Страница 23 из 71
Стих 63… Глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть и живот суть…,[361] духовны и животворящи. Поэтому не просто нужно смотреть на них, так как это — плотское разумение, но представлять их возвышенными и рассматривать внутренними очами, как таинственные, так как это — духовное разумение.
Стих 64. Но суть от вас нецыи, иже не веруют. Ведяше бо искони Иисус, кии суть неверующии, и кто есть предаяй Его.[362] Показывает не только предведение, но и незлобие Свое, так как Он знал верующих и неверующих не только со времени ропота, но с самого начала, и однако, учил всех одинаково.
Стих 65. И глаголаше: сего ради рех вам, яко никтоже может приити ко Мне, аще не будет ему дано от Отца Моего.[363] Сего ради…, ради того, что есть некоторые неверующие. Постоянно называет Бога Своим Отцом, показывая, что Он не Иосифа Сын, как они думали.
Стих 66. От сего мнози от ученик Его идоша вспять и ктому не хождаху с Ним.[364] От сего, т. е. с сего времени, идоша, т. е. отделились от Него те, которые прежде роптали, вспять, т. е. к прежней своей жизни, к которой они опять обратились.
Стих 67. Рече же Иисус Обеманадесяте: еда и вы хощете ити?[365] Не сказал: «Уходите и вы», — что свойственно отталкивающему, но кротко спросил, показывая, что Он не нуждается в их служении, что не для показа окружает Себя ими и что никого не хочет удерживать против его желания; равным образом не негодует и не обличает отделившихся, что обыкновенно делаем мы, считая такого рода дело за пренебрежение и обиду, так как все делаем по честолюбию.
Стих 68. Отвеща убо Ему Симон Петр: Господи, к кому идем? Братолюбивый Петр защищает всех братьев, говоря: Господи, к кому идем? — и показывает сильную любовь к Иисусу Христу, так как они не имеют никого другого, кто бы им был дороже, ни родителей, ни родственников, ни друзей, одним словом — никого. Затем, чтобы не показалось, что Он сказал это как будто бы потому, что нет никого, кто принял бы их, он прибавил:
Стих 68… Глаголы живота вечнаго имаши…,[366] глаголы, подающие вечную жизнь. Смотри же, что не слова служили соблазном, но невнимание слушателей и плотское, а не духовное понимание их. Совершенно естественно и даже необходимо было сказать это по поводу речи иудеев о манне; а слушателям должно было или понимать духовно, или, если они не были в состоянии, принять все это, а потом тщательно расспросить.
Стих 69. И мы веровахом и познахом, яко Ты еси Христос, Сын Бога живаго.[367] В шестнадцатой главе (16 ст.) Евангелия от Матфея он сказал то же самое: Ты еси Христос, Сын Бога живаго; но тогда Иисус Христос назвал его блаженным, по указанной там причине, и здесь, так как Петр сказал от лица всех: мы уверовали и познали, — Он отделяет от них Искариота, как уже колеблющегося.
Стих 70. Отвеща им Иисус: не Аз ли вас дванадесяте избрах…[368] Это нужно читать вопросительно.
Стихи 70–71… И един от вас диавол есть. Глаголаше же Иуду Симонова Искариота: сей бо хотяше предати Его, един сый от Обоюнадесяте.[369] Не Аз ли, говорит Иисус Христос, вас дванадесяте избрах? и однако един от вас, не получив никакой пользы от Моего избрания, как имеющий свободную волю для добра и зла, диавол есть, т. е. дьяволов, слуга дьявола. Отсюда видно, что от воли человека зависит спастись или погибнуть. Некоторые под дьяволом здесь разумели злоумышленника. Итак, нет ничего странного в том, что во время избрания Иуда имел добрую волю, а потом он переменился, так как воля его была свободна.
ГЛАВА VII
Стих 1. И хождаше Иисус по сих в Галилеи: не хотяше бо во Иудеи ходити, яко искаху Его Иудее убити.[370] Не имел возможности (вместо ηJελεν— хотяше, по чтению Златоуста стоит — ειχεν εξουσιαν), т. е. не мог безопасно ходить в Иудее. Евангелист сказал это об Иисусе Христе, как о человеке. Как человек, Он уклонялся теперь не потому, что избегал смерти, но потому, что щадил убийц, и потому, что не настало еще время страданий Его. Иногда Ему, как Богу, следовало оставаться неуловимым, а иногда, как Человеку, уклоняться, по планам Божественного Домостроительства.
Стих 2. Бе же близ праздник Иудейский, потчение сени.[371] Он праздновался в воспоминание того дня, в который прежде всего Моисей поставил устроенную Веселеилом Божественную скинию.
Стих 3. Реша убо к Нему братия Его…[372] сыновья Иосифа, который был отцом Его по усыновлению.
Стих 3… Прейди отсюду и иди во Иудею, да и ученицы Твои видят дела Твоя, яже твориши.[373] Показывают вид, что советуют Ему хорошо, как близкие и родственники, но цель у них была лукавая, порожденная завистью. Стараясь направить Его в Иудею, чтобы Он был схвачен ищущими убить Его, они выставляют ту причину, что необходимо видеть совершаемые Им чудеса и тем ученикам, которые были там, т. е. народу, который последовал за Ним в Иудее.
Стих 4. Никтоже бо в тайне творит что, и ищет сам яве быти…[374] При поверхностном понимании кажется, что они побуждают Иисуса Христа перейти в Иудею, но при более глубоком — оказывается, что они осмеивают Его, как робкого и честолюбивого: делать что-либо втайне свойственно робкому, и искать самому быть явным, т. е. известным, свойственно честолюбивому.
Стих 4… Аще сия твориши, яви Себе мирови.[375] Если Ты творишь такие чудеса, и в них нет никакого призрака, то яви Себя всем иудеям. Они подозревали Его чудеса, как призрачные. Отсюда видно, что Иисус Христос и там творил чудеса, но все они пропущены у Иоанна, как и многое другое, который скорее спешит к какому-либо новому рассказу, совершенно не встречающемуся у других. Затем высказывает и причину такого подозрения.
Стих 5. Ни братия бо Его вероваху в Него.[376] Они и сами не веровали в Него, как в Бога. Однако, будучи теперь такими, впоследствии они сделались великими и потерпели за Него многое от многих, как, например, Иаков и Иуда. Но что же на это Сердцеведец? Не изобличил их в лукавстве и злоумышлении, но великодушно отвечает сообразно с целью их.
Стих 6. Глагола убо им Иисус: время Мое не у прииде…[377] Время Мое, т. е. время идти в Иудею на смерть, о чем вы стараетесь, еще не настало; зачем же вы побуждаете Меня к этому прежде времени?
Стих 6… Время же ваше всегда готово есть. Ваше время, т. е. время вам идти в Иудею, всегда готово. Для Меня препятствием служит то, что еще не настало время, а для вас нет никакого препятствия, так как вы одних мыслей с иудеями.
Стих 7. Не может мир ненавидети вас…, как своих друзей и единомышленников; поэтому вы и идете к нему. Миром называет здесь иудеев, думающих о мирском.
Стих 7… Мене же ненавидит, яко Аз свидетельствую о нем, яко дела его зла суть.[378] Мне же он враждебен, потому что Я показываю, что дела его злы; поэтому Я и не иду теперь к нему, чтобы быть убитым, а тогда пойду, когда настанет время. Этим Иисус Христос показывает, что иудеи особенно ненавидели Его за обличение, хотя сами они говорили, что ненавидят Его, потому что Он нарушает закон и противится Богу, яко не токмо разоряше субботу, но и Отца Своего глаголаше Бога, равен Ся творя Богу (Ин. 5, 18). Обрати только внимание на то, как кротко перенес Спаситель злоумышленный совет братьев. Но не так поступаем мы, а тотчас же сердимся, негодуем и всевозможными средствами мстим таким людям. Каким же образом мы будем учениками Его?
Стих 8. Вы взыдите в праздник сей…[379] — вышеупомянутый праздник поставления кущей; вы — друзья иудеев, не видящие для себя никакой опасности.
Стих 8… Аз не (ουπω) взыду в праздник сей…[380] Не сказал: «Я не пойду», — но: «Я еще не пойду», — т. е. не пойду теперь, потому что теперь кипит и в полной силе может обнаружиться гнев иудеев; а подвергать себя очевидной опасности свойственно безрассудной дерзости.
Стих 8… Яко время Мое не у исполнися…,[381] время жизни Моей на земле. Хотя Иисус Христос знал, что будет распят во время следующей Пасхи, однако Ему еще должно было творить чудеса, учить и многих привлечь к вере. Итак, слова эти свидетельствуют не о робости, а о премудром смотрении: если бы Иисус Христос пошел тогда в Иудею, то, конечно, там схватили бы убить Его; и если бы схваченный как человек, Он был убит, то это обстоятельство воспрепятствовало бы тому, что Он имел еще сказать и сделать, а если бы как Бог не был схвачен, но уклонился, то не поверили бы Его вочеловечению. Поэтому-то Иисус Христос и располагает премудро время.