Страница 239 из 248
Гимн ХLVIII
Кто есть монах и какое его делание. И на какую высоту созерцания взошел этот Божественный Отец.
Монах — тот, кто не смешивается с миром
И с одним Богом непрестанно беседует;
Видя (Его), он и (Им) видим бывает и, любя, — любим,
И соделывается светом, неизреченно сияющим.
Будучи прославляем, он (тем) более считает себя нищим,
И принимаемый в домах, является как бы странником.
О совершенно необычайное и несказанное чудо!
От безмернаго богатства я беден,
И обладая многим, думаю, что ничего не имею,
И от обилия вод, говорю, я жажду.
Кто даст мне то, что я изобильно имею?
И где найду я Того, Кого повседневно вижу?
Как удержу я то, что и внутри меня есть,
И вне мира, ибо оно совершенно невидимо?
Имеющий уши слышать да слышит,
Правильно понимая слова неученаго.
Гимн ХLIХ
Моление к Богу, и как этот Отец, соединяясь с Богом и видя славу Божию, в нем самом действующую, приходил в изумление.
Как я внутри себя поклоняюсь Тебе и как вдали Тебя созерцаю?
Как в себе усматриваю и на небе вижу Тебя?
Ты один знаешь, делающий это и сияющий, как
Солнце, невещественно в моем вещественном сердце.
Ты возсиявший мне светом славы Твоей, Боже мой,
Чрез Апостола Твоего и ученика и раба,
Всесвятаго Симеона, Сам и ныне возсияй мне
И научи Духом петь ему гимны,
Новые вместе и древние, Божественные и сокровенные,
Дабы чрез меня дивились знанию Твоему, Боже мой, (Псал. 138:6)
И (тем) более проявлялась великая премудрость (Твоя),
И все, услышав, восхвалили Тебя, Христе мой,
Так как и я говорю новыми языками по благодати Твоей.
Аминь, да будет, Господи, по воле Твоей.
Я болезную, я страдаю смиренною душою своею,
Когда внутри ее явится ясно сияющий свет Твой.
Любовь называется у меня болезнию и является
Страданием, оттого что я не могу всего Тебя обнять
И насытиться, насколько мне желательно, и [потому] я воздыхаю.
Однако, так как я вижу Тебя, то для меня довольно и этого,
(Что) и будет (мне) славою, и радостию, и венцом царствия,
И превыше всего сладостнаго и вожделеннаго в мире;
Это покажет меня и подобным Ангелам,
А быть может, и большим их соделает меня, Владыко.
Ибо если Ты невидим для них существом
И естеством неприступен, мне же Ты видишься
И совершенно смешиваешься со мною сущностью естества (Своего),
Ибо оне не отделены в Тебе и совершенно не разделяются,
Но естество (есть) существо Твое и существо — естество;
То поэтому, причастившись плоти Твоей, я приобщаюсь естества (Твоего)
И поистине бываю причастником существа Твоего,
(Делаясь) соучастником и даже наследником Божества
И бывая в теле выше безтелесных,
Я полагаю, (что) и сыном Божиим соделываюсь, как сказал Ты
Не к Ангелам, но к нам, Богами так (нас) назвав: «Аз рех: Бози есте и сынове Вышняго вси» (Псал. 81:6; Иоан. 10:34).
Так как Ты соделался человеком, будучи Богом по естеству,
Неизменно и неслиянно, пребыв тем и другим,
То и меня, человека по природе, соделал Богом
По усыновлению и по благодати Твоей чрез Духа Твоего,
Чудным образом, как Бог, соединив разделенное.
Гимн L
Общее наставление с обличением ко всем: царям, архиереям, священникам, монахам и мирянам, изреченное и изрекаемое от уст Божиих.
О Христе, подай мне слова мудрости,
Слова ведения и Божественнаго разумения,
Ибо ты знаешь безсилие моего слова
И непричастность (мою) ко внешней науке.
Ты знаешь, что Тебя одного я имею
Жизнию, и разумом (словом), и знанием, и мудростию,
Спасителем, Богом и защитником в жизни,
И дыханием смиренной души моей.
Я странник и беден словом;
Ты же — надежда моя и помощь моя,
Ты похвала, богатство мое и слава.
Ты от мира восхотел, Слове,
По благоутробию воспринять меня страннаго,
Недостойнаго, ничтожнаго и худшаго
Всякаго человека и всякаго безсловеснаго животнаго.
Потому и уповаю я на милость Твою,
И прошу Тебя, и припадаю, и говорю:
Дай правое слово, дай силу, дай мне крепость
Сказать ко всем посвященным Тебе
И служащим Тебе, Царю всех,
Сказать тайносовершителям, и начальникам, и служителям,
Мнящим, что они видят Тебя и служат,
И подлинно работают Тебе, как Владыке.
Все люди: цари и вельможи,
Священники, епископы, монахи и разночинцы,
Не сочтите недостойным послушать гласа
И слов моих — человека ничтожнаго,
Но откройте мне уши сердца (вашего)
И услышите и уразумейте, что говорит
Бог всех и прежде всех веков,
Неприступный, единый Вседержитель,
В руке Котораго дыхание всего существующаго.
Цари, вы хорошо делаете, что ведете войны против язычников,
Если сами не творите языческих
Дел и обычаев, советов и решений
И многими делами своими и словами
Не отвергаетесь меня — Царя вашего.
Лучше вам было бы хранить Мои слова
И право соблюдать все заповеди Мои,
В блаженной нищете
Проводя безмятежную жизнь.
Ибо какая вам польза защищать мир
От смерти и временнаго рабства,
Самим же повседневно быть рабами
Страстей и бесов чрез дела (свои)
И наследниками огня неугасимаго.
Ибо хороши все дела, какия кто ни делает
Ради Меня и сострадания
И милосердия к ближнему,
Если прежде всего он себя самого милует,
И слова Мои хранит со всяким тщанием,
И показывает искреннее раскаяние
В том, что сделано (им), без сомнения, раньше,
И после не возвращается более к тому,
Но пребывает (твердым) в Моих Владычных словах
И истинных законах и повелениях;
И так без нарушения делает все
Даже до смерти, ни одним словом,
Ни одной чертой из написаннаго
Не пренебрегая. (Вот) это — Мне жертва,
Это Мне фимиам и приношение, и дар;
Без этого же вы — хуже язычников.
Епископы — председатели, разумейте!
Вы — отпечаток Моего образа,
Вы достойно поставлены собеседовать со Мною,
Вы имеете предвозлежание над всеми праведниками,
Как именующиеся учениками Моими
И носящие Мой Божественный образ;
Вы даже над малейшим общим собранием
Восприняли таковую власть,
Каковую получил Я от Отца — Слово,
Которое воплотилось, будучи Богом по естеству
И соделавшись двояким в действованиях,
Волях и естествах также;
Я, Который нераздельно и неслитно есмь
Бог, и наоборот человек и Бог.
Как человек, Я сподобил (вас) держать Меня вашими руками,
Как Бог же, Я совершенно
Неуловим для бренных рук,
И невидим для не видящих,
И неприступен, [когда бываю] закланным за всех,
Я — двоякий в одной ипостаси.
Из епископов есть такие, которые по причине этого
Превозносятся над всеми малейшими,
Как над презренными и внизу седящими.
Из епископов есть такие, которые далеки от этого достоинства,
Не из тех, у которых со словом согласуется и жизнь,
Являясь печатию их Боговдохновеннаго
Учения и Боговещания,
Но из тех, у которых жизнь противоположна слову,
И которым неведомы страшныя Мои и Божественныя (таинства):
Они думают, что держат [в евхаристии] хлеб, который есть огнь,
И, как простой, презирают Мой хлеб,
И мнят, что видят и едят кусок (хлеба),
Не видя Моей невидимой славы.
Из епископов есть многие из немногих,
Которые высоки и смиренны
Худым и противным смирением,
Которые гоняются за славою человеческою,
А Меня — Творца всех презирают,
Как нищаго и презреннаго бедняка;
Они недостойно прикасаются к Моему телу
И, ища превосходства над многими,
Незванно входят внутрь Моего святилища,
И (внутрь) чертога неизреченных [таинств]
Вступают без хитона
Благодати Моей, которой они никоим образом не восприняли,
[Приступая] к тому, на что и совне взирать им не подобает;
Но Я долготерплю, (будучи) весьма человеколюбив.
Входя же, они беседуют со Мною, как с другом,
И не пребывая там в страхе, как рабы,
Показывают себя близкими [Мне лицами].
Не разумея Моей благодати,
Они и за других (еще) ходатайствовать обещаются,
Будучи сами повинны во многих грехах.
Совне хорошо одевая тело,
Они кажутся блистающими и видятся чистыми;
Души же хуже грязи и тины,
Лучше же (хуже) всякаго смертоноснаго яда
Имеют эти лукавые праведники.
Ибо как некогда Иуда предатель,
Приняв хлеб от Меня недостойно,
Съел его, как часть обыкновеннаго хлеба,
И потому сатана вошел
В него тотчас и безстыдным предателем
Меня — учителя (своего) соделал,
Воспользовавшись им, как слугою и рабом,
И исполнителем своей воли;
Так случается в неведении и с теми,
Которые недостойно, дерзко и самонадеянно
Прикасаются к Моим Божественным тайнам.
В особенности (таковы) возвышающиеся на престолах над святыми,
Над жертвенником и священством,
Имеющие совесть и прежде поврежденную