Страница 57 из 63
Человеку кажется, что он отправляется в увлекательное путешествие в далекие страны, к тихоокеанским островам или к причудливым городам Индии и Китая. И здесь начинается этот маскарад, которым правит дьявол, и тот мультфильм, режиссер которого сатана. Ребенок идет за фокусником, душа за сатаной. Мы не будем описывать грез опиофага и поведение наркоманов. При всем разнообразии в них есть что-то общее, указывающее на объективную реальность. Это не фантазия и не сновидение; грезы наркомана непохожи ни на одно, ни на другое - это не содержание подсознания, а прорыв в мир духовных чудовищ, которые принимают видимые формы; это материализация демонических сил. У наркомана исчезает чувство тела, то есть появляется ощущение невесомости; мир для него как будто перевернулся, падение в адскую бездну воспринимается как полет. Укол наркотика - это добровольная поездка к демону. В одном из стихотворений Гумилев написал: "Так томно и так тревожно сердце мое звучит в ответ: "Видишь вокзал, на котором можно в Индию Духа купить билет?" Люди и тени стоят у входа в зоологический сад планет". Наркоман отправляется на тот же шабаш сатаны, только не физически, а видениями своей души, лежа в это время в постели. Наркотики употребляли колдуны Африки, шаманы Сибири, вертящиеся дервиши, ассасины в Ираке и в Сирии и дельфийские пифии.
Наркотик - это не просто яд, это "причащение" из той бесовской чаши, о которой упоминает апостол Павел, противопоставляя ее Чаше Христовой (1 Кор. 10, 21). Характерно, что в грезах опиофага появляются китайские пагоды, буддийские храмы, минареты, стройные, как тополя, каменные изваяния древних божеств, но там нет христианского храма, или он рушится в его видении. Характерно также, что, находясь под действием наркотиков, человек может плясать перед статуей Шивы, поклоняться истуканам, но не может молиться истинному Богу. Покаяние колдунов и ворожеев трудно и мучительно. Демон ожесточенно сопротивляется, чтобы не выпустить жертву из своих когтей. Они чувствуют не только физическую, но и душевную боль. Когда наркоман хочет отказаться от наркотиков, то дьявол предает его терзаниям; он должен пройти через адский огонь, чтобы получить свободу. Но трудно - это не значит невозможно; только немощные человеческие силы должна укреплять благодать Божия и помощь Церкви. Здесь нужна и воля человека, и вера его, и молитвы, и непрестанное призывание имени Христа. Spira - spera: "дыши - надейся" [2]. Однако здесь может получиться замкнутый круг. Наркоманами чаще всего становятся люди не религиозные или поверхностно религиозные, а стать религиозным, чтобы перестать быть наркоманом - это ложное отношение к религии и ползучий прагматизм.
Молитва и церковные таинства - это не антинаркотик, а включение в высшую духовную жизнь. Здесь должен ставиться вопрос не только об излечении, а о новой жизни, о новых ее целях, содержании и средствах. Нельзя верить для того, чтобы излечиться, а можно излечиться потому, что веришь. Благодать Божия - это вечная энергия Божества, которая делает душу богоподобной, это высшая самодовлеющая ценность, а не пилюли, которые можно проглотить, и не элемент общеоздоровительного комплекса. Больше, чем его наличное состояние, наркомана должно волновать будущее его души. Религия прежде всего - воля, а подвиг воли - это умение воспринять и хранить благодать. Технический прогресс представляет собой необратимое явление: его невозможно остановить по нашему желанию, как невозможно повернуть поток реки назад, от устья к истоку. Но человек может осмыслить свое отношение к технической цивилизации, к тем негативным следствиям, которые она влечет за собой. Что должен делать христианин в современном мире? - Прежде всего сохранять христианскую шкалу ценностей, вершиной которой является Божество, вечная жизнь и способность человеческой души к богообщению.
Христианин должен сохранять потенциал своей личной свободы; он не может уйти от процессов, происходящих в мире, но может жить так, чтобы эти процессы не захватили его душу, не дотянулись, как щупальца спрута, до той области души, которая должна принадлежать только Богу. Для этого необходимы два условия: принадлежность к Церкви - этому явлению вечности на земле, - и личный аскетизм (само слово аскетизм означает "отсекание ненужного"). В области духовной жизни нет новых открытий или каких-либо особых путей. Православие имеет все то, что нужно для спасения, - необходимо только сохранить эти сокровища и не променять их на стремления к комфортности и гедонизму, к тому, что щедро обещает наш век, но на самом деле дает скудно. Евангелие - это последнее полное Откровение Бога к людям. Оно дано на все времена; в нем каждый найдет свое. Но в то же время Евангелие - закрытая для мира книга; она постепенно открывается тем, кто живет по Евангелию. Ее нельзя воспринять как одну из мировоззренческих концепций. Постоянные усилия воли со стороны человека - это тот единственный ключ, которым открывается эта книга. Настоящее время - это не историческая неожиданность, оно сложилось из всех элементов, которые существовали всегда, но теперь они стали более концентрированными, и антихристианские процессы становятся все более динамичными.
Лгут те, кто скрывает опасность современного демонизма, но еще больше лгут те, кто говорит, что теперь невозможно спастись. Раз существует мир, значит, существуют святые и угодники Божии, - существуют в этом мире, не раздавленные и не уничтоженные им. Действительно, мир с нарастающей быстротой идет к катастрофе - об этом говорят даже неверующие. Но возникает еще другой вопрос: а действительно ли мы хотим спастись? Господь предупредил нас о нашем времени. Но Он сказал: Мужайтесь: Я победил мир (Ин. 16, 33). Маздак - руководитель движения маздеистов (см. с. 327) в конце V - начале VI вв.; это движение имело характер острого общественного конфликта. - Изд. ^ Чаще можно встретить иную форму этой латинской пословицы: Dum spiro, spero "Пока живу - надеюсь". - Изд. ^
О науке, искусстве и спорте
Цивилизация, которой так гордится человечество, носит явно антихристианский характер. Лидеры и вожди ее, создатели того, что называют культурой, занимались тем, что стремились заменить религию как веру в Бога культом человека, земную жизнь представить как единственную ценность, то есть втиснуть землю в глобус, а небо в астрономическую карту. Представители современной цивилизации: философы, ученые и деятели искусства, - большей частью люди с заглушенной или пониженной духовной интуицией и в тоже время с тонкими и изощренными душевными способностями. Мир не может отличить свойства духа от свойств души, поэтому считает этих людей авторитетами и судьями в вопросах, касающихся области духа и религии.
Говоря фигурально, человеческий дух - это локатор, который улавливает и отражает в себе световые волны - импульсы, идущие из эона вечности, и раскрывает в своем внутреннем логосе их шифр. Человеческий дух сроден духовному миру, поэтому человек стоит на грани времени и вечности, материального и духовного, соединяя их в себе. Ум ученых часто развит односторонне. Они наблюдают за явлениями материального мира, ставят эксперименты, делают обобщения, ищут закономерности, строят гипотезы. Их ум имеет душевный характер, он обращен к земле. Здесь развиты такие силы ума, как наблюдательность, память (которую теперь с успехом заменяют компьютером), способность к нахождению сходства, то есть к обобщению, и к установлению закономерностей, то есть условий, при которых эксперимент или природное явление повторяется; интеллектуальное воображение, когда факты переводят в область гипотез, а из гипотез строят теории. Эта душевная направленность поглощает все жизненные силы человека. Дух остается в бездействии, он заменяется силами души. Ученый к вопросам религии подходит обычно с земными мерками. Он редко способен возвыситься до религии Откровения, религии духа. Чаще всего он заменяет ее тем, что поддается внешнему наблюдению - психологией и моралью, игнорируя самое главное: что религия - это состояние духа, способность к общению с Божеством, то есть не внешняя информация, а внутренняя связь.