Страница 17 из 70
Невозможно достичь совершенства, победить дьявола и страсти, жить духовно, священнодействовать, спастись и угодить Богу, наслаждаясь и набивая утробу – госпожу всех страстей. И еще раз скажу: враждуют с душой, подвигом и совершенством наслаждение, себялюбие и утроба – родительница всех страстей и госпожа, повелевающая ими.
Потому и жили святые в страданиях, скорбях, в голоде, жажде и нищете, что невозможно победить дьявола и страсти, прийти к совершенству и спастись, живя в наслаждении и оберегая плоть свою, не принуждая ее, не подвергая страданиям, не изнуряя, не презирая и не сокрушая. Без нужд и страданий, без скорбей и терпения никакая добродетель не сложится.
Враг прилагает все силы, насылая различные страдания и тягости и удерживая от трудов успешно подвизающихся. И склоняет к чрезмерным и несвоевременным наслаждениям малодушных и неразумных людей, почему и зовется горделивым мироправителем.
Дух Божий не пребывает в тех, что живут, наслаждаясь, а дьявол – постоянно. Ибо говорит Господь в пророчестве: «…не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками …, потому что они плоть» (Быт. 6, 3). Бог не желает, чтоб наслаждались избранные Его, пока пребывают в теле, а больше всего хочет, чтоб жили в страданиях, скорбях и тяготах, пока в нынешнем веке. Ибо подвижнику, слуге Христову, невозможно достичь совершенства, победить дьявола и страсти, угодить Богу, спастись и избавить душу свою от погибели, щадя плоть свою. А тот, кто хочет избавить себя от рук и власти духов тьмы и страстей, очистить душу свою и тело, преградить вход этим духам и стать страшным для них, должен бедствовать и терпеть. Если же не пострадаем, не сможем достичь совершенства, победить дьявола и страсти, угодить Богу, получить благодать и спастись.
О человек, на небо хочешь взойти, тамошнее Царство получить, общение с Богом, удовольствие от тамошнего блаженства, пребывать с ангелами, и иметь жизнь бесконечную! А жить хочешь без страданий, скорбей и труда. Но сколько ни нежишь тело свое, а до конца удовлетворить никак не можешь. Чем больше удовлетворяешь, тем больше желает оно наслаждаться и свирепеет, и восстает на душу свою. Даже если бы мы окончательно угодили своему телу, ублажили и насытили всеми наслаждениями, удовольствиями и прелестями, как жертвенного тельца в день пира, какая польза нам, если смерти, тления и распада избежать не можем? Только груду червей обретем после смерти. Ладно бы ублажали мы телеса свои, если б были нетленными и не разрушались, но нет этого, нет.
От заповедей Христовых, от добродетелей, от духовных трудов, от телесных нужд, от печалей и скорбей, от целомудрия становятся нетленными, утверждаются и живут. Либо угождать Богу, либо своему телу, а совместить это невозможно. Ибо «Не можете, – говорит Господь, – служить Богу и маммоне» (Мф. 6, 24). Как Адама соблазнил дьявол наслаждением и властью, так и весь мир прельщает теми же наслаждениями: обжорством и пьянством, славою и богатством, себялюбием и блудом. И властвует над всеми людьми и губит. А человеколюбец Бог, долготерпеливый и многомилостивый, даровал разумной природе нашей свободу воли на всех путях, которыми идем. На восток ли – к раю вечной жизни и духовной радости – путем добродетелей, на запад ли – к ночи мрачной погибели – путем телесных наслаждений. Воздастся каждому по делам его. В природе человеческой есть и богатство, и нищета. То есть и Царство Небесное, и грядущие муки – внутри человека. В нашей власти и жизнь наша, и смерть. Иначе говоря, дал Бог человеку свободу воли: либо бороться с дьяволом и силами его – лукавыми бесами и со своею плотью, то есть с природными чувствами: страстями, вожделениями и прихотями, – либо не бороться. Творить добро или зло. Свободу дал нам Бог и взирает на свободу нашу.
И если победим дьявола и силы его и одолеем свою природу: страсти, вожделения и прихоти – то получим от Него венец и унаследуем Царство Небесное и вечное блаженство. Если же по лени, слабости и беспечности не будем бороться с дьяволом и силами его и с телом своим, то есть с природными чувствами, с вредным, содержащимся в чувствах и страстях, то получим бесконечные мучения. Воистину, в соответствии с произволением нашим помогает нам Бог: или одаривает, или наказывает нас. Поэтому следует нам, братья, бороться с вожделениями и прихотями, не успокаиваясь до конца жизни своей. А также с унынием и успокоенностью, с ленью и усталостью до исхода души, не изнемогая и не сомневаясь в этой постоянной и неотступной борьбе. И против греховной похоти бороться, а все постигающие нас страдания и несчастья переносить с радостью и благодарением. Не желающий терпеть несчастья не получит и венца от Бога. Кто не трудится, не борется и не противится своим душевным и телесным желаниям и прихотям, тот ни духовных даров от Бога, ни благодати не получит. Кто не трудится, не борется и не противится греховной похоти, тот ни славы, ни обещанной радости Царства Небесного не унаследует. Где страдания, там и венцы, где терпение, там и дары Христа Бога, где труды, там и слава. Кто победит плотские вожделения, душевные прихоти и все страсти, тот в жизни бесконечной с Христом Богом будет царствовать вовек.
Каждый человек должен из греховного падения восставать и до исхода души своей бороться, не унывая и не отчаиваясь, и ежедневно полагать начало добродетельной, благочестивой жизни, ибо в чем застанет смерть человека, в том и судит его Бог. Или в добрых делах, или в злых.
Пока во плоти, не можем жить без огорчений, страха и страданий. Пока во плоти человек, всегда борются с ним дьявол и грех, греховные прихоти, вожделения и страсти. Снова повторю то, что и раньше говорил неоднократно: плоть наша себялюбива и сластолюбива от рождения, и ленива. И поэтому прежде всего следует нам заботиться о соблюдении заповедей Господних и отеческого благочестия. И сеем со слезами, подобно сеющему земледельцу, чтобы с радостью пожать плод добрый в Царстве Небесном. Если же посев вдруг погибнет, то снова должны сеять. Если же прорастет, то опять должны заботиться и огораживать, чтобы не пожрали свиньи, то есть не погубили бесы тщеславием или гордыней. А если созреет, опять же должны заботиться, пока не сожнем и в ригу не сложим, чтоб не осыпалась пшеница от беспечности или не сгнила от дождя лени нашей. И опять должны заботиться, пока не обмолотим постоянными подвигами и молитвами и не засыплем в житницу будущего, чтоб злой человек огнем грехопадения не подпалил ригу и не сгорели все труды наши. Лишь тогда сможем жить без огорчений, без страха, без страданий, без скорбей и несчастий, когда достигнет душа Небесного Иерусалима. Невозможно спастись, очистить душу и тело и обрести благодать, пока любит человек свое тело и бережет, а от скорбей и страданий бегает. Не победит он врага, пока боголюбиво и богобоязненно не начнет презирать и всячески изнурять плоть.
Поскольку не хотят страсти отступить от плоти, пока тело сильное и здоровое. Ибо слабостью, постоянными подвигами и молитвами враг наш побеждается и страсти исчезают. Желающему спастись следует себя понуждать вплоть до усталости и бессилия. О, что делать, братья! Смерть носим с собой. Ибо если сверх меры замучим и истощим тело, то с чем будем совершать добрые дела? А если дадим послабление, то восстанет на душу нашу.
Воистину справедливо душевные и телесные страдания называются у отцов спасительными. Ибо, как мученики претерпели страдания телесные и спаслись, так и сердца спасающихся поражаются, словно оружием, душевными и телесными страстями и вожделениями, и похотями мира сего в нынешнем веке. И Царство Небесное дается им за то, что не подчинились прихотям и вожделениям мира сего в нынешнем веке. Как золото, переплавляясь в горниле, становится чистым, так и все святые, очистясь страданиями, стали светлы, достигли совершенства, спаслись и были причислены к мученикам и получили от Бога такое же блаженство и венцы в Царстве Небесном. А некоторые люди, не зная священных книг и житий всех святых, думают спастись без страданий. Но нет же, без скорбей невозможно спастись.
Не способен человек ополчиться на свою жизнь, не держа в уме смертную кончину, муку вечную и блаженство Царства Небесного. Ибо все святые победили вожделения греховные, желания и удовольствия, достигли совершенства и спаслись, ежечасно держа в уме своем смертную кончину и разлучение души с телом, муку вечную и блаженство Царства Небесного. И этой мыслью, как стрекалом погонщика, уязвляемы и понукаемы постоянно, стойко выносили все страдания, нужду, неудобства и усердные подвиги. А тому, кто думает о различных мирских заботах и хлопотах, суетных ухищрениях, премудростях и делах века сего, держать это в уме невозможно. Связанный земным не может стремиться к небесному. И желающему спастись, взыскующему небесного, так же недостойно и невозможно тщательно заботиться и хлопотать о земном.