Страница 76 из 154
Ведь, кажется, это так понятно: если именно напоказ хочешь ты делать, так старайся делать напоказ перед Богом: Он и увенчать имеет больше власти, и на зрелище приведет ангелов. А кто же настолько несчастен, чтобы зная, что царь хочет прийти посмотреть его подвиги, вместо того предпочтет раскинуть свое зрелище перед толпою оборванцев и от них ожидать себе награды? Среди христиан таких не найдется: да не будет! Все, что мы, христиане, делаем, все мы делаем, имея перед глазами Христа и призывая Его имя. Ведь Он в Своем евангелии указал нам путь спасения, чтобы мы, совершая всякую милостыню и упражняясь во всякой добродетели, все это делали во имя Его и при Его помощи. Так, если мученики предали свои тела беззаконным, они предали их собственно Тому, Кто сказал: «И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне» (Мф. 10:28). Затем, храмы ли или гостиницы устроили некоторые для всей вселенной, они сделали это ради Того, Кто сказал: «был странником, и вы приняли Меня» (Мф. 25:35). В смирении ли мы упражняемся, ради Него же делаем это, так как Он сказал: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Мф. 5:3). Или подаем хлеб бедным, опять подаем ради Него, памятуя Его слова: «кто напоит одного из малых сих только чашею холодной воды, во имя ученика, не потеряет награды своей» (Мф. 10:42).
Посещаем ли мы темницы, посещаем ради Него же: «в темнице был, и вы пришли ко Мне» (Мф. 25:36); одеваем ли вдов и сирот, одеваем Его же — Того, Кто сказал: «был наг, и вы одели Меня» (ст. 36). Вообще раздаем ли что–либо нищим, все это принимает Он: «так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25:40); переносим ли укоризны и насмешки язычников по поводу того, что поклоняемся Распятому иудеями и оживотворившему вселенную, и это мы делаем ради Него же: «блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах» (Мф. 5:11, 12). Итак, пусть никто не думает, что христианин творит милостыню напоказ перед людьми, чтобы от них получить награду: да не будет! Получив наставление в евангельских сокровищах и утвердившись в них, мы уверовали и, уверовав, получили спасение. Поэтому и проповедь наша заимствуется из евангельских чтений. А когда читаются святые евангелия, мы слушаем их не между прочим и с рассеянностью, но внимательно, бодро и со страхом воспринимая возвещаемое, не смущаясь помыслами, не сидя телом, не развлекаясь разговорами с соседями, ничего подобного не дерзая дозволять себе: ни богатый, ни бедный, ни раб, ни свободный, ни мужчины, ни женщины, ни начальники, ни подчиненные.
Даже сам царственный венценосец тотчас, как только начинается чтение евангелия, стоит со всяким страхом и с полным вниманием и головы своей не решается покрывать венцом, но поникает ею перед Богом, беседующим через святое евангелие. С какими именно мыслями? Я знаю достоинство Того, Кто даровал мне мое достоинство, преклоняюсь перед Царем, давшим мне мое царство, и стою со страхом, когда читаются Его святые слова, именно так, как подчиненное мне по Его воле начальство стоит при чтении царского манифеста. И чтобы не посмеялся еретик, говоря, что только на некоторое время цари притворно воздают честь Христу, послушай, что говорит пророк (за много поколений изображая настоящее): «цари увидят, и встанут; князья поклонятся» Ему (Ис. 49:7). Итак, узнай и убедись, еретик, что в бесконечные веки пребывает царство Христа Бога нашего и благодать Его, венчающая всех христиан и руководящая их в царство небесное. Так и все христиане во всех своих поступках взирают на Него, и мы руководствуемся Его словами: «так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16). Ему слава и держава и власть и поклонение со единородным Его Сыном и всесвятым и благим и животворящим и всесильным Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
На начало нового года и о мучениках, а также о кровоточивой жене
1. Непрерывное и постоянное чудо — этот обильный поток благ, изливаемый на нас от Христа Владыки это богатое наследие, преемственно передаваемое от одного к другому. Вот и сегодня нас угощают добропобедные мученики, предлагая свои собственные подвиги для общего радостного пиршества. Нужно было, в самом деле, нужно было, чтобы всегда (богатеющие?) благодатью мученики и при начале года явились для верных источником угощения; нужно было, чтобы новый год начинался торжеством; нужно было, чтобы в преддверии нового круговорота времен мы слышали столько благословений; нужно было, чтобы мы столь торжественно справляли сегодняшний день, при участии ликов святых; нужно было, чтобы годичный круг украшался венцом мучеников; нужно было, чтобы при наступлении года у нас было столько веселья и именно в честь мучеников! Они — эти мужественные воины Христовы — виновники всей этой нашей радости. Они и после смерти своей проповедуют об Его могуществе, они попрали обольстителя змея ногами добродетели, задушили руками боголюбия насильника льва и доставили победу истине; они возненавидели настоящую жизнь, как суетную, и возлюбили царство небесное, как дети — мать; смертью своею отверзли они врата бессмертия и виновника смерти умертвили собственною смертью; будучи облечены телом, они победили бестелесных демонов, не силою тела, но верою души.
Все в мире препобедили они верою, дороже которой для христианина нет ничего. При содействии веры запечатлели они свои слова делом. Велики поистине их подвиги ради правды; блестяща их добродетель целомудрия; многоценно их нищелюбие; прекрасен и подвиг воздержания; но более всего своею победою они обязаны своей великой вере. Некогда вера Авраама совершенно бесплодной утробе Сарриной возвратила плодородие. Верою Моисей волнующееся море сделал пешеходным. Илия повелел небу и по вере своей был услышан. Тысячи болезней изгоняла вера во времена Спасителя: прокаженный верой избавился от своего страшного недуга; слепой ею же получил себе зрение, которого лишен был природою; при ее содействии хананеянка своею настойчивостью исторгла свою дочь из–под власти демона. Даже и оставаясь тайной вера иссушила поток кровей, и тогда как в других случаях дарованию предшествует просьба, здесь все произошло при обоюдном молчании, как будто дар был похищен. О, несчастная и вместе блаженная женщина! Несчастная по своему прежнему состоянию, блаженная — по последующему. Вот как рассказывает об этом евангелие: «женщина, страдавшая кровотечением двенадцать лет» (Лк. 8:43). Если бы дней столько, сколько лет продолжался ее недуг, и тогда он мог совсем истощить ее; а здесь целых 12 лет! Я думаю, болезнь коренилась в ее природе.
Она же, потративши все свое имение на врачей, к телесной немощи присовокупила и оскудение имущественное; но ничто не помогло ей. Еще бы помогло! Ведь противник ее был неумолим: чрево женщины было источником, из нее как бы бил какой–то неиссякаемый ключ крови. И не в столь продолжительный период времени одно зловоние могло бы извести человека. Ее сердце терзали скорби и забота, как расторгнуть узы тяжкого недуга, как избыть двенадцатилетнюю болезнь, как утишить несносные боли, как удержать неудержимые потоки, как прекратить расстройство организма. У каких только врачей не перебывала она, по ночам обивая у них пороги! Дневного света она избегала, чтобы неудержимо стремящиеся потоки кровей не обнаружили пред всеми ее позора, от всех скрываемого. На уплату тем, кто брался за ее лечение, она истратила все свое имение, все что у ней было. Она вынуждена была давать и давать, а желание быть здоровой, конечно, заставляло ее не щадить денег. Но все врачи в борьбе с ее недугом оказались бессильными; самые разнообразные приемы лекарств не могли укротить ее злого недуга. Точно какой глухой зверь он остался бесчувственным к искусству тех, которые пытались укротить его, как бы так возражая на их бесполезные усилия: что вы боретесь против сильнейшего зверя? Я вовсе не расположен уступить вам эту свою добычу, в теле которой я так давно и так прочно угнездился.