Страница 2 из 9
Если мы будем судить о правильности принципа, утверждающего, что Священное Писание является единственным источником христианского вероучения, - по его плодам, то нам ничего не останется, как прийти к заключению, что это "дерево" должно быть срублено и брошено в огонь (Мф. 7, 19).
Учит ли само Священное Писание, что оно является полностью "самодостаточным"?
Наиболее очевидная предпосылка, лежащая в основе учения о Писании как единственном источнике христианского вероучения, состоит в том, что Библия содержит в себе все, необходимое для истинной веры, благочестивой жизни и правильного богопочитания. Для подтверждения этого положения чаще всего приводится следующее место из Нового Завета: "Притом же ты с детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса. Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен" (2 Тим. 3, 15-17).
Те, кто обычно использует эту цитату для защиты единственности Священного Писания как источника веры, утверждают, что здесь говорится о самодостаточности Писания, потому что "если Писание может сделать благочестивого человека... совершенным, то... для того чтобы достичь полноты совершенства, нет необходимости в Предании" [1].
Очевидно, что здесь и во многих других ссылках на "писание", встречающихся в Новом Завете, апостол Павел имеет в виду Ветхий Завет. Таким образом, если данный отрывок хотят использовать для установления боговдохновенных авторитетов, то нужно исключить не только Предание, но также и сам этот отрывок и вообще весь Новый Завет.
Во-вторых, если Павел хотел здесь исключить Предание как не имеющее пользы, то можно только удивиться, почему он в той же главе сам использует внебиблейское устное предание. Имена Ианний и Иамврий не встречаются в Ветхом Завете, однако в 2 Тим. 3, 8 Павел говорит, что они "противились Моисею". Здесь Павел опирается на устное предание, гласящее, что имена двух наиболее выдающихся египетских волхвов, упоминаемых в повествовании об Исходе (главы 7-8), были "Ианний" и "Иамврий" [2]. И это никоим образом не единичный случай, когда в Новом Завете используется внебиблейский источник. Самый известный пример находим в Послании святого апостола Иуды, цитирующего книгу Еноха (Иуд. 14, 14; ср.: Енох. 1, 9). Когда Церковь официально утвердила канон священных книг Ветхого и Нового Заветов, основной целью такого установления была защита Церкви от подложных книг, претендовавших на апостольское происхождение, а фактически написанных еретиками (например, Евангелие от Фомы). Еретики не могли основывать свое учение на Священном Предании, потому что их учения возникали вне Церкви; поэтому единственный способ, посредством которого они могли подвести надежный базис под свою ересь, - это исказить смысл Священного Писания и ввести в него новые книги, якобы написанные от имени апостолов или каких-либо ветхозаветных святых.
Церковь защищала себя от еретических учений, ссылаясь на апостольское происхождение Священного Предания (доказываемое апостольским преемством, то есть тем, что епископы и учители Церкви могут исторически засвидетельствовать свою прямую преемственность от апостолов) и опираясь на вселенскость православной веры (означающую, что православная вера - это та самая вера, которой православные христиане придерживались всегда и повсюду на протяжении всей церковной истории). Церковь ограждала себя от ложных и еретических книг установлением авторитетного списка священных книг, принимаемых Церковью за богодухновенные, входящих в Ветхий Завет или имеющих апостольское происхождение.
Установив канон священных книг, Церковь не намеревалась утверждать, что в них содержится вся христианская вера и все необходимое для церковного богослужения и благочиния [3]. Бесспорным является также факт, что ко времени установления Церковью канона Священного Писания она - по своей вере и богослужению - была уже идентична Церкви более поздних периодов; это исторически достоверно. Что касается структуры церковной власти, то известно, что вопрос о каноне решался соборами православных епископов; вплоть до настоящего времени так и происходит в Православной Церкви, когда требуется решить какой-либо вопрос касательно учения или церковной дисциплины.
Какова была цель новозаветных писаний?
В протестантских руководствах к чтению Библии говорится (и я считаю это Правильным): при изучении Библии, помимо всего прочего, необходимо учитывать литературный жанр, к которому принадлежит та или иная библейская книга, так как разные жанры должны интерпретироваться по-разному. Необходимо также учитывать предмет и цель книги или отрывка, с которыми вы имеете дело. В Новом Завете встречается четыре литературных жанра: евангелие, историческое повествование (Деяния), послания и апокалиптическая книга (Откровение). Евангелия написаны, чтобы свидетельствовать о жизни Иисуса Христа, Его смерти и воскресении. Библейское историческое повествование рассказывает об истории народа Божьего и о жизни выдающихся личностей, а также показывает действие в истории Божественного Промысла. Послания написаны, главным образом, как отклик на конкретные проблемы, возникавшие в различных церквах. Таким образом, то, что считалось общепринятым и понятным для всех, вообще говоря, не нашло в них подробного освещения. Вероучительные рассуждения, как правило, касались спорных или малопонятных вопросов [4]; о богослужении говорилось только в связи с обсуждаемыми проблемами (например, 1 Кор., главы 11-14). Апокалиптические писания (Откровение) были включены в Новый Завет с целью показать окончательную победу Бога в истории.
Отметим прежде всего, что ни в одном из указанных литературных жанров, встречающихся в Новом Завете, не рассматривается богослужение в качестве главной темы и не приводится никаких подробностей относительно того, как надо совершать богослужение в Церкви. В Ветхом Завете имеются подробные описания богослужения, совершавшегося народом Израиля (книга Левита, Псалмы); в Новом Завете содержатся лишь скудные намеки на характер богослужения первых христиан. Почему это так? Наверняка не потому, что их службы не имели строго установленного порядка - специалисты по литургике утверждают, что первые христиане совершали богослужения, в основном следуя чину иудейских богослужений, унаследованному от апостолов [5]. Однако даже немногие упоминания в Новом Завете, касающиеся богослужения в Древней Церкви, показывают, что новозаветные христиане далеко не напоминали собою неорганизованную толпу "свободных" харизматиков, но совершали литургическое богослужение подобно тому, как это делали их отцы и прадеды: они соблюдали определенные молитвенные часы (Деян. 3, 1); службы проводились как в храме, так и в синагогах (Деян. 18, 4). Необходимо также отметить, что ни один из литературных жанров, входящих в Новый Завет, не имеет своей целью дать исчерпывающее изложение вероучения - вы не найдете там ни катехизационных наставлений, ни систематического курса богословия.
Если все, что нам нужно, - это только одна Библия, то почему же в ней не излагается вероучение в полном объеме? Только представьте себе, как легко могли бы разрешаться многочисленные богословские споры, если бы Библия четко отвечала на каждый богословский вопрос! Однако, как бы нам этого ни хотелось, в книгах Библии вы не найдете ничего похожего. Вышесказанное должно быть правильно понято. Мы вовсе не умаляем важности Священного Писания... В Православной Церкви веруют, что Священное Писание является полностью богодухновенным, безошибочным и достаточно авторитетным источником Божественного Откровения. Но в данном случае речь идет о том, что Библия не содержит в себе учения по всем вопросам, представляющим важность для Церкви. Как уже говорилось, в Новом Завете не описывается подробно богослужение, хотя последнее - дело вовсе немаловажное. Более того, Церковь, которая сохранила и вручила нам Священное Писание, - это та же самая Церковь, от которой мы получили определенные формы богослужения. Если мы не доверяем этой Церкви в том, что она правильно донесла до нас апостольское богослужение, то мы также не должны ей доверять и в вопросе надежного сохранения Писаний [6].