Творения

А что вы объясняете, что Алек. Ив. передал вам мысли М–а, что даже и слышать не хочет об увольнении вас; а притеснения и сплетни еще умножаются, то мы, о прелюбезнейший, возверзим всю нашу участь и самих себя на Единаго Промыслителя и Покровителя, Премилостиваго и Всемогущаго Господа. Той по Своему милосердию нас защитит и противоратующих умиротворит и на милость приклонит. А Вас прошу и молю – со благодарением и упованием продолжать жительство там же, поколь Премилосердый Господь, видев наше терпение и смирение, соблаговолит и невидимо вложит в сердце Архип[астыря] вас отпустить… Вы вспомните, что мы поступили в монастырь не деньги собирать, но оплакивать грехи свои и совершенно спастися, посему извольте долготерпеливо выслушать. Вы из своих доходов довольно благодетельствовали бедным и странных принимали, подкрепляя, насыщая и утешая; и сами от благотворительности, по заповеди, ощущали благоприятность в своих чувствах! А теперь уменьшение должнаго вам из кружечнаго числа если с благодарностию претерпите, то сие вменится вам в сугубое благотворение…

Да вы возьмите в пример и историю моего пребывания в Свирском 5–ть лет против моей воли; хотя по видимому и не было сильнаго притеснения подобнаго вашему, однако кто чувствовал на опыте, тот видел… И сами вы означаете, что един страдалец проходит и вящшую тризну от глав[ного] нач… А мы с тобою не помним и ублажаемаго всею Церковию многострадальнаго, произнесшаго сии слова: „Аще благая от руки Господни прияхом, то злых ли не стерпим“.

Ризницу от Адинцова, пересланную к Черкасовым, с камлотом и 12–ю аршинами драдедама мы получили верно; но как послана была без ящика, то вся помялась. До приезда нашего о.[Гавриила], который выпросился в Орел и Карачев с родными и благодетелями повидаться и мнимую свою нужду пополнить, сия ризница лежит у меня до его распоряжения. И двадцать молитв получены. Удивляюсь же я вам, что вы начали его прихоти исполнять – оне едва ли ограничиться могут…

…Жалко, что ЕвФимия Осиповна пострадала от пожара; я надеюсь, что ее Господь не оставит, при случае поклонись ей от меня и хотя 10 р. (за наш счетъ) отошли ей с верным. Право, жалко по человечеству и о. Строителя А–го, однако, видно, еще достоин оказался таковаго посещения и даннаго ему времени к достодолжному раскаянию и развязке запутанностей…

Слухи насчет обители, до вас дошедшие, хотя отчасти и неоспоримы, но и то посмотрим: в нынешния пребедственныя времена где и в которой из самых примерных обителей найти возможно надлежащее устройство порядка и правил, а особливо в мнимых общежитиях – где единодушие в братии? А в нашем скиту, поколь Премилостивый Господь долготерпит премногим грехом нашим, есть до 15–ти и в монастыре около 10–ти к нам приверженных и единодушных. Чего же еще теперь желать? А [А. Д.] человек мирской и сердечными очами слепой – на едины лицы смотрит. В книге св. Сvмеона Нов. Богослова прочти главы 70–ю, 71 и 72–ю и обрящеш на сие полную развязку.

Господь Премилостивый да вразумит тебя, и да просветит, да умудришися во смирении, и да поможет тебе, и да сохранит, покрыет от всех десных и шуих сетей вражиих, и да простит тебе вся согрешения вольная и невольная. И аз многогрешный посылаю тебе мое отеческое прощение и благословение, и молитвами покойнаго нашего о. Феодора мир Божий да почиет на тебе. За сим остаюсь твой недостойный богомолец, Иеросхимонах Лев и с приверженною братиею униженно кланяюсь.

P. S. О. И., слава Богу, совсем определен и помаленьку мирствует, хотя и отрыгаются еще свирския сиги и лососи, однако уповает и кланяется вам.

О. А [арон] крайне нездоров не токмо телом, но и душею, и первый противоратующий на нас, но действовать не может, потому что всем отвратителен сделался.

[Между 1828–1834 гг.]

17.

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Ваше преподобие! Достопочтеннейший и прелюбезнейший о Господе собрат о. Иоанникий! Усердно желаем вам здравствовати душевно и телесно!

Приятное ваше писание, пущенное вами с почтою 23–го генваря, в мою келлию получено 29–го, и как я был в отлучке – в Белгороде, Борисовской пустыни и на обратном пути в Севске и Площанской пустыни, и при помощи Всевышняго возвратился благополучно 20–го марта во 11–м часу ночи, то и начинаю теперь ответствовать, перечитывая накопленныя письма.

Иконы в ящике, посланныя Егором Тихоновичем чрез г. Жукова, а именно: две иконы Тихвинской Божией Матери – первая, выпрошенная у отца Архимандрита о. Гавриилом, и другая, пожертвованная усердием благодетеля Петра Васильевича Лесникова с серебрянным венцем в полное мое распоряжение, исправно получили. Также Е[вдокия] Т[ерентие]вна и сельдей (10 пуд.) нам прислала. Воистину Премилосердый Господь возвестил ей нас слабых утешить, поелику в здешнем месте оне нужны. Слава Премилостивому Господу, что Л[еснико]вы благополучно выдали А. П[етро]вну и, по–видимому, выгодно, – Господь с ними.

О упоминаемом вами пустынножителе отце П[афнутии], что гостил в Лавре и по домам месяц, и вы заметили, что он сожалеет о Лавре, что не разсудя вышел – и не по мере своего устроения; отчего объемлет им двоедушие.

Слава Премилосердому Господу, всячески устраивающему полезное.., у нас ныне в обители стало гораздо потише, и партия противников тишины мало–помалу разсеивается. Благонадежием питаем себя, что и еще утихнет; жалко только то, что отец С[ерафим] крайне смущен, и слышу – против меня много любомудрствует и блазнится в разсуждение моей отлучки в Белгород, Борисовку и прочее, и роптал до избытка. Спаси его Господи и помилуй, и да дарует ему Всемилостивый Господь прийти в здравый разум. Довольно жалко и А[ркадия], брата отца А., а наиболее всеобщаго соблазна на весь монашеский образ!

Удивительно, что о сю пору не получили вы мухояра! Я намерен написать к о. Нифонту, дабы он к тому дворнику написал, чтоб о сем уведомил. – Ч[еркасо]вым прошу изъявить мое почтение, письма их получил, а равно и Б[огдано]вой, но отписывать еще не нахожу ни сил, ни времени. При случае твоего с ними свидания объяви им мое положение, дабы оне не малодушествовали; я намеревался побольше написать, но по ошибке прежде не разсмотрел, что пишу на написанном письме, почему, уже написавши целую страницу, принужден был письмо отрезать.

Да поможет тебе Всемилостивый Господь и да покрыет тя от всех сетей вражиих. Ваш недостойный богомолец, многогрешный Иеросхимонах Лев со всею приверженною братиею.

5 апреля 1831 г.

18.

Христос воскресе!

Ваше преподобие! Достопочтеннейший и любезнейший о Господе собрат о. Иоанникий!

Всеусердно желаем вам пребывать в душевном спокойствии и в блаженном уповании на милость Божию, препобеждать всякое искушение великодушием, здравствуя же чувственне и духовне спастися.

Искреннейшее о Господе писание твое ко мне, худейшему, сопровожденное вами 30–го мая, всецело ныне мною получено; при первых мыслях о немощи духа мира оно кажется нам горестным, за неизреченную же будущую славу – благоприятнейшим; а посему да будет о нас всесвятая воля Господня и в этом и во всем. Итак, хотя и не исполняется наше желание, не увольняют вас в нашу обитель, и по видимому довольно прискорбно показывается, будто притесняют; но поверь, о прелюбезнейший собрат о. Иоанникий, и да будет твоей любве известно, что или не у время пришло или дабы мы оставили отчасти хладность и слабость и поприлежнее бы просили Всемогущаго Господа, чтоб Он Всемогущею Своею Десницею вспомоществовал нам, аще угодно Его святой воле. И ежели будет на сие благоволение Божие, то ничто не воспрепятствует нашему делу; ибо св. Иоанн Златоуст пишет в Маргарите: „Что Бог предположит, человецы разрушить не могутъ“, – и паки: „Бог, идеже хощет, побеждается естества чинъ“.

Да вы возьмите в пример переход моего недостоинства из Св[ирского] монастыря в сию обитель – ведь пять годов удерживали против усильных моих прошений, а в начале шестого и без всякаго моего прошения, как бы за послушание был послан, и Господь Премилостивый невидимо устроил, что уволили. И отцу Макарию все препятствия и коварныя плевелы остались без действий. И ныне благостию Всемогущаго Господа мирно и благодушно пребываем с верою и благонадежием, уповая на покровительство Великодаровитаго Господа, что и вас, малопомедля, уволят и присоединен имаши быти к нашему малому обществу во едину ограду, только потерпи еще мало, и всячески Всемилостивый Господь соутешит тебя. И сие твое, хотя и невольное, пребывание и скорбныя приключения послужат тебе по времени во отпор отрыжек, неминуемо последовать могущих во время здешняго пребывания у египетских котлов (или лучше сказать – петербургских кулебяк и сиговой или лососиной ухи). Потому я, по своему худому чувству, советую и с своей стороны, что поколь Всемогущий Господь не устроит о вас Сам разными обстоятельствами – не выходи по воле своей из Л[авры], а особливо не решайся идти к тем, кои зовут – там мало проку! Да и в отечниках правил таких не обретается, чтобы звать кого в монастырь и со обещанием душевредных обольщений! Да и не понимаю, как не отказывать на такия просьбы.