Страница 15 из 20
Явное мы видим в юродивых Христа ради: у них совершенное отречение ума, - подвиг высокий и доступный немногим не только потому, что произвольно казаться лишенным ума крайне тяжело для нашего самолюбивого сердца, но еще и потому, что в таком подвиге человек непрестанно колеблется между двумя опасностями: изменить святому обету буйства Христа ради, и нарушить долг любви к ближнему - соблазном его, или неподанием ему нужного совета, или чем-либо другим. Но можно быть буиим ради Христа и не представляясь лишенным ума, пользуясь даже всеми богатствами мудрости человеческой. Апостол Павел был буи Христа ради (1 Кор. 4; 10), но учил в ареопаге философов! Святители Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст были светилами своего века, и, однако же, не были чужды и буйства Христова. Все это бывает посредством смирения ради Христа; смирение мирит мудрость земную с буйством Христовым. Кто водится смирением, тот на все познания свои смотрит, во-первых, как на незаслуженный дар Божий, поэтому у него нет и причины к кичению. А при том самая мудрость земная, идя у него правильно, скоро доводит его до границ познания человеческого, и, не будучи в состоянии преступить за них, но чувствуя нужду идти далее, сама передает питомца своего вере, то есть уступает место святому "буйству Божию" (1 Кор. 1;25).
Пред таковыми мудрыми в очах мира и вместе буиими в очах Божиих, тайны мира духовного раскрывались, как свидетельствуют жизнеописания их, с такою же удобностью, как и пред теми, кои ради Христа казались миру совершенно лишенными ума.
Можно бы и еще коснуться некоторых обстоятельств в чудесном явлении Пресвятыя Девы, ныне нами воспоминаемом: например, почему видение не замечено и таким человеком, каков был патриарх Тарасий? Почему святой Андрей, созерцая видение, был исполнен более радости, а святой Епифаний - более страха? Но должно предоставить что-либо и собственному размышлению каждого из вас. Цель поучений христианских должна состоять не в том, чтобы сообщить все возможное касательно рассматриваемого предмета, а и возбудить собственное размышление в слушателях. Кто к слышимому присоединяет собственное размышление, у того и из малого выходит многое; а кто только слушает, а сам нисколько не размышляет, для того и многое бывает бесполезно.
Итак, вместо заключения слова, примите от меня прошение продлить его собственным вашим размышлением.
На каковое благое дело благословение Господне да будет со всеми вами! Аминь.
Слово в день Покрова Пресвятой Богородицы
Для совершающих торжественно память чудесного явления Покрова Матери Божией не может быть ничего радостнее, как если бы кто возвестил им, что сей благодатный Покров простерт и над ними. Но кто может быть таким вестником? Чье око способно видеть Святейшую Ходатаицу, "на воздусе за ны Христу молящуюся?" Среди нас нет явных тайнозрителей, подобных блаженному Андрею и Епифанию; а сокровенные доведомы единому Господу и блюдут духовные созерцания свои для вечности.
И однако же мы, и именно мы, стоящие теперь в сем храме, не без свидетеля, и притом самого верного, о том, что покров Преблагословенныя Девы простерт и над нами. Кто сей свидетель? Не человек какой-либо земной, и даже не Ангел, а Она Сама, наша Покровительница! С дерзновением и уверенностью говорю сие от лица Ее, ибо что значит святая и чудотворная икона Ее, стоящая в сем храме, как не постоянный, видимый залог Ее невидимого Покрова?.. Мы знаем из истории чудотворных икон, что в случае гнева небесного за грехи человеческие, иконы сии вдруг сокрывались и являли себя в другом месте, или вовсе исчезали. Посему, доколе наша Покровительница не оставляет здесь Своего места, не лишает Своего образа благодатной силы чудотворений, доколе приемлет наши молитвы и подает нам благовременную помощь, дотоле мы, несмотря на всю нечистоту нашу, можем быть твердо уверены, что находимся под Ее благодатным Покровом.
И может ли Преблагословенная Дева не внимать мольбам тех, кои прибегают к Ней с истинною верою и любовью? Опять дерзну сказать от имени Ее: не может! И невозможность сия составляет Ее славу. Небесные покровители, между прочим, тем и отличаются от покровителей земных, что земные могут покровительствовать, могут и не покровительствовать, хотя бы просящий был достоин покровительства; а небесные покровители не могут не покровительствовать достойных: где искренняя мольба, там и их помощь; где вера и любовь к ним, там и они; это для них - святая необходимость. Тем паче не может не слышать чистых молитв, не может не оказывать благовременной помощи Матерь Божия, Коей, как в особенную награду за величайшее и беспримерное служение Ее спасению человеческому, предоставлено право быть первою Ходатаицею о всех нуждающихся, радостью и покровом всех скорбящих.
Что же должна производить в нас сия драгоценная уверенность в покровительстве нам Матери Божией? Беспечность в деле нашего спасения? Бесстрашие в преступлении закона Божия? Откладывание со дня на день покаяния? Нет, братие, это значило бы злоупотреблять милосердием небесным и оскорблять в лицо нашу святейшую Покровительницу. Чистейшая из Дев не может покровительствовать грехам; Она покровительствует токмо грешникам, и притом кающимся. Кто хочет постоянно быть под Ее благодатным Покровом, тот должен постоянно удаляться от всякого греха, ибо всякий грех расторгает союз с Нею. Она молится о тебе горе, а ты молись о себе долу; Она покрывает тебя заслугами Сына Своего, а ты облекайся в них верою и любовью. Иначе, если будем предаваться греху, выйдет то же, что было с израильтянами. Моисей принимал для них от Бога закон на горе Синайской, а они, соскучившись в его отсутствие, отлили под горою златого тельца, и начали ему поклоняться и бесчинствовать. Увидев сие, Господь тотчас прекратил беседу Свою с Моисеем и сказал: сниди отсюду, беззаконноваша бо людие твои... и ныне остави Мя, и возъярився гневом на ня, потреблю их (Исх. 32; 7, 10). Не скажет ли подобного и нашей святейшей Ходатаице достопоклоняе-мый Сын Ее и Бог, если мы, подобно израильтянам, начнем предаваться беззаконию? "Ты молишься и ходатайствуешь о них, и Я готов оказать все милосердие тем, за коих претерпел смерть.
Но виждь, что делают они! Когда ты молишься, они поклоняются тельцу златому, приносят жертвы идолам своих страстей и попирают Мои законы. Где тут место для милости? Они сами на себя воздвигают гнев. Им нужна казнь пробуждающая и вразумляющая, а не милость утешающая. Остави Мя, и возъярився гневом, имиже самими возжженным, потреблю их.
Страшный и вместе поучительный пример сего, братие, представляет та же Греция, в коей последовало чудесное явление Покрова Матери Божией, ныне нами воспоминаемое. Каких знаков особенного покровительства не являла Она над сим народом? Сколько раз под стенами Константинополя поражаемы были Взбранною Воеводою и скифы и агаряне? Но когда Матерь Божия увидела, что покровительство Ее не делает лучше покровительствуемых, что для них нужна не милость, а наказание вразумляющее, то отняла Покров Свой; и трехвекового рабства магометан, соединенного со всеми видами уничижения, едва достаточно было Греции для возвращения Покрова Матери Божией, который теперь опять видимо начинает простираться над народом Греческим.
То же, братие, может быть и со всякою душою, не радящею о своем спасении в надежде на заступление Матери Божией. Суды Божий одинаковы и в малом и в великом: слава... и честь и мир всякому делающему благое, и раскаявающемуся в злом, скорбь и теснота на всяку душу человека творящаго злое, и пребывающего во зле! (Рим. 2; 9-10).
Зная сие, будем несомненно прибегать под кров Преблагословенныя Девы, но не будем приносить под сей покров грехов наших, не омыв их слезами покаяния. Матерь Божия врачует все немощи, утоляет всякие скорби, покрывает самые грехи, коль скоро они соединены с сокрушением о них сердца, но не покрывает и не может покрыть ожесточение во грехах! Аминь.
Слово в день Покрова Пресвятой Богородицы
Слабому по душе и телу, подверженному опасностям человеку (каков каждый из нас) необходимо нуждаться в помощи и покровительстве; и чем могущественнее, мудрее, благосерднее покровитель, тем безопаснее и утешительнее для покровительствуемого. Но земные покровители, как бы ни казались совершенными, часто бывают непостоянны в благорасположении, недальновидны в выборе благодеяний и, несмотря на свое могущество, сами подвержены слабостям и недостаткам. Несравненно было бы лучше, если бы кто нашел себе покровителя на небе, помощника не по одному телу, но и по душе, предстателя не пред людьми токмо, но и пред Богом, благодетеля совершенного, который сам не имел бы ни в чем нужды. Если бы притом такой благодетель принял под кров свой не одного какого-либо человека и неизвестных токмо людей, а всех, нуждающихся в его помощи, - принял не на время, а навсегда, и если бы несомненно было, что он имеет великое дерзновение пред Богом, то радость о снискании такого покровителя была бы радостью всего рода человеческого, воспоминание о союзе с ним должно бы составить предмет торжества самого светлого.