Троицкие листки

При воспоминании о женах Мироносицах прилично нам вспомнить о наших женщинах. Но что мы о них скажем? Что они любят? Чем увлекаются? В чем время проводят? Чем занимаются? Бедные большей частью работают, трудятся. Но что делают не бедные, богатые? Читают ли, слушают ли что-нибудь нужное, полезное, спасительное, божественное? Некоторые умеют ли даже и читать? Жалуются они часто на пустоту в жизни, на скуку. Да как же и не скучать, как не чувствовать пустоты в жизни, когда они ничего доброго не делают, ничем хорошим не занимаются и живут большей частью себе и другим только в тягость? Ведь нас, как существ разумных, занимать и радовать может что-нибудь умное, дельное, святое, нужное для нас, полезное для других. "Что же делать нам, чем заняться?" — говорят они. — Занимайтесь учением Иисуса Христа, чтением и слушанием его. Вы полюбите Его учение и не отстанете от него. О, какой в нем свет для ума, какая отрада для души, какое веселие для сердца! День и ночь вы стали бы помышлять о нем, вовек не забыли бы его внушений, наставлений.

Что вам делать, чем заняться? Ныне везде по городам и селам так много училищ открывается. Почему бы вам, особенно богатым, достаточным из вас, почему бы не заняться этими училищами, почему бы не послужить для них своим имением, доставляя нужное учащим и учащимся в них? Сколько было бы от этого славы для Бога, пользы для ближних, утешения для вас! Ведь и в этих училищах Христово же учение преподается; таким образом служа училищам, вы, подобно святым Мироносицам, служили бы Христу, единому во вся веки всех людей Учителю. Что вам делать, чем заниматься? О, делайте все во имя Иисуса Христа, ради Его, на пользу других, во спасение ближних, и тогда всякое дело как миро благовонное будет услаждать и радовать вас в жизни. Вы заслужите себе добрую славу и оставите по себе добрую память, вечную. Пример святых жен Мироносиц, прославляемых ныне Церковью, да напоминает вам о том, что вы должны любить и чем преимущественно заниматься, а собственное ваше сознание в пустоте своей жизни да вразумит вас, что вы не так живете, как должно, не то любите, не тем занимаетесь, чем бы следовало. Жизнь не по Христе Иисусе, без любви истинной, святой, без дел добрых, без занятий полезных — всегда скучна, пуста. Аминь.

2.

«Мария же Магдалина и Мария Иосиева зрясте, где Его (Иисуса Христа) полагаху» (Мк. 15; 47)

Мы ныне творим память святых жен Мироносиц. Достойно Святая Церковь ублажает святых жен Мироносиц за их постоянное усердие к Иисусу Христу. Мария Магдалина и Мария Иосиева непрестанно ходили за Иисусом Христом, когда Он был жив, и от бездыханного Его Тела дотоле не отходили, доколе не было совершенно окончено Его погребение. Вот как всегда обнаруживается усердие к любимому лицу.

Слушатели христиане! В храме Божием вся жизнь Иисуса Христа повторяется и таинственно совершается: здесь Иисус Христос и рождается, и проповедует, и страдает, и распинается, и умирает, и погребается, и воскресает, и возносится. Этого мало — здесь Иисус Христос Сам невидимо священнодействует и священнодействуется, жертву приносит и в жертву приносится, и приемлет дары и раздается в дарах. Несмотря однако же на то, некоторые из христиан иногда уходят из храма, не дождавшись окончания службы. Что надобно думать о таких христианах? Что они этим обнаруживают? Очевидно, что они этим обнаруживают, — они обнаруживают этим свое невнимание к Иисусу Христу. Как же иначе объяснить сие безвременное, вовсе не христианское обыкновение — уходить из храма Божия прежде окончания Божественной службы? Кого мы любим и уважаем, о том целый день нам бы рассказывали, мы готовы бываем слушать. Но ты и одного часа не хочешь послушать об Иисусе Христе, не хочешь дослушать, как и чем оканчивается жизнь Его. Не явное ли это невнимание к Нему? Да, невнимание, и невнимание самое обидное для Него! Ты обижаешься, когда другой, слушая твой рассказ о чем-нибудь, уходит от тебя, не дослушав его; не обидно ли Иисусу Христу, когда ты, слушая служение Ему и Им Самим совершаемое, уходишь, не дождавшись конца службы?

Хозяину дома оскорбительно, когда кто-нибудь из гостей прежде времени уходит от него; не оскорбительно ли Иисусу Христу, когда ты безвременно уходишь из храма Божия, в котором Он — полный хозяин, Владыка и Господь?

Так, слушатели, Иисусу Христу оскорбительно, когда кто из вас уходит из храма Божия прежде окончания службы. И потому-то Бог иногда видимо наказывает таких людей. Один пресвитер, совершая Божественную литургию, сподобился однажды видеть по правую сторону престола светоносного Ангела, который на хартии записывал всех, кто приходил в храм, а после вымарывал тех из них, которые прежде времени уходили. И что же? Эти несчастные, прежде времени ушедшие из храма, чрез тринадцать дней после того умерли преждевременной смертью. В древности христиане до того были усердны к Божественной службе, что надобно было напоминать им, чтобы они шли из храма. «С миром изыдем», — возглашал тогда священнодействующий, как и доселе возглашается это, — «с миром изыдем», — и тогда уже все уходили с миром «о имени Господни». Будем и мы, стоя в храме Божием, дожидаться, пока нам скажут: «С миром изыдем», — тогда и будем выходить с миром, с благословением Господним. Аминь.

(Из поучений протоиерея Р. Путятина на 3-ю Неделю по Пасхе)

473. Святая подвижница Павла

Память святой Павлы, как благоговейной путешественницы ко святым местам и редкой подвижницы во всем житии своем, чрезвычайно дорога нам. Она была уроженка Рима, знаменитого происхождения. Воспитанная среди богатства, которому тогда едва ли было равное, она выросла в чрезвычайной неге и не столько ходила, сколько была носима рабами. Но среди всей роскошной обстановки она умела воспитать в себе редкие сокровища душевные. С сердцем благородным, нежным и строго нравственным она соединяла в себе и прекрасное образование ума: говорила по-гречески, как на родном языке, и знала по-еврейски столько, что читала и пела псалмы Давида в подлиннике. В 35 лет оставшись вдовой с шестью детьми, она едва перенесла свою потерю, но восторжествовала духом и благоговейно преклонилась под Божественной десницей, столь болезненно ее поразившей. Она отказалась от света и стала расточать все свои богатства на бедных Рима. Она считала потерей для себя, если нищий и голодный получали помощь от другого. Когда родные укоряли ее, что она разоряет детей своих, она отвечала: «Я оставляю им несравненно большее наследство —милосердие Христово».

Когда вокруг нее стали раздаваться похвалы ее деятельности, она быстро решилась бежать из Рима, оставляя дом, детей, родных, имения. Она взяла с собою одну дочь и отправилась в Палестину. Это было зимою 385 года, более полутора тысяч лет тому назад. В Азии, на пути, она встретилась с своим римским другом, пресвитером Иеронимом, строгим подвижником и ученейшим писателем. Великий знаток библейской земли, он явился для нее спутником, какого только можно было пожелать. Несмотря на все неудобства пути, на горы, веявшие холодом, на рыскавшие всюду шайки арабов, на сырую, расслабляющую зиму, Павла, согреваемая огнем веры, ехала на осле почти безостановочно и думала лишь о том, как бы поскорее достигнуть Иерусалима. И все окружавшие ее изумлялись непобедимой душевной силе в ее слабом, изнеженном теле...

Вот она в виду Иерусалима. Начальник города выслал ей навстречу почетный конвой, предложил помещение во дворце, — но Павла избрала себе бедный домик вблизи Гроба Господня. Иерусалим был тогда в лучшей поре своего существования. Благочестивый царь Константин и мать его Елена незадолго перед тем восстановили все святые места (три века бывшие в унижении у язычников), соорудили величественные храмы, украсили их с царской щедростью; а богомольцы со всего света обогатили город. Едва появилась она в церкви над Святым Гробом и Голгофою, на нее обратились взоры всего народа, а она ничего не замечала — ни гранитных стен, ни мраморных колонн, ни раззолоченных сводов, ни народа, — она искала только святых мест и была вся проникнута сильным душевным волнением. Сколько слез, вздохов, искренней скорби и трепетного благоговения было излито ею —это знает один Господь, внимавший ей. На Голгофе, повергшись пред Крестом, она молилась так, как бы видела Самого Распятого Спасителя. В часовне Гроба Господня она припала к камню, отваленному Ангелом, обвила его руками, и никто не мог бы оторвать ее от него. Но когда она проникла в самую пещеру Гроба и колени ее преклонились на месте погребения Спасителя, она обняла руками каменное возвышение, на котором лежало Пречистое Тело, и лишилась чувств.