Страница 11 из 44
Старец, по простоте евангельской, пешим пошел к царю. Уже перешел он мост, как вдруг его целомудренный взор был поражен обнаженными статуями тех богов. Смущенный, он спешно возвратился домой. Государю доложили, что архиерей был у дворца и ушел. Тот послал опять звать его к себе. Но архиерей Божий отвечал посланному: "Доколе Государь не повелит низвергнуть идолов, которые соблазняют народ, дотоле я не могу явиться пред его царские очи". — Прогневался Государь на святителя: как смеет он не слушаться царской власти? — говорил Петр. И он послал сказать святителю, что если тот не явится сейчас же, то, как ослушник царского повеления, будет предан казни. "Тело мое во власти Царя, — отвечал угодник Божий, — но на душу мою человеческая власть не простирается. А есть Бог, могущий и тело и душу за нечестие ввергнуть в геенну огненную. — Того единого боюсь, страшного паче царей земных... Неприлично Государю Православному ставить языческие болваны на соблазн простому народу!.." — И, зная строгость Петра, святитель озаботился приготовить себя к смерти. Он приказал благовестить ко всенощной в большой колокол. Государь, услышав звон, спросил: "Что завтра за праздник?" — Ему отвечали, что нет никакого. Он послал спросить архиерея. Святитель Митрофан отвечал: "Мне, как преступнику, словом царским изречена смертная казнь.
Готовясь к смерти, я спешу совершить соборное моление с Церковию о прощении грехов моих, да явит на мне Господь милость Свою". — Удивился царь мужественной ревности святителя; он послал немедленно успокоить его милостивым словом своим и не тревожить народ необычным звоном. А статуи приказал убрать. Тогда святитель пришел к царю и, повергшись к его ногам, благодарил за уничтожение соблазнительных статуй. После сего случая царь Петр еще более стал любить и уважать святителя Митрофана. — Угодник Божий скончался 23 ноября 1703 года. Случилось, по устроению Божию, что в тот же самый день прибыл в Воронеж и царь Петр. По своему обычаю Государь поспешил к любимому архипастырю, но застал его при последнем издыхании... Он поцеловал десницу святителя, сам закрыл ему глаза, сам, со своими вельможами, нес тело его до церкви, и потом до могилы. "Не осталось у меня такого святого старца, — сказал он, когда гроб опустился в могилу: — Буди ему вечная память!"
Святой Митрофан оставил после себя духовное завещание. Оно все проникнуто духом смирения и отеческой любви. После пастырей и властных лиц, он обращается ко всей своей пастве: "Прочее же мудрых мужей правило: употреби труд, храни мерность (умеренность) — богат будеши. Воздержно пий, мало яждь — здрав будеши. Твори благо, бегай злаго — спасен будеши... Веру же Православную заповедую вседушною любовию имети, и Церковь Святую едину во вселенной яко матерь чествовати, и предание и учение Отцов святых содержати крепце... Якоже без веры правыя угодити Богу невозможно, тако и кроме Церкви Святыя Восточныя и светлаго богопреданнаго тоя учения не возможно никому спастися... Сотворите милость, и последний мой долг сей заплатите: помяните душу мою грешную, да и сами помиловани будете от Господа Бога в день праведнаго суда. Не презрите убо мое прошение: слезно молю и прошу, не забудите мене в молитвах своих по Апостолу: братие, молитеся друг за друга"...
Святителю Божий, угодниче Христов! Нам ли грешным за тебя молиться Господу? Кто мы, и кто — ты!? Ты за нас не премолчи, вопия ко Владыце всех, Ему же предстоиши со всеми святыми!..
413. Вифания
Небольшое селение Вифания, или как зовут ныне арабы — Эль-Лазарие, отстоит от Иерусалима всего на полчаса пути, не далее трех с половиной верст. Поклонники с любовью посещают эту благословенную весь вместо прогулки. Путь туда лежит чрез восточные врата Иерусалима, близ коих страдальчески скончался Первомученик и Архидиакон Стефан; далее, чрез Кедронский поток, по склону святой горы Елеонской, мимо священного сада Гефсиманского, где молился Господь наш до пота кровавого; и еще далее — по северному склону горы Соблазна, где Царь Соломон построил когда-то идольские капища для своих жен — идолопоклонниц, и тем соблазнил свой народ; вот — селение Силоам, а почти смежно с ним, вправо — видны небольшие остатки селения Виффагии, откуда Апостолы привели Спасителю осля и жеребя для Его торжественно-смиренного, царского входа в Иерусалим... По этому пути часто ходил Господь Своими пречистыми стопами и в Вифанию, и чрез Вифанию — к Иерихону, по пути в родную Галилею, и обратно; по этому пути ехал Он, кроткий и спасающий Царь Сиона, на осляти в Иерусалим, грядый на вольные страдания ради нашего спасения...
На полпути укажут вам место, где красовалась, покрытая листьями, но бесплодная смоковница, которую Господь предал проклятию, чтобы преподать нам урок крепкой веры и предостеречь нас самих от подобной участи: если Он, милосердный, наказал нечувственное дерево за бесплодие, то что будет с нами, если Он, праведный Судия, не найдет у нас ничего кроме, ничтожных листьев — гордости и лицемерия?.. — Наконец, путник видит пред собой несколько низких и грязных арабских хижин, которые лепятся на покатости горы Елеонской: это и есть Вифания. Когда-то, во времена Спасителя, все это местечко было роскошным садом; тут прекрасно росли маслины, фиги, виноград, миндаль, гранаты, пальмы и хлеб. Отсюда плоды доставляли в Иерусалим; а особенно много росло тут финиковых пальм, почему и самое селение получило название Вифания, что значит: дом фиников. Но теперь долины и горы, по которым были раскинуты дома и сады древней Вифании, опустели; едва приметно кое-где приютились тощие деревца, а пальм и вовсе не видно... Таков вид теперешней Вифании. Но сколько сладостных для верующего сердца воспоминаний возбуждает одно это дорогое имя — Вифания! Нигде, кажется, Господь наш Иисус Христос не проводил более спокойных часов, нигде столько не отдыхал Он Своей святой душой после великих Своих трудов, как в этой Вифании, в доме праведного друга Своего Лазаря.
Здесь всегда встречали Его с великой радостью; этот тихий, благословенный дом всегда был открыт для успокоения Того, Кто в земной жизни Своей не имел где главы приклоните... За то и любил Господь это счастливое Его любовью семейство, любил Он друга Своего Лазаря и двух праведных сестер Его — радушную, трудолюбивую, гостеприимную Марфу и тихую, молчаливую, глубоко Ему преданную Марию. У них Он обычно останавливался, когда приходил в Иерусалим на праздники; в их доме проводил Он и последние пред Своими страданиями ночи, удаляясь сюда из шумного Иерусалима... А за несколько дней до Своих страданий в этом доме приготовили Ему вечерю — угощение, и Марфа, по обычаю, служила Ему, а Лазарь был один из возлежавших с Ним. Мария же взяла фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Божественного Учителя и отерла волосами своими, желая тем излить чувство своей сердечной благодарности пред Воскресителем ее брата — мертвеца четверо дневного! Какие трогательные воспоминания! — Но вот другой дом — дом Симона прокаженного. И в этом доме Господь был однажды дорогим гостем. И сюда пришла к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного; но это не была праведная сестра Лазаря; это была жена грешница, жена, грехами оскверненная, и всеми презираемая.
Она пришла сюда, чтобы излить свою душу в слезах покаяния, и разбив дорогой сосуд, возлила благоуханное миро на главу Вземлющего грехи всего мира... Ропщет расчетливый Иуда на бесполезную, по его мнению, трату ароматов; слышится слово порицания и от других учеников; но Сердцеведец лучше их знает цену усердия грешной жены: "Что смущаете жену? — говорит Он им. — Она доброе дело сделала; она предварила помазать тело Мое к погребению. Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие, в целом мире сказано будет в память ее и о том, что она сделала!" — И вот, скажем словами святого Иоанна Златоуста: молчит история о подвигах бесчисленных царей и полководцев, которых надгробные памятники доселе еще сохраняются; неизвестны даже по имени многие из тех, которые построили города, покорили народы, издали законы, — но то, что в Вифании, в дому некоего Симона прокаженного, жена блудница излила миро на главу Христову, — об этом знает весь христианский мир... — На месте бывшего дома Лазарева святая Царица Елена построила прекрасную церковь, но от этой церкви уцелела только передняя стена, к которой пристроена арабская мечеть. А на месте дома Симона прокаженного был когда-то католический женский монастырь, а теперь — все в развалинах. — Третья святыня Вифании — это гроб Лазаря, находящийся в нескольких стах шагах от дома Симона прокаженного.