Страница 108 из 146
4:24); также: будто и радуется жертвоприношениям, — что несвойственно Ему; изрекал Он и слова, несоответствующие истинному о Нем понятию; и многое тому подобное, так как Он никогда не взирает на Свое достоинство, но всегда на нашу пользу. Если отец не взирает на свое достоинство, когда лепечет вместе с детьми, называя пищу, яства и напитки не настоящими именами, но каким–то детским и варварским наречием, то тем более Бог. Так Он через пророка снисходительно укоряет (иудеев), когда говорит: «переменил ли какой народ богов [своих]» (Иер. 2:11); и везде в Писаниях видно снисхождение Его и в словах, и в действиях. «По сей причине», — говорит (апостол), — «обличай их строго, дабы они были здравы в вере». Потому, говорит, обличай их, что они имеют нрав дерзкий, коварный и необузданный; они преданы бесчисленным порокам. Если они склонны ко лжи, коварны, чревоугодливы и беспечны, то для них нужно сильное и обличительное слово: кротостью такой человек не может быть тронут. Итак, «обличай их». Здесь он говорит не о чужих, но о своих. «Строго». Глубоко, говорит, поражай их. Ведь нужно не со всеми обращаться одинаковым образом, но различно и разнообразно, смотря по обстоятельствам.
В настоящем случае он нигде не прибегает к увещаниям, потому что как, укоряя человека послушного и благородного, можно убить его и погубить, так и лаская человека, имеющего нужду в сильном обличении, можно испортить его и не довести до исправления. «Дабы они были здравы», — говорит, — «в вере». Итак, здоровье состоит в том, чтобы не вводить ничего ложного, ничего чуждого. Если те, которые соблюдают правила касательно пищи, не здоровы, но больны и немощны, — так как «Немощного в вере», — говорит (апостол), — «принимайте без споров о мнениях» (Рим. 14:1), — то, что сказать о тех, которые постятся и соблюдают субботу вместе с иудеями, или ходят на места, почитаемые священными у язычников, — разумею место в Дафне, так называемую пещеру Матроны, место в Киликии, называемое Кроновым? Могут ли они быть здоровыми? Поэтому для них нужно сильнейшее обличение. Но почему (апостол) не делает того же в отношении к римлянам? Потому, что их нравы были не такие, но благороднее. «Не внимая», — говорит, — «Иудейским басням». Иудейские обычаи — вдвойне басни и потому, что они искажены, и потому, что безвременны. Вообще они «басни». Раз они не должны выполняться, а при исполнении наносят вред, то они — басни, вещь бесполезная. Таким образом, не следует слушаться ни язычников, ни иудеев, потому что это значило бы не быть здоровым.
Если ты содержишь веру, то для чего вводишь еще нечто другое, как будто не достаточна для оправдания? Для чего порабощаешь себя и подчиняешь закону? Или ты не осмеливаешься на деле (руководиться одной верой)? Это свойственно слабому и неверующему, — такой человек сомневается, — а душе верующей несвойственно сомневаться. «Для чистых», — говорит (апостол), — «все чисто». Видишь ли, к чему сказано было предыдущее? «Для оскверненных и неверных», — говорит, — «нет ничего чистого» (ст. 15).
3. Итак, не по природе своей чисты или нечисты (яства), но по произволению принимающего их. «Но осквернены», — говорит, — «и ум их и совесть. Они говорят, что знают Бога, а делами отрекаются, будучи гнусны и непокорны и не способны ни к какому доброму делу» (ст. 16). Следовательно, и свинья — чистое (животное). Почему же было запрещено употреблять ее в пищу, как нечистую (Лев. 11:7)? Не по природе она была нечиста, потому что (по природе) все чисто; иначе нет ничего не чище рыбы, которая питается и человеческим телом, а между тем была дозволена для употребления в пищу и считалась чистой. Также не было бы ничего не чище курицы, которая ест червей, равно как и оленя, который, говорят, потому и называется оленем (έλαφος), что ест змей (ŏφεις); но все это употреблялось в пищу. Почему же свинья и некоторые другие подобные животные были запрещены? Не потому, чтобы они были нечисты, но чтобы более ограничить чревоугодие. Если бы Бог так (прямо) сказал это, иудеи не послушались бы; а теперь страхом нечистоты Он удержал их. Что, скажи мне, не чище вина, если исследовать его? Что не чище воды, которой они преимущественно очищались? Они не прикасались к мертвым, между тем очищали себя (в жертвах) мертвым, так как заколотое — мертво, а они им очищались. Подлинно, детское было их учение. Посмотри еще: вино не от навоза ли получает состав свой?
Ведь виноградник всасывает в себя влагу, как из земли, так и из лежащего на ней навоза. И вообще, если мы захотим подробно разбирать, все нечисто. Но если решим не разбираться, нет ничего нечистого, а все чисто. Бог не сотворил ничего нечистого; и нет ничего нечистого, кроме одного греха, потому что он касается души и ее оскверняет; остальное — человеческий предрассудок. «А для оскверненных», — говорит (апостол), — «и неверных нет ничего чистого, но осквернены и ум их и совесть». В чистых может ли быть что–нибудь нечистое? А кто имеет нездоровую душу, тот оскверняет все. Если им овладеет такое настроение, постоянно разбирающее, что чисто и что нечисто, то он, пожалуй, не прикоснется ни к чему. По понятию таких людей, не будет ничего чистого, ни рыба, ни все прочее, — «осквернены», — говорит, — «и ум их и совесть», но все нечисто. Впрочем (апостол) не сказал так, — но как? Он приписал все самим людям. Нет ничего, говорит он, нечистого, но нечисты сами они, — их ум и совесть, не чище которых нет ничего. «Они говорят, что знают Бога, а делами отрекаются, будучи гнусны и непокорны и не способны ни к какому доброму делу. Ты же говори то, что сообразно со здравым учением» (2:1). Вот где — нечистота; сами они — нечисты. Но ты из–за этого не умолкай; хотя бы они и не принимали (наставлений), ты исполняй свое дело; хотя бы они и не убеждались, ты увещевай и советуй.
Здесь он сильнее всего обличает таких людей. Так ведь и помешанные думают, что ничто на своем месте не стоит; но это происходит не в предметах видимых, а в воспринимающих их глазах. Они сами стоят нетвердо и страдают головокружением, потому и думают, что земля вертится вокруг них, между тем как она не вертится, а стоит твердо; такая безумная мысль происходит от их собственной порчи, а не от порчи внешнего мира. Так и здесь: когда душа нечиста, она все считает нечистым. Следовательно, свойство чистоты — не воздержание от всего, но смелое принятие всего; чистый по природе дерзает на все, а оскверненный — ни на что. Это можно сказать и против Маркиона. Видишь ли, как показателем чистоты является то, чтобы быть выше всякого осквернения, а не касаться ничего служит знаком нечистоты? Так и у Бога. Если Он принял плоть, — это показатель Его чистоты; а если бы Он, боясь оскверниться, не принял ее, — это было бы знаком Его нечистоты. Кто не вкушает того, что кажется нечистым, тот нечист и немощен; а кто вкушает, тот не таков. Поэтому не будем называть таких людей чистыми: они нечисты; а кто дерзает на все, тот чист. Эту благочестивую разборчивость нужно выказывать в отношении к тому, что оскверняет душу, — это подлинно нечистота, это скверна, а все прочее — нет. Те, у кого испорчен вкус, думают, что предлагаемое им нечисто; но это происходит от их болезни.
Итак, следует основательно знать, что по природе своей чисто и что нечисто.
4. Что же нечисто? Грех, злоба, корыстолюбие, лукавство. «Омойтесь», — говорит (пророк), «очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих» (Ис. 1:16). «Сердце чистое сотвори во мне, Боже» (Пс. 50:12). «Идите, идите, выходите оттуда; не касайтесь нечистого» (Ис. 52:11). Те (ветхозаветные) очищения были образами (истинного) очищения. «К трупам», — говорит (Писание), — «их не прикасайтесь» (Лев. 11:8). И грех есть такая же мертвечина смердящая. «Священник», — говорит, — «увидев живое мясо, объявит его нечистым; живое мясо нечисто: это проказа» (Лев. 13:15). И грех есть также нечто пестрое и разнообразное. А что на это именно указывается здесь, видно из дальнейшего: если проказа будет постоянно и на всем теле, то человек чист; а если на одной части, то нет. Видишь ли, что нечистым бывает то, что разнообразно и переменно? И еще: «имеющий истечение, нечист» в душе (Лев. 15:4); под изливающим семя разумеется извергающий семя. Также «необрезанный» — нечист (Быт. 17:14). Видишь, что это не иносказания, но образы? Здесь разумеется не истребляющий зла в душе своей. Работающий в субботу побивается камнями, — т. е., тот, кто не постоянно предан Богу, погибает. Видите, сколько родов нечистоты? «Если женщина родит», — сказано, — «то она нечиста» (Лев. 12:2). Почему, скажи мне? Не сам ли Бог создал семя и рождение? Почему же такая жена нечиста? Не имелось ли здесь ввиду что–нибудь другое?