Страница 78 из 97
То, что делает Христос в таинстве Причастия, похоже на переливание крови, которое применяется в медицине при различных болезнях, например при заражении крови. Зараженную кровь врачи удаляют, после чего вливают в организм новую здоровую кровь. Так поступает и наш великий Врач — Христос: вместо крови ветхого Адама, зараженной смертью и тлением, Он вливает всем приходящим к Нему Свою собственную живоносную Кровь — свободную от тления и являющуюся для принимающих ее источником вечной жизни и бессмертия.
Конечно, все сказанное не означает, что, причащаясь, мы уже автоматически спасены и независимо ни от чего войдем в Царство Христово. Это, конечно, не так. Для того чтобы соединение со Христом, достигаемое через Причастие, было для нас спасительным, нужно еще и жить по заповедям Христа. Это и понятно: ведь если через Причастие мы становимся Телом Христовым, Его клетками и Его членами, то мы должны и действовать так, как угодно Христу. «Исполнением животворящих заповедей Евангельских поддерживается соединение христианина со Христом, — говорит святитель Игнатий Брянчанинов. — Иначе не может член Христов пребывать в соединении со Христом, как действуя из Его воли, из Его разума. И воля, и разум Христовы изображены в Евангельских заповедях». То есть тот, кто соединен со Христом, непременно должен жить по Евангельским заповедям — только тогда он будет истинным членом Тела Христова. В противном же случае он будет в Его Теле инородным членом, который это Тело рано или поздно извергнет из себя.
О великой ответственности христиан, соединяющихся через Причастие со Христом, есть очень хорошие слова у святителя Иннокентия Херсонского. «Да будет мысль о соединении нашем со Христом правилом наших действий, — говорит он, — да удерживает она нас от всего противного Христу и Его святому закону; да располагает ко всему, что честно и похвально перед Богом и людьми! Не попустим, чтобы возлюбленный Жених душ наших терпел и страдал от соединения с нами! Дорого стоила Ему возможность питать нас Своим Телом и Кровью; для этого надлежало взойти на Крест. Не попустим же, чтобы Он, входя под кров души нашей, вновь обрел там для Себя Голгофу».
Итак, зная все это, братия и сестры, будем приступать со страхом, верой и любовью к великому и спасительному таинству святого Причастия, будем принимать в себя пищу вечной жизни и питие бессмертия. Будем также и благодарить Господа за такой Его неизреченный и безмерно великий дар. Однако, соединяясь со Христом через это непостижимое таинство, постараемся еще и свято хранить себя от всего неугодного Ему, хранить от греха и нечистоты, постараемся проводить истинно христианскую жизнь. И тогда Причастие станет для нас спасительным, оно сделает нас детьми Божиими и в свое время приведет туда, где пребывает Господь и все святые Его, — в Царство Небесное, в Будущий век. Аминь.
Победа Христа над смертью
Быстро летит время. Казалось, еще совсем недавно мы ходили на службы Страстной седмицы, причащались Святых Христовых Таин и готовились к встрече самого великого христианского праздника — Пасхи. И вот уже быстро и незаметно прошли две недели светлого пасхального торжества. Святая Церковь празднует Пасху гораздо дольше всех других праздников — целых сорок дней. В течение этих сорока дней мы многократно слышим в церковных песнопениях радостную весть о Воскресении Христа и Его победе над смертью.
В одном из таких песнопений Церковь воспевает гроб Христов: «Яко живоносец, яко Рая краснейший, воистину, и чертога всякого царского показася светлейший, Христе, гроб Твой, источник нашего воскресения». Что это за странные слова? Почему Церковь называет гроб Христа живоносным, то есть источающим из себя жизнь, дающим жизнь вечную? Как может гроб давать жизнь? Ведь гроб — это обиталище смерти, вместилище распада и тления?
Причина здесь в том, что Христос, пройдя через гроб, победил смерть, восторжествовал над ней и совершенно уничтожил ее царство. И вот поэтому гроб Христов стал живоносным, то есть дающим всем жизнь, стал прекраснее всякого царского чертога и дворца, прекраснее даже самого Рая — источником нашего воскресения. По выражению одного известного богослова, жизнь, подобно источнику, бьет из гроба Христа.
Однако, слушая все это, кто-нибудь может возразить: как же так, нам говорят о победе над смертью, о вечной жизни, а люди как умирали, так и продолжают умирать, смерть как царствовала, так и царствует в мире, и конца этому не видно. Где же здесь победа над смертью? Ведь каждый день мы, например, видим, что в храме отпевают покойников и что могильщики на кладбищах тоже не сидят без работы... Что сказать на это?
Истинно, подлинно и непреложно, что Христос победил смерть и низложил ее державу. После Воскресения Христа смерть, которая для нас неизбежна, уже не есть смерть. Она не есть смерть хотя бы уже потому, что касается теперь только нашего тела. Душа же христианина не подвластна смерти, она уже не умирает, не погибает в аду, как это было до Христа, но переходит в Царство святых, где живет вечно.
Да, смерть пока еще имеет власть над нашим телом, однако и эта власть не будет продолжаться долго, — скоро она будет отнята у нее. Святитель Григорий Нисский говорит, что, как ядовитая змея, которой был нанесен смертельный удар, не мгновенно умирает, но некоторое время еще может ползать и кусаться, так и смерть хотя и смертельно поражена Воскресением Христовым, но какое-то время она еще может действовать в нашем мире. Однако теперь это уже не есть смерть в собственном смысле, а правильнее будет назвать ее сном или успением. Ведь, как говорит святитель Иоанн Златоуст, смерть только тогда есть смерть, когда она вечна, когда умирают навеки, навсегда, а если она лишь временна, то это уже не смерть, но сон. Когда же окончится этот сон, тогда, по неложному слову Писания, тела всех когда-либо живших на земле людей будут воссозданы Богом и предстанут на Страшный суд. Вот тогда и упразднится последняя власть смерти — власть над телом человека.
Но кто-нибудь снова может задать вопрос: как воскреснут мертвые? Разве это возможно? Ведь многие люди, например, сгорели, некоторые утонули и стали пищей рыб, а кого-то растерзали дикие звери? Как же смогут все эти люди воскреснуть?
Отвечая на подобный вопрос, святитель Игнатий Брянчанинов приводил следующее сравнение. Представьте себе, говорил он, что есть человек, который ни разу не видел, как оживает природа весной. И вот если бы такому человеку сказать, что зимний сад, где стоят мертвые голые деревья, где дуют ледяные ветры, где все застыло, покрыто снегом и нет никаких признаков жизни, — если бы ему сказать, что пройдет всего лишь несколько месяцев и этот сад оживет: холод и снег исчезнут без следа, земля украсится цветами и травами, деревья покроются листьями и будут приносить плоды, воздух будет наполнен благоуханием цветов и пением птиц, — если бы ему все это рассказать, то он, конечно, не поверил бы, что так будет. И однако же это чудо совершается на наших глазах каждую весну, просто мы привыкли к нему и потому не замечаем.
Вот точно так же будет и воскресение мертвых тел — оно будет непременно, каким бы невероятным и невозможным это ни представлялось сегодня некоторым неверам. Ибо Христос воскрес из мертвых первый, чтобы и мы вслед за Ним воскресли и имели участие в Его жизни, жизни, не имеющей конца. Аминь.
Неделя святых жен Мироносиц
В ветхозаветные времена, до пришествия Христа на землю, женщина имела в нашем мире положение крайне подчиненное, часто полурабское, и по своему достоинству считалась несравненно ниже мужчины. Многие люди античности вообще отказывались признавать женщину полноценным человеком. И это имело место не только в среде языческих народов, но и у евреев. Известно, например, что одной из произносимых мужчинами в синагоге молитв была следующая: «Благословен Ты, Господи Боже наш, Царь вселенной, Который сотворил меня не женщиной». Тогда как женщины молились другими словами: «Благословен Ты, Господи Боже наш, Царь вселенной, Который сотворил меня по Своей воле». Также известно, что благочестивому еврею не полагалось разговаривать с женщинами. Даже с собственной женой нужно было говорить как можно меньше. И поэтому то, что Христа часто окружали женщины, что они слушали Его учение и следовали за Ним, представлялось в те времена делом небывалым и неслыханным. Такое поведение шло вразрез с многовековыми правилами ветхозаветного благочестия.