Страница 50 из 70
Все святые отцы говорят: ничто не изгоняет вон духов, не очищает душу и тело человеку, не закрывает доступ и не защищает нас так, как пост, голод и жажда, воздержание, бодрое бдение, молитва Иисусова и другие непрестанные моления, бодрые и трезвые, поклоны и слезы. А если не обретем этих добродетелей, будем лежать и спать, лениться и не радеть, что в таком случае помешает духам проникнуть, вонзить свое орудие, обнажить душу и насеять злых семян, и осквернить плоть человека того? Когда же изгонит из себя человек, желающий достичь совершенства и спастись, всех духов тьмы, что владеют каждой из страстей и противостоят спасительным духам, о которых говорит пророк: духу премудрости, духу разума, духу совета, духу крепости, духу веры, духу благочестия, духу страха Божьего и прочим добродетелям, – когда очистится от одержимости ими и преградит доступ, тогда достигнет совершенства, спасется и обретет благодать.
И прежде всего, не будь горделив и самомнителен, гневлив и злопамятен, себялюбив и сребролюбив, не осуждай, не отчаивайся, не предавайся ни похоти, ни сластолюбию, ни всяческим удовольствиям нынешнего века. И остальным страстям. В таких душах живет не Святой Дух Божий, а враждебный, дьявольский. Ибо такими людьми, любящими мир, сластолюбивыми и живущими в удовольствиях, горделивыми и самомнительными, гневливыми и злопамятными, сребролюбивыми и себялюбивыми, и склонными к отчаянию, владеют духи тьмы и входят в них. И кто не убережется от них, станет радостью лукавых духов и мрачным домом враждебных сил. И вовлекаем будет ими в непристойные помыслы и в постыдные поступки.
Каждый человек, в любой из страстей, сначала получает от дьявола прилог ее и мысленно соглашается с нею по собственной воле. А когда страсть утвердится в нем, тогда, и не желая, невольно подчиняется: со слезами и плачем, сетуя и рыдая, – одолеваемый ею. Потому что не в состоянии победить страсти и бесов человек, не устранивший причины страстей.
Но кто обрел спасительные добродетели: веру без сомнений, твердую надежду и непоколебимое упование, – тот явно победил страсти греховные: маловерие, сомнение, двоедушие, страх и отчаяние, и беса – духа сомнения.
Кто обрел спасительную добродетель – любовь, тот победил страсти греховные: ненависть, гнев и всякое злопамятство, и беса – духа гнева и злопамятства.
Кто обрел добродетель спасительную – милосердие, тот победил страсти греховные: безжалостность, жестокосердие, себялюбие, и беса – духа жестокосердия и себялюбия.
Кто обрел добродетели спасительные – пост, жажду, бдение, память смертную, девство, чистоту и целомудрие, тот победил страсти греховные: блуд, нечистоту и пленение непристойными мыслями, и беса – духа блуда и нечистоты.
Кто обрел добродетели спасительные – нестяжание богатства и милостыню, тот победил страсти греховные: сребролюбие и скупость, любовь к вещам и всяческое стяжательство, и беса – духа сребролюбия.
Кто обрел добродетели спасительные – смирение и кротость, тот победил страсти греховные: наглость, жестокость, злобу, дерзость, и беса – духа ярости.
Кто обрел добродетели спасительные – трезвение утробы, то есть пост и воздержание от пищи, тот победил страсти греховные: ненасытность, объедение и пьянство, и беса – духа чревоугодия.
Кто обрел добродетель спасительную – трезвение ума, тот победил страсти греховные: мечтательность, пленение ума, и беса – духа многомыслия.
Кто обрел добродетель спасительную – бодрость, тот победил страсть греховную: дремоту и частый сон, и беса – духа сонливости.
Кто обрел добродетель спасительную – бдение, тот победил страсти греховные: лень и расслабленность, нерадение, отягощение и усталость, и беса – духа Вельзевула, князя бесовского.
Кто обрел добродетели спасительные – смиренномудрие, скромность, самоукорение, смирение при упреках и унижениях от людей, тот победил страсти греховные: гордыню, самомнение, заносчивость, честолюбие, человекоугодие и тщеславие, и беса – духа гордыни, князя бесовского.
Кто обрел добродетели спасительные – сухоядение и непритязательность в пище питии, тот победил греховные страсти лакомства и сластолюбия, и беса – духа сластолюбивого.
Кто обрел добродетель спасительную – молчание, тот победил страсти греховные: многословие, осуждение, клевету, ложь и ропот, прекословие и брань, и всякое зло, порождаемое языком, и беса – духа многословия.
Кто обрел добродетели спасительные – молитву, трезвение и поучение, тот победил страсти греховные: забвение, помрачение и нечувствие, и беса – духа помрачения.
Кто обрел добродетель спасительную – правдивость и истину во всем, тот победил страсти греховные: всяческое лицемерие, ложь, клевету, упреки, ропот, ослушание и хулу, зависть и всякую неправду, и беса – духа лжи и лукавства.
Кто обрел добродетели спасительные – терпение и мужество, твердость и радость в подвиге, тот победил страсти греховные: уныние, малодушие, печаль и дерзость, и все страсти греховные, и беса – духа печали, князя бесовского.
Кто обрел святые заповеди Господни и апостольские предания, отеческие наставления и добродетели, исполнил Закон и победил все законопреступления и сатану с подручными его и со всем воинством и ополчением его.
Такое свойство у страстей и у лукавых бесов – пребывать возле нас постоянно, как стража. И прислушиваться к нашей воле, желаниям и прихотям: к чему мы сами склонны, чего хотим и желаем, что любим и к чему стремимся постоянно? Распознают каждую страсть в нас, и на это и побуждают, и подходящие сети приспосабливают, приносят, раскидывают и ловят нас. Но сначала мы сами себя побеждаем и бываем причиной всякой страсти. И поэтому ищут бесы причину в нас, поскольку по собственной воле и желанию мы скорее увязнем. Не очень принуждают нас бесы к тому, чего мы сами не хотим, трезвясь умом, и на что не соглашаемся по собственной воле. Ибо знают лукавые, что не послушаем их.
Но мало что нужно приложить лукавым, чтобы искусить нас, если сами принимаем какую-либо страсть. И тогда к нашему желанию и склонности прилагают свои хитрости. Ибо наша вина состоит только в страстности, расслабленности и беспечности, которые и есть начало любой страсти и об устранении которых мы не беспокоимся и не радеем, а конец и причина всякого греха – это бесы.
И в любой грех мы впадаем именно так: побежденные сначала страстными мыслями, расслабленностью и небрежностью, а потом – бесовским воздействием. И никакое зло не поднимется в нас без этого, ибо завершение и конец любого зла – это бесы. Именно так ввергают нас бесы во всякую страсть и впадаем мы во всякий грех, и во всякой сети их запутываемся. А сетями их называю греховные бесовские прилоги, похоти и желания, и нечистые помыслы. И, запутываясь в них, всегда впадаем во всякую страсть и во всякий грех. А еще можно назвать их дверями для страстей и бесов. Через них входят в нас и забирают сокровища духовные. Бывает, что лень и частый сон, объедение и прием пищи не вовремя – причина того, что входят бесы. А также и остальные страсти бывают этому причиной, как говорил и раньше.
Приходя, бесы прежде всего стучатся в двери сердца. То есть тайком вкладывают в ум страстные греховные мысли. Словно воры, втихомолку приходят: есть сторож или нет? То есть, воспримем какой-либо помысл или нет. И, если воспримем какие-либо помыслы, тогда начинают образовывать страсть и побуждать нас. И крадут богатство духовное. Если же обнаружат сторожа ума нашего бодрствующим в дверях сердца, то есть, если кто привык хранить ум свой, отгонять и презирать прилоги бесовские и разные помыслы, всегда отвращая ум от бесовского мысленного прилога, сделав его глухим и немым к их лаянию[63], постоянно смотрит в глубину сердца и ничуть не поддается – такому бесы не могут причинить вреда. Поскольку постоянно трезвится умом.
Тогда различные сети начинают закидывать бесы и улавливать в страсти, хитрить и злоумышлять. В первую очередь, вкладывают в ум забвение, гнев и неразумие[64]. А потом –
А после этого великую бурю поднимают, то есть блудные помыслы и богохульство и непрерывно повергают в отчаяние. Рассчитывая, что подвижник так устрашится, что или отчается, или оставит труды свои и молитву.
Если же, всячески сотрясая и волнуя, не сумеют лукавые бесы удержать и отлучить от подвига твердую душу непобедимого воина Христова, твердо, как страстотерпец, заложившего основание свое на камне веры, которого ни быстротекущие реки страданий не подмоют, ни бурные ветры мыслей не расшатают. Тогда подкрадываются лукавые и лживые враги с чем-либо мнимо хорошим, рассчитывая под видом блага беспрепятственно привнести в нас, не понимающих, нечто, надежно спрятанное. И сильнейший ущерб нанести подлинной добродетели, молению и подвигу. Иногда понуждают нас лукавые бесы говорить поучения, как бы ради любви духовной, и наставлять людей, даже женщин. И понуждают нас прибавить сверх телесных потребностей что-нибудь к еде и питью ради друга или праздника – какую-нибудь вкусную снедь. Ибо знают лукавые, что Адам, праотец наш, пал от сластолюбия и нас им улавливают.