Страница 79 из 106
12:11), показывает, что получившие дар не должны им превозноситься; в обоих случаях (апостол) врачует недуг коринфян, как он поступает и здесь. И опять, поощряя к восстанию падших, говорит: «[Имеешь ли] пророчество, [пророчествуй] по мере веры». Хотя пророчество дается по благодати, но изливается не просто, а получая меру от принимающих, и течет настолько, насколько велик будет принесенный сосуд веры. «[Имеешь ли] служение, [пребывай] в служении» (Рим. 12:7). Здесь служение взято в общем смысле: и апостольство называется служением, и всякое доброе духовное дело — служение. Конечно, это наименование употребляется и для означения частной деятельности, но здесь сказано вообще. «Учитель ли, — в учении». Заметь, как (апостол) не наблюдает строгого порядка, но малое ставит на первом месте, а великое после, научая опять тому же самому, т. е. не гордиться и не превозноситься. «Увещатель ли, увещевай» (ст. 8). И это — вид учения, так как сказано: «Если у вас есть слово наставления к народу, говорите» (Деян. 13:15). Потом, показывая, что невелика польза держаться добродетели без надлежащего соблюдения закона, присовокупляет: «[раздавай] в простоте». Не достаточно того, чтобы подать, но должно делать это и с щедростью; так и всегда это разумеется под словом — «простота», ведь и девы (юродивые) имели елей, но не имели его в избытке, почему и лишены были всего. «[Начальствуй] с усердием».
Не довольно быть начальником, но надобно начальствовать с усердием и готовностью. «[Благотвори] с радушием». Недостаточно благотворить, но должно и это делать нескудно и без скорби, или лучше сказать, не только без скорби, но еще с веселым и радостным духом, потому что не одно и то же не быть печальным, и радоваться. То же самое с большим тщанием доказывал Павел и в Послании к коринфянам; побуждая их к щедрости, он говорил: «Кто сеет скупо, тот скупо и пожнет; а кто сеет щедро, тот щедро и пожнет» (2 Кор. 9:6), и, научая, с каким расположением должно это делать, он присовокупил: «не с огорчением и не с принуждением» (ст. 7). В совершающем благотворение должно быть то и другое — и щедрость, и веселое расположение. Зачем ты плачешь, подавая милостыню? Зачем скорбишь, оказывая милосердие, и тем лишаешься плода заслуг своих? Если ты скорбишь, то нет в тебе милосердия, но ты жесток и бесчеловечен. Ведь если ты сам скорбишь, то как можешь ободрить того, кто в горе? Приятно то, чтобы он не подозревал ничего дурного, а также и то, когда подаешь ему с радостью, потому что для людей ничто не представляется столько унизительным, как принимать что–нибудь от других, если только ты особенной веселостью не отвратишь подозрения и не покажешь, что сам получаешь больше, нежели даешь, что скорее роняешь, чем восстановляешь принимающего. Потому (апостол) и говорит: «[Благотвори] с радушием».
2. Кто с печальным лицом получает царскую власть? Кто остается в унынии, получив прощение грехов? Итак, обращай внимание не на трату денег, но на пользу от этой траты. Если сеятель радуется, хотя и сеет в неизвестности на будущее, тем более должен радоваться возделывающий небо. Если ты и мало дал, но с радостью, то дал много, равным образом, если ты и много подал, но с прискорбием, то из многого сделал мало. Так две лепты вдовицы превзошли многие таланты, потому что ее расположение было исполнено щедрости. Скажешь: как может подавать с радушием тот, кто сам живет в крайней бедности и имеет во всем недостаток? Спроси вдовицу, у нее научишься, как это можно делать, и узнаешь, что не бедность создает затруднительное положение, но собственная воля производит как это, так и все противоположное. Можно и в бедности быть великодушным, и при богатстве малодушествовать. Потому (апостол) требует при подаянии простоты, при благотворении радушия, при начальствовании усердия. Он желает, чтобы мы помогали нуждающимся не только деньгами, но и словами, делами, телесным трудом и всем прочим. И сперва упомянув о главном роде вспомоществования — учением и увещанием (все это более необходимо, так как служит пищею душе), потом уже переходит к вспоможению деньгами и всем иным. Затем, научая, как можно успеть в этих добродетелях, представляет их мать — любовь.
Именно говорит: «Любовь [да будет] непритворна» (Рим. 12:9). Если будешь иметь любовь, то не почувствуешь ни траты денег, ни телесного труда, ни тяжести учения, ни пота и служения, но все будешь переносить мужественно, потребуется ли помочь ближнему телесными трудами, деньгами, словом или иным чем. Как (апостол) требует не одного только подаяния, но в простоте, не одного начальствования, но с усердием, не одной только милостыни, но с радушием, так он не просто требует и любви, но любви непритворной, а такова истинная любовь, и если это будет, все прочее последует само собою. Ведь оказывающий милосердие, если оказывает его с радушием, дает себе самому; начальствующий, если начальствует усердно, доставляет пользу себе самому, и подающий, если подает со щедростью, наделяет себя самого. А так как любовь бывает и в худых делах, например, любовь людей развратных или думающих только о деньгах и хищениях, или предающихся пьянству и пирам, то (апостол), очищая любовь от этого, говорит: «отвращайтесь зла». И он не сказал: удаляйтесь зла, но: ненавидьте его, и не просто ненавидьте, но весьма сильно ненавидьте. Предлог απο во многих местах (у апостола) означает усиление, так, например, в словах: αποκαραδοκια — заботливость (Рим. 8:19), απεκδεχομενοι — ожидая (1 Кор. 1:7) и απολυτρωσις — искупление (Рим. 3:24).
Так как многие, хотя и не делают зла, но имеют злые пожелания, то (апостол) и сказал: αποστυγουντες — «отвращайтесь зла». Он хочет, чтобы наши помышления были чисты и чтобы мы имели в отношении к пороку полную вражду, ненависть и войну. Из того, что я сказал вам, говорит (апостол), — возлюбите друг друга — не заключайте, что я предлагаю и в худых делах содействовать друг другу. Я предписываю вам совершенно противоположное — чуждаться зла не только делом, но и расположением, и не только чуждаться такого расположения, но и совершенно отвращаться зла и ненавидеть его. Но (апостол) не довольствуется только этим, а требует упражнения в добродетели, говоря: «Прилепляйтесь к добру». Не сказал — делайте добро, но — будьте расположены к нему; это он выразил, повелев прилепляться. Так Бог, сопрягая мужа и жену, сказал: «прилепится к жене своей» (Быт. 2:24). После того (апостол) излагает причины, по которым мы должны любить друг друга. «Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью» (Рим. 12:10). Вы — братья, говорит (апостол), и произошли из одной утробы, уже и по этой причине правильно было бы, чтобы вы любили друг друга. Это и Моисей сказал дравшимся египтянам: вы — братья, для чего же обижаете друг друга (Исх. 2:13)?
И (апостол), когда ведет речь о внешних, говорит: «Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми»; когда же рассуждает о своих, говорит: «Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью». Там требует, чтобы они не ссорились, не ненавидели, не отвращались друг друга, а здесь повелевает любить друг друга и не просто любить, но любить сильно. Любовь, говорит он, должна быть не только не притворная, но крепкая, горячая, пламенная. Что пользы, если любишь, хотя искренно, однако же, не горячо? Потому (апостол) и сказал: «друг к другу с нежностью», то есть любите горячо. Не жди, чтобы другой проявил к тебе любовь, но сам стремись к нему и начни первый, так как тогда ты приобретешь награду и за его любовь.
3. Показав причину, по которой мы обязаны любить друг друга, (апостол) объясняет, как любовь наша может сделаться непоколебимою, почему и присовокупляет: «В почтительности друг друга предупреждайте». Таким–то образом любовь возникает и поддерживается. И ничто не приобретает нам столько друзей, как старание превзойти ближнего почтительностью. От этого возрастает не только любовь, но и честь. Как описанное выше происходит от любви, так любовь от чести, а равно и честь — от любви. Потом, чтобы мы оказывали не только уважение, апостол требует и еще другого, большего, говоря: «в усердии не ослабевайте» (Рим. 12:11). И то рождает любовь, когда вместе с почтительностью мы оказываем и услуги, потому что ничто так не заставляет любить, как почтение и попечительность. Недостаточно любить, но нужно иметь и это, а лучше сказать, и это происходит от любви, равно как и любовь от этого разгорается, вообще, одно подкрепляет другое. Многие, хотя сердечно друг друга любят, однако же, не подают руки помощи. Потому апостол отовсюду укрепляет любовь. А как мы можем быть «в усердии не ослабевайте»? «Духом пламенейте». Ты замечаешь, что апостол во всем требует усиления.