерпнув сведения, и мы так рассуждаем и пишем об этом муже.
13) Предлог же, по которому написал он другие послания, есть следующий. Когда епископ Дионисий узнал о бывшем в Пентаполе и по благочестивой ревности, как сказал я выше, против Савеллиевой ереси написал послание к Евфранору и Аммонию, тогда некоторые из братий той Церкви, правомудрствуя, но не спросив Дионисия, чтобы от него самого узнать, почему написал он, пошли в Рим и обвиняли его пред соименным ему Дионисием, епископом Римским. И Римский епископ, услышав об этом, написал вместе и против держащихся Савеллиевых мнений, и против мудрствующих то же, что утверждал Арий и за что извержен он из Церкви. И он говорит, что равно, хотя и противоположно одно другому, нечестие — и Савеллиево и тех, которые утверждают, что Слово 457
Божие есть тварь и произведение и что Оно создано. Писал он и к Дионисию (Александрийскому), извещая, в чем обвиняли его. На это Дионисий скоро дал ответ, и книги свои надписал: обличение и оправдание.
Заметь в этом ненавистный образ действования христоборцев и как они к стыду своему действовали против себя. Поскольку Дионисий, епископ Римский, писал и против тех, которые утверждают, что Сын Божий — тварь и произведение, то этим показывается, что не ныне в первый раз, но издревле всеми предаваема была анафеме ересь христоборных ариан. Потом, поскольку Дионисий, епископ Александрийский, оправдывается в рассуждении послания, какое написал он, то оказывается, что он не так думал, как они говорят, и вовсе не имел Ариева зловерия.
14) К совершенному осуждению ариан и в доказательство, что они клевещут, достаточно и того одного, что Дионисий оправдывается в том, что разглашают о нем ариане. Ибо ответ написал он не как упорствующий в своем, но как оправдывающийся, — в чем подозревали его. А оправдывающийся — в чем обвинен, что иное делает, как не уничтожает всякую подозреваемую в нем вину, и с тем вместе обличает клеветников ариан?
Но чтобы еще более были они постыжены тем, что писал Дионисий в свое оправдание, представлю тебе собственные его выражения. По ним узнаешь, что ариане — зломудренны, Дионисий же — чужд их зловерия..
Во-первых, послание свое надписал он: обличение и оправдание. Что это значит? Не то ли, что обличает солгавших и оправдывается в том, что написал, показывая, что написал не в том смысле, 458
как предполагал Арий, но что, припомянув сказанное о Господе по Его человечеству, не не знает и того, что Он есть нераздельное с Отцом Слово и Премудрость? Потом жалуется на обвинителей своих, — что выражения его передают не вполне, но в усеченном виде, и как бы не с доброю, но с лукавою совестию говорят, что хотят, и уподобляет их клевещущим на послания блаженного апостола. А таковая укоризна совершенно освобождает его от худого подозрения. Ибо, если обвинявших Павла почитает за одно с обвинявшими его самого, то не что иное доказывает этим, но то единственно, что написал он так, держась Павлова образа мыслей. И подлинно, ответствуя на каждое слово обвинителей, всему, что выставляют они, дает он правильный смысл, и как первым посланием низлагает Савеллия, так последним доказывает искреннюю свою благочестивую веру.
Итак, поскольку они говорят, будто бы Дионисий думает, что Бог не всегда был Отцом, что не всегда был Сын, а напротив того, Бог был без Слова, и Самого Сына не было, пока не получил бытия, и было некогда, что Его не было, потому что Он — не вечен, но получил бытие впоследствии, то смотри, как отвечает он на это. Большую часть его речений, где или входит в исследование своего предмета, или сводит умозаключения, или обличает, предлагая вопросы, или жалуется на обвинителей, — оставляя, чтобы не продолжить речи, привожу одно то, что необходимо идет к обвинению. Итак, оправдываясь в этом, в первой книге, надписанной обличение и оправдание, между прочим, пишет он в таких выражениях:
15) «Не было, когда бы Бог ни был Отцом». И в последующем говорит: «Известно, что всегда есть Христос как Слово, Премудрость и Сила; 459
потому что Бог, не как не рождавший их прежде, родил впоследствии, но сказано это потому, что Сын не сам от Себя, но от Отца имеет бытие». И вскоре потом еще говорит о Сыне: «Но как сияние вечного Света, конечно, и Сам Он — вечен. Поскольку всегда есть свет, то явно, что всегда есть и сияние; ибо в этом самом: издавать Сияние, — подразумевается, что есть свет. И свет не может быть не светящим. Возвратимся опять к подобиям. Ежели есть солнце, то есть луч, есть день. Если же нет ничего подобного, то трудно сказать, что есть и солнце. Посему, если бы солнце было вечно, то и день был бы не прекращающийся. Но теперь этого нет: с появлением солнца начинается день, и с прекращением его света оканчивается. Бог же вечный есть свет, не начинавшийся и никогда не престающий. Следовательно, пред Ним и с Ним — вечное сияние, безначальное, всегда пребывающее и проявляющее Его, а это и есть Премудрость, Которая говорит: Аз бех, о Нейже радовашеся, на всяк же день веселяхся пред лицем Его на всяко время (Притч 8:30). И несколько после присовокупляет, говоря о Нем: «Итак есть вечный Сын вечного Отца и Свет от Света. Поскольку есть родитель, то есть и чадо. А если бы не было чада, то почему и чьим может быть родителем? Но есть Тот и Другой, и Оба — всегда». Потом опять присовокупляет: «Итак, поскольку Бог есть свет, то Христос есть сияние.
А поскольку Он и дух, — ибо сказано: Дух есть Бог, то соответственно сему, Христос называется еще парою, ибо сказано: пара бо есть силы Божия» (Прем 7:25). И в другой раз говорит еще: «Единый же Сын, всегда соприсущий Отцу и исполненный Сущего, и Сам есть сущий от Отца».
16) Если бы это было сказано обоюдно, то имело бы потребность в истолкователе. А поскольку об 460
одном и том же написал ясно и неоднократно, то пусть Арий скрежещет зубами, видя, что Дионисием ниспровергнута его ересь, и слыша, как он, чего не хотелось бы Арию, говорит: Бог всегда был Отцом, и Сын — не просто вечен, но поскольку вечен Отец, то вечен и Сын и соприсущ Ему, как сияние —свету. А те, которые хотя подозревали только Дионисия, будто бы мудрствует он по-ариански, да оставят такое худое о нем мнение. Ибо какое у них общение, когда Арий говорит: не было Сына, пока не рожден, и было, когда Его не было, а Дионисий учит: Бог есть свет вечный, никогда не начинавшийся и непрестающий, следовательно, пред Ним и с Ним — сияние безначальное, всегда пребывающее и проявляющее Его?