Страница 2 из 9
образа мыслей, но меняются в нем так и иначе, и ныне одобряют, что говорят, через несколько же времени охуждают, что говорили, и опять хвалят, что недавно хулили. А это, по сказанному в книге «Пастырь», есть диавольское порождение и признак более корчемников, нежели учителей. Ибо вот подлинно учение и вот признак истинных учителей, как предали Отцы, — согласно между собою исповедывать одно и то же и не входить в споры ни друг с другом, ни со своими Отцами. А которые не так расположены, тех скорее можно назвать негодными, нежели истинными учителями. Посему язычники, не признающие одного и того же, но разногласящие друг с другом, не имеют истинного учения, а святые и действительные проповедники истины один с другим согласны и не разнствуют между собою. Ибо хотя и в разные времена были они, но все взаимно стремятся к одному и тому же, будучи пророками единого Бога и согласно благовествуя единое слово.
5) Чему учил Моисей, то соблюдал Авраам, а что соблюдал Авраам, то знали Ной и Енох, различая чистое и нечистое, и благоугождая Богу. И Авель стал мучеником, зная, чему научен был от Адама, тогда как Адам научен Господом, Который, пришед в кончину веков, во отметание греха (Евр 9:26), сказал: заповедь не новую даю вам, но древнюю, которую слышали сначала. А потому наученный Им блаженный апостол Павел, начертывая церковные правила, желал, чтобы и диаконы не были двоязычны (1 Тим 3:8), а тем паче епископы, делая же выговор галатам, вообще выразился так: аще кто вам благовестит паче еже приясте, анафема да будет. Якоже предрекохом, и паки глаголю, но и аще мы, или Ангел с небесе благовестит вам паче, еже приясте, анафема да будет 405
(Гал 1:8–9). Поскольку же говорит это апостол, то и они или пусть подвергнут анафеме Евсевиевых сообщников, которые меняются в мыслях и говорят иное, нежели к чему подписались, или, если знают, что подписались они справедливо, пусть не ропщут на такой Собор. Если же ни того ни другого не делают они, то явно носятся всяким ветром и волнением и не собственными своими, но чужими увлекаются мнениями. А если они таковы, то не заслуживают вероятия и теперь, когда представляют подобные предлоги. Да перестанут же осуждать то, чего не знают, а может быть, и не умея различить, просто называют они лукавое добрым, доброе — лукавым, и горькое почитают сладким, сладкое же — горьким. И именно хотят, чтобы имело силу то, что по суду признано худым и отвергнуто, а что справедливо определено, то усиливаются оклеветать. Посему как нам не должно уже было давать в этом какой-либо отчет и отвечать на пустые их предлоги, так им надлежало не упорствовать более, но согласиться на то, к чему подписались вожди их ереси, когда знают, что происшедшая после того перемена мыслей в Евсевиевых сообщниках — подозрительна и злонамеренна.
Подписаться, имея возможность сколько нибудь оправдать себя, — это подлинно показывает, как злочестива арианская ересь, ибо не подписались бы прежде, если бы не осудили ересь, и не осудили бы прежде, если бы не устыдились, со всех сторон приведенные в затруднение, почему перемена мыслей обличает упорство в нечестии.
Поэтому, как сказано, и им надлежало оставаться в покое, но поскольку сильны они в бесстыдстве и думают, может быть, что сами они в состоянии лучше тех защитить диавольское сие злочестие, то, хотя в первом писанном к тебе послании 406
изложил я пространное на них обличение, однако же, и теперь, занявшись сими, как и теми, подвергнем подробному исследованию все, что ни говорят они. Ибо и теперь будет обнаружена вполне их не здравая, но какая-то бесовская ересь.
6) Итак, говорят они, как и те полагали и осмеливались утверждать: «Не всегда — Отец, не всегда — Сын, Сын не имел бытия, пока не рожден, но и Он пришел в бытие из не сущего, потому Бог не всегда был Отцом Сыну, когда пришел в бытие и создан Сын, тогда и Бог стал именоваться Отцем Его, потому что Слово есть тварь и произведение, и по сущности чуждо и не подобно Отцу, Сын не по естеству и не истинное Отчее Слово, не единственная и не истинная Отчая Премудрость, но, будучи тварию и одним из произведений, не в собственном смысле именуется Словом и Премудростию. Ибо и Он, подобно как и все, приведен в бытие словом, сущим в Боге, а посему Сын — и не истинный Бог».
Но я и их намерен сперва спросить о следующем: что такое вообще сын? И какое значение этого имени? Чтобы хотя бы через это могли они понять утверждаемое ими.
Божественное Писание показывает нам двоякое разумение этого имени: одно, прилагаемое к тем, о которых Моисей говорит в законе: аще послушаеши гласа Господа Бога твоего, еже хранити вся заповеди Его, яже Аз заповедую тебе днесь, творити доброе и угодное пред Господем Богом твоим. Сынове есте Господа Бога вашего (Втор 13:18; 14:1). Так и Иоанн говорит в Евангелии: елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим быти (1:12). Другое разумение, — по которому Исаак — сын Авраамов, Иаков — сын Исааков, и патриархи — сыновья Иаковлевы. 407
В каком же из этих разумений признавая сыном Божия Сына, слагают о Нем подобные басни? Ибо очень знаю, что в этом злочестивом учении сходятся они с Евсевиевыми сообщниками. Итак, если в первом разумении, как признают сынами и всех тех, которые за исправление нравов приобретают благодать сего наименования и приемлют область чадом Божиим быти (а это и они утверждали), то можно подумать, что Божий Сын ничем не отличен от нас и не есть единородный, потому что и Он приобрел именование сына за добродетель. Ибо, хотя, как говорят они, по предуведению, что будет таковым, наперед приемлет и вместе с бытием получает и имя, и славу имени, однако же, ничем не будет отличаться от приемлющих имя сие по совершении дел, если только в таком разумении и Он провозглашается Сыном. Так, Адам, наперед приявший благодать и вместе с бытием поставленный в раю, ничем не отличался от Еноха, который через несколько времени по рождении, благоугодив, преложен, и от апостола, который также по совершении дел восхищен был в рай, и даже от разбойника, который за исповедание свое приял обетование, что скоро будет в раю.
7) Но преследуемые в этом скажут, может быть, то же, что неоднократно уже говорили они, и были постыжаемы: «Так полагаем, что Сын имеет преимущество пред всеми иными, и единородным называется потому, что Он один получил бытие от единого Бога, все же прочее сотворено Богом чрез Сына». Кто же вложил в вас эту юродивую и новую мысль — говорить, что одного Сына непосредственно произвел один Отец, все же прочее получило бытие чрез Сына как чрез помощника? Если Богу во избежание утомления достаточно 408
было произвести непосредственно одного Сына и не производить уже иного, то нечестиво так рассуждать о Боге, особливо слыша, что говорит Исаия: Бог вечный, Бог устроивый концы земли, не взалчет, ниже утрудится, ниже есть изобретение премудрости Его. Скорее же, Он дает алчущим крепость, и утружденных упокоевает Словом Своим (40:28–29). Если же то, что сотворено после Сына, как низкое не удостоил Бог того, чтобы Самому произвести это непосредственно, то и эта мысль — нечестива. В Боге нет кичения: Он с Иаковом нисходит в Египет и за Авраама ради Сарры вразумляет Авимелеха, с Моисеем, хотя он — человек, глаголет усты ко устом (Чис 12:8), нисходит на гору Синай, сокровенною благодатию поборает с народом Амалика. Впрочем, и это утверждая, вы лжете. Той сотворил нас, а не мы (Пс 99:3). Он Словом Своим сотворил всё, и малое, и великое. И невозможно различать тварей и говорить: это сотворено Отцом, а это — Сыном, но все сотворено единым Богом, Который, как рукою, действует Словом Своим, и о Нем все творит. И Сам Бог, давая разуметь это, сказал: вся сия рука Моя сотвори (Ис 66:2). И Павел, наученный сему, учил: Един — Бог, из Негоже вся, и един — Господь Иисус Христос, Имже вся (1 Кор 8:6).
Итак, Он всегда и ныне вещает солнцу, — и восходит, заповедует облакам, — и дождят на один участок земли, а на который не дождят, тот изсыхает, и земле повелевает производить плоды, и Иеремию созидает во чреве. Если же ныне Сам творит это, то нет сомнения, что и вначале не признал Он недостойным Себя, чтобы Самому сотворить все Словом, потому что и это — части целого.
8) Если же потому, что прочие твари не могли 409