Страница 146 из 154
После же того, как я сказал, что всякая ересь стремится очевидно более или менее держаться определенного времени, я хочу прежде изобличить в остальном иудеев, а затем таким образом изъяснить основания, имеющиеся у христиан (для определения праздника пасхи). Церковь содержит определенное время страдания Христа, весеннее равноденствие, четырнадцатый день луны, трехдневье: пятницу, субботу и Господень день. Ими мы пользуемся в данном случае и вполне законно, не новшеству какому следуя, но соблюдая по преданию от самого Моисея именно четырнадцатый день луны после равноденствия. Я имею мудрых европейских свидетелей. Не следует внимать неразумию теперешних иудеев, потому что они извратили все, что было справедливого в законе; но следует выслушать мудрых еврейских исследователей и руководиться их мнением. Отвергнув тех, как отступников, составим наше учение со взглядами этих последних: получив подтверждение с этой стороны, оно станет вполне достоверным. Иудеи лишились теперь всех благ. Так, отвергли они и Писания семидесяти двух мудрых толковников. Таково ведь было число иудеев, посвятивших себя в древности, до пришествия Спасителя, подобным исследованиям, и избранных из самых лучших по достоинству для перевода Св. Писаний, пользовавшихся большой известностью еще и тогда на еврейском языке.
И тогда же перевод этот был одобрен, и все евреи посылали проклятия на того, кто вздумал бы изменять его. Поэтому и мы с полным правом можем следовать этому переводу. Если по словам Моисея: «при словах двух свидетелей, или при словах трех свидетелей состоится дело» (Втор. 19:15), то тем спокойнее можно принимать перевод не двух, а семидесяти двух свидетелей. Но пока эти мудрые мужи пользовались влиянием среди иудеев, иудеи признавали значение сделанного ими перевода; когда же совершили иудеи беззаконие над Спасителем, все доброе у них погасло. Пророком ведь был тот, кто возвестил: «Вот, Господь, Господь Саваоф, отнимет у Иерусалима и у Иуды посох и трость, всякое подкрепление хлебом и всякое подкрепление водою, храброго вождя и воина, судью и пророка, и прозорливца и старца, пятидесятника и вельможу и советника, и мудрого художника и искусного в слове. И дам им отроков в начальники, и дети будут господствовать над ними» (Ис. 3:1–4). Это пророческое слово сбылось на большей части иудеев; лишенные понимания, не имея никакого пророка, который наставил бы их на путь спасения, они оставили и предания своих ученых мужей, и даже самые основы закона подвергались у них опасности искажения.
И вот, тогда–то они произвели перемены в Священном Писании и отвергли перевод тех мудрых мужей, доверившись толкованию одного какого–то прозелита [21] и позабыв о трудах стольких мужей и о своих собственных проклятиях; тогда же исказили они и определение времени пасхи.
2. Мы имеем мудрых свидетелей еврейских, например, Филона и Иосифа, и некоторых других, которые в своих сочинениях свидетельствуют, что невозможно с точностью праздновать пасху иначе, как после весеннего равноденствия. Вместе с тем они утверждают, что такой порядок относительно четырнадцатого дня луны соблюдается издавна, как и было уже несколько раз сказано. А эти мужи, как знают иудеи, жили спустя много времени после страдания Спасителя, так что ясно, что и Спаситель пострадал во время иудейской пасхи, следовавшей за равноденствием. Итак, уже из свидетельства ученых ты видишь, что иудеи, ныне отверженные, с самого начала праздновали пасху агнца после равноденствия в четырнадцатый день луны. Пусть это положение стоит твердо, и на нем–то я попытаюсь обосновать высказанное мною ранее. Впрочем, нужно оговориться, что иудеи безразлично совершают пасху и до равноденствия, исключая вставочного месяца, когда они непременно относят ее на время после равноденствия. Однако делается это не намеренно, а является делом простой случайности. Теперь же, в настоящее время, они совершают пасху прежде равноденствия, в чем и обличаются теми мудрыми иудеями, как преступники помазания. А у нас сила таинства сохраняется в неприкосновенности, потому что время, в которое пострадал Спаситель, не упускается из внимания.
В исторических свидетельствах, сохранившихся от времени Пилата, дается указание на определенный день пасхи; там именно рассказывается, что Спаситель пострадал за восемь дней до календ апрельских. А этот день приходится после равноденствия, как хорошо знают это сведущие. Руководясь этим указанием, ты можешь убедиться, что Христос пострадал именно в это определенное время, и зная это, всегда будем соблюдать празднование пасхи после равноденствия, подражая Христу; а если ты и без того не разделял нечестия еретиков, то теперь будешь знать и те основания, которыми определяется такое именно, а не иное время. Вот и я пытаюсь сделать исчисление этого времени, чтобы показать согласие таинства с древним установлением. Пострадал Христос после равноденствия и именно в пятницу, как мы знаем и как известно из Св. Писания; пятница же тогда приходилась в четырнадцатый день луны; затем, пострадал Он во время иудейской пасхи; а пасха иудейская тогда свела во едино ко времени страданий Христовых все сроки: она предварена была равноденствием, падала на четырнадцатый день луны, и дни тогда были соответствующие нашим пятнице, субботе и дню Господню. Почему и зачем это так было, об этом я теперь должен сказать, рассматривая предложенное в отдельности; конечно, при этом в моей беседе отразятся недостатки моего языка, но за то соблюден будет верный смысл самых вещей.
Конечно, все вообще течение времени должно вести свое начало от равноденствия, — это подтверждается и данным миротворения. Первый по счету месяц должен совпадать с той порой, откуда начинается счет времени вообще, а счет времени должно начинать, конечно, с того первого дня и той первой ночи, которые равны между собою по количеству. И не другое какое–нибудь начало соответствует первому времени, как именно равенство этих данных величин. Самое время было тогда еще в будущем, но когда только что явились день и ночь, величина их была определена в равной мере, и только потом уже, вследствие движения, явилась неравномерность между ними. Если же неравномерность произошла от движения, то при творении должна была быть соблюдена равномерность. И это может быть подтверждено и из Св. Писания. «В начале», — говорит бытописатель, — «сотворил Бог небо и землю». Затем прибавляет, что была тьма и света еще не было. «И сказал Бог, да будет свет. И стал свет. И отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью» (Быт. 1: 1–5). Так явились первый день и первая ночь. Что же? Как «отделил Бог свет от тьмы», которую назначил быть ночью? Это самое «между» (по середине) — указывает на две (равные) половины.
Так как все, что творил Бог, Он творил в определенной природе, то естественно, что и первые день и ночь Он заключил в определенные и равномерные границы и, при наличности таких границ, увидел, что это весьма хорошо. Неравномерность же между днем и ночью должна была явиться впоследствии уже, как следствие движения. И вот, если первые день и ночь были равными, то равноденствие есть начало первого времени, как и было показано. Затем, после равноденствия (обрати внимание на то, что я говорю) в четвертый день является солнце и луна. Равенству равноденствия соответствует (положение) светил. В шестой день создает Бог человека и затем в седьмой почивает от всех дел. Со следующего дня, который является опять и первым, Он предоставил всему сотворенному идти своим порядком. Это ты сохрани и удержи в памяти своей, чтобы иметь возможность изъяснить сказанное. Бог сотворил человека, и, будучи благим, и человека сотворил таким же. Ты не смотри на теперешнего человека, но имей в виду его первое состояние: ведь его Бог сотворил по образу Своему. И чтобы показать, что человек по природе своей не уступает звездам, Писание указывает, что Бог поместил его в раю нагим, не нуждающимся в одежде: его взорам тогда еще чужда была распущенность и ни в каком прикрытии он не нуждался. Итак, Писание свидетельствует, что Бог сотворил человека и первых людей поместил в раю, и что они были наги и не стыдились.