Страница 16 из 22
По мере того, как возрастала честь этой митрополии, вследствие ли императорского указа или соборного определения, возрастала честь и Митрополита, так что достоинство и преимущества Митрополита соответствовали преимуществам города, в котором он имел свою кафедру.
Примеры этого в церковной истории бесчисленны, но нам нет нужды приводить их здесь, потому что они известны сведущим в истории. Таким образом, говорю, этот обычай установился и потом был утвержден соборными правилами.
В Римской Империи три города были главнейшими: Рим, столица Императора, на Западе, Антиохия на Востоке и Александрия на Юге. Потому и Церкви этих городов имели преимущественную честь пред Церквами других городов. В последствии времени той же чести удостоился и Константинополь, то есть когда перемещен был туда императорский двор, или когда он сделался новым Римом и столицей Императора.
Подобным образом предпочтен был и Иерусалим не за величие и славу свою, а за святость места, на котором умер и погребен Искупитель мира, и где первоначально основана Церковь верующих и началась евангельская проповедь. Все это известно из древней церковной практики и апостольских правил. И во-первых, правило святых апостолов, которое мы привели выше, говорит: "Епископам всякого народа подобает знати первого в них и признавати его яко главу" и прочее.
Отсюда мы выводим то заключение, которое изложили выше: что апостолы никого не рукоположили первым между другими, Митрополитом или Патриархом, потому что, если бы они хотели даровать это преимущество какому-нибудь одному городу, например, Риму, Антиохии или Александрии, то; без сомнения, означили бы это в правиле и сказали бы так: "Епископам всякого народа подобает знати Римского, Антиохийского или Александрийского епископа, и признавати его яко главу", и прочее, но они сказали неопределенно: "Первого в них".
Первым между ними почитался епископ первого города провинции или митрополии, его-то апостолы и заповедали прочим епископам провинции признавать главой.
Но яснее говорит об этом 6-ое правило I Вселенского Собора: "Да хранятся древние обычаи, принятые в Египте, и в Ливии, и в Пентаполе, дабы Александрийский епископ имел власть над всеми сими, понеже и Римскому епископу сие обычно. Подобно и в Антиохии и в иных областях да сохраняются преимущества Церквей". Вот как Собор утвердил власть, принадлежавшую Церквам Александрийской и Антиохийской.
Откуда же такую власть получили эти Церкви? От древнего обычая, то есть как велось издревле, потому что эти города были главными. А Собор только определил, чтобы сохранялся этот древний обычай в Церквах Александрийской и Антиохийской, подобно тому, как он сохраняется в Церкви Римской, которая была как бы главой ближайших к ней Церквей, по важности ее царствующего города.
Тот же Собор почтил так же и епископа Элии (Иерусалима), а IV Собор Халкидонский вместе с честью предоставил ему и власть: и стал он пятым после первых четырех. II Вселенский Собор предоставил епископу Константинопольскому первенство чести после епископа Римского, потому что Константинополь есть новый Рим. Правило этого Собора подтверждено IV Вселенским Собором следующим образом: "Во всем последуя определениям святых Отец и признавая читанное ныне правило ста пятидесяти боголюбезнейших епископов, бывших на Соборе во дни благочестивыя памяти Феодосия, в царствующем граде Константинополе, новом Риме, тожде самое и мы определяем и постановляем о преимуществах святейшей Церкви тогожде Константинополя, нового Рима.
Ибо престолу ветхого Рима Отцы прилично дали преимущества: поелику то был царствующий град.
Следуя тому же побуждению, и сто пятьдесят боголюбезнейших епископов предоставили равные преимущества святейшему престолу нового Рима, праведно рассудив, да град, получивший честь быти градом Царя и Синклита и имеющий равные преимущества с ветхим царственным Римом, и в церковных делах возвеличен будет подобно тому, и будет вторый по нем". Из этого правила весьма ясно открывается, кто почтил древний Рим? Именно - Отцы. И по какой причине почтили его? Потому, что он был царствующим городом.
Те же Отцы равным образом почтили и Константинополь, как город, удостоенный пребывания в нем императорского двора и Сената. Где был престол императорский, там стал и престол патриарший, второй после Римского и выше Александрийского, Антиохийского и Иерусалимского, как в последствии времени определил Собор Трулльский (прав. 36), и как означено еще в новелле Императора Иустиниана, в которой говорится: "Согласно с определениями святых Соборов постановляем, чтобы святейший Папа древнего Рима был первым из всех священников, а блаженнейший Архиепископ Константинополя, нового Рима, занимал второе место после престола древнего (Рима), но имел предпочтение пред прочими".
Таким образом, первенство между прочими епископами, и притом первенство чести, предоставлено Папе Отцами по причине первенства царствующего города Рима. Те же Отцы по той же причине почтили епископов Александрии и Антиохии, потом Иерусалима и затем Константинополя.
Перейдем теперь ко второму предложению папистов. Они говорят, что Папа выше Соборов и правил, есть верховный судья всех церковных дел, и притом непогрешительный, то есть такой, который не может ошибаться в делах веры. Это предложение основывается на первом: если Папа есть монарх и самодержец Церкви, и один получил от Иисуса Христа, как наместник Его, всю духовную власть, а от него уже получают ее все прочие архиереи, то следует, что он выше Соборов, которыми управляется Кафолическая Церковь, есть царствующая глава Церкви, и, следовательно, непогрешим.
Ибо если он есть верховный учитель, руководствующий Церковь в догматах веры, и как бы правило истины, то он необходимо должен иметь это высокое и исключительное преимущество непогрешимости, то есть чтобы он не мог ошибаться. Потому что если учитель и правило Церкви будет ошибаться, то каким образом Кафолическая Церковь может иметь истинные и несомненные догматы?
Но мы видели выше, что Иисус Христос решительно не допускал первенства власти в лике своих апостолов, что управление Кафолической Церкви есть не единоличное, а соборное, что высокая власть связывать и разрешать и пасти, или попечение о всей Церкви, вверено в лице всех вообще апостолов самой Кафолической Церкви. На чем же основывается независимая власть, или монархия, которой домогается Римский епископ?
"Нет, нет, - скажу опять с Августином, - не единому, но единству даровал Христос эту власть". Кафолическая Церковь, составляя одно тело в единстве веры, есть непосредственное хранилище всей духовной власти, которой корень и сила заключаются в ней, а употребление принадлежит рукоположенным ею и в ней архиереям, членам сего таинственного Тела. Из этих членов одни выше, другие ниже: к числу первых принадлежит и Папа, если только он будет довольствоваться тем местом, на котором поставили его святые Отцы, и не станет выходить из своих пределов по властолюбивому желанию быть господином над рабами, а не первым между братьями.
Далее, так как целое Тело Кафолической Церкви, оживляемое и управляемое своею Главою, то есть Христом, имеет всю духовную власть, а представитель Кафолической Церкви есть Вселенский Собор, законно и правильно созванный, то мы утверждаем, что Собор выше всех и самого Папы, так что все, не исключая и Папы, должны беспрекословно повиноваться Собору и соблюдать его правила.
Отсюда следует, во-первых, что один Собор имеет власть, в случае появления какой-либо ереси, отлучать еретиков, во-вторых, что он, находясь под верховным управлением Главы - Христа, не может погрешать, когда определяет что-либо касательно веры. Оба эти заключения мы выводим из слов Иисуса Христа, Который в беседе с учениками Своими сказал: аще же согрешит к тебе брат твой, иди и обличи его между тобою и тем единем.
Аще тебе послушает, приобрел еси брата твоего. Аще ли тебе не послушает, поими с собою еще единаго или два: да при устех двою или триех свидетелей станет всяк глагол. Аще же не послушает их, повеждь Церкви, то есть многим, Собору, не одному, а единству: аще же и Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь, то есть отлученный, как ослушник Церкви.
И вслед за тем прибавляет: елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси: и елика аще разрешите на земли, будут разрешена на небесех. И далее: аще два от вас совещаета на земли о всякой вещи, ея же аще просита, будет има от Отца Моего, Иже на небесех. Иде же бо еста два или трие собраны во имя Мое, ту есмь посреде их (Мф.18:15-20). Так Само неложное Слово Божие обещает присутствовать там, где соберутся двое или трое во имя Его, то есть на Соборе.