Страница 111 из 140
5. Поэтому, оканчивая здесь это увещание, я хочу обратить речь к тем, которые в настоящую светоносную ночь удостоились божественного дара крещения — к этим прекрасным растениям церкви, к цветам духовным, к новым воинам Христовым. Третьего дня Владыка был на кресте, а ныне воскрес; так и они третьего дня были объяты грехом, а ныне воскресли вместе с Христом. Он умер плотью — и воскрес, а они были мертвы грехом — и воскресли от греха. Земля произращает нам в это время весны розы, лилии и другие цветы; а воды явили нам ныне луга более приятные, нежели земля. Не удивляйся, возлюбленный, что из вод являются цветущие луга, и в начале земля не сама собой произвела растения, но повинуясь повелению Владыки. И воды тогда извели движущихся животных потому, что услышали: «да произведет вода пресмыкающихся, душу живую» (да изведут воды гады душ живых) (Быт. 1:20); и повеление стало делом: неодушевленное вещество произвело одушевленных животных. Так и ныне то же повеление совершило все. Тогда Бог сказал: «да произведет вода пресмыкающихся, душу живую», а ныне происходят не гады, но духовные дары. Тогда воды произвели бессловесных рыб; а ныне они произвели нам рыб словесных и духовных, уловленных апостолами: «идите за Мною, — сказал им Христос, — и Я сделаю вас ловцами человеков» (Матф. 4:19).
Поистине, это — новый способ ловли; рыболовы извлекают рыбу из воды — и умерщвляют пойманную, а мы ввергаем в воду — и уловленные получают жизнь. Была некогда у иудеев водная купель; но послушай, какую она имела силу, чтобы ты точнее узнал бедность иудеев и мог уразуметь наше богатство: «Ангел Господень, — сказано, — по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал» (Иоан. 5:4). Сошел Владыка ангелов в струи Иордана — и, освятив естество вод, уврачевал всю вселенную. Потому там сходивший после первого уже не получал исцеления, так как такая (только) благодать дана была иудеям немощным, пресмыкавшимся долу; а здесь после первого сходит второй, после второго третий и четвертый, и хотя бы ты назвал бесчисленное множество, хотя бы всю вселенную погрузил в эти духовные струи, благодать не иссякает, дар не истощается, струи не оскверняются, щедрость не уменьшается. Видишь ли величие дара? Послушайте вы, которые сегодня и в эту ночь вписаны в граждане вышнего Иерусалима; оказывайте вы и бдительность, сообразную с величием даров, чтобы вам получить еще обильнейшую благодать так как благодарностью за полученное привлекается щедрость Владыки.
Не позволительно тебе, возлюбленный, жить потом безразлично; но ты назначь себе законы и правила, чтобы делать все тщательно и обнаруживать великую осмотрительность даже и в отношении к тому, что считается безразличным. Ведь вся настоящая жизнь есть подвиг и борьба, и однажды вступившим на это поприще добродетели надлежит быть воздержными во всем: «Все подвижники, — говорит апостол, — воздерживаются от всего» (1 Кор. 9:25). Не видишь ли, как в гимнастической борьбе много заботятся о себе те, которые выступают на борьбу с людьми, и с какой выдержкой они упражняют свое тело? Так должно быть и здесь. Но так как у нас борьба не с людьми, а с злыми духами, то и упражнение наше, и воздержание должны быть духовные, потому что и оружия наши, в которые облек нас Христос, суть духовные. Итак, пусть и глаз имеет свои пределы и правила, чтобы не увлекаться тотчас всем, представляющимся ему; и язык пусть имеет преграду, чтобы не предупреждать мысли. Для того и зубы и губы созданы к охранению языка, чтобы язык никогда не устремлялся неудержимо, растворив эти двери, но наперед устраивал хорошо все, что относится к нему, и потом выступал со всей благопристойностью и произносил такие слова, которые доставляли бы приятность слушающим, и говорил то, что служит к назиданию слушателей.
Должно всячески воздерживаться и от непристойного смеха, и походку иметь тихую и спокойную, и одежду скромную, и вообще во всем нужно благоустроять себя вступившему на поприще добродетели, потому что благопристойность внешних членов есть некоторое выражение внутреннего состояния души.
6. Если мы усвоим себе такую привычку с самого начала, то, идя потом по этому пути с легкостью, будем преуспевать во всякой добродетели без большого труда и приобретем себе великую помощь свыше. Таким образом, мы будем в состоянии и с безопасностью переплыть волны настоящей жизни и, став выше сетей диавола, получить вечные блага, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
Беседа на Вознесение Господа нашего Иисуса Христа
Наше богатство и сокровище и источник вечной жизни — домостроительство Спасителя. О нем–то мы жаждем говорить и спешим проповедовать, но изъяснить его по достоинству мы не имеем силы. Томясь желанием и сознавая свое бессилие, как бы к какой спасительной пристани, прибегаем мы к пророческому слову: «Кто изречет могущество Господа, возвестит все хвалы Его?» (кто возглаголет силы Господни, слышаны сотворит вся хвалы Его) (Пс. 105:2). Даже этот великий пророк, которому Бог «явил… мудрость» (явил безвестная и тайная премудрости Своея) (Пс. 50:8) и которого удостоил именоваться отцом Христа, Давид, блаженный и великий в пророках, славный в царях друг Божий, столь угодный сердцу Его, что Сам Бог сказал: «нашел Я мужа по сердцу Моему, Давида, сына Иессеева» (обретох Давида, сына Иесеова, мужа по сердцу Моему) (Деян. 13:22), — такой–то и столь великий муж говорил, обращая взоры к величию богопознания: «Дивно для меня ведение [Твое], — высоко, не могу постигнуть его!» (удивися разум Твой от мене: утвердися, не возмогу к нему) (Пс. 138:6). Как пророк не находит слов перед величием силы Божией, так и Павел, богослов и труба небесная, восклицает: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (О, глубина богатства и премудрости и разума Вожия, яко неиспытани судове Его и неизследовани путие Его) (Рим. 11:33).
Ведь Бог ценит не качество речи, а расположение проповедника и любовь слушателей. Как нежно любящие отцы, слушая своих детей, лепечущих и запинающихся в словах, не обращают внимания на недостатки речи, но [радуются] природному влечению, и лепет детей для них приятнее всякого риторического красноречия и философской высокопарности, так и Богу угодны в нас не уста, лепечущие о богословии, но желание и расположение, — когда мы проповедуем с верой и воспеваем с любовью. Конечно, человеческим языком нельзя говорить о Боге с полной точностью; что бы мы ни сказали о нем, все будет детским лепетом. Почему? Потому именно, что, как Павел восклицает, мы только «от части знаем, и от части пророчествуем» (1 Кор. 13:9). Но, хотя мы и лепечем, Бог вручил нам проповедь мира. Об этом говорил Исаия: «и косноязычные будут говорить ясно» (и языцы немотствующие скоро научатся глаголати мир) (Ис. 32:4). Вот и мы будем лепетать об общем нашем Отце и Владыке. Он удостоил учеников Своих названия «дети» (Иоан. 13:33); а если называет детьми, то конечно, примет и лепет детей. К тому же, после того как было проповедано возвещенное Им Самим многославное Его Вознесение, благодать не стесняется временем и богословие не ограничивается днями.
2. В прошлый раз, как известно Христу, нам не удалось привести в исполнение свое желание взойти на гору Елеонскую; наше намерение встретило препятствие в непостоянстве воздуха и многочисленности народа. (Говорю это, чтобы у желающих обвинять меня напрасно отнять всякий повод). Тогда, имея в виду множество уже сказанного, мы наскоро сократили речь, чтобы не обременить вашу память обилием слов. Сегодня же мы восполним тот свой долг. Так и закон повелевал тому, кто не совершит Пасхи в первый месяц, исполнить свой долг во второй. А вы, конечно, должны знать, что Слово Божие не ограничивается ни временами, ни днями, но во всякий день может быть предлагаема проповедь и о кресте, и о страданиях, и о воскресении, и о вознесении, и о втором пришествии.
3. Предварительно мы рассмотрим кое–что из божественных слов, читанных сегодня, и затем, исчерпав евангельские источники, постепенно перейдем к обещанному. «В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус» (Сущу позде, в день той, во едину от суббот, и дверем затворенным, идеже бяху ученицы Его собрани, прииде Иисус) (Иоан. 20:19). После того как Спаситель уготовал для нас воскресение, он редко является ученикам Своим в другие дни, кроме дня Господня. Как прежде, исполняя закон, Он каждую субботу приходил в синагогу, так со времени спасительного Своего воскресения и дарования залога миру, Он является предпочтительно в день Господень, первый после субботы, утверждая основание святого дня Господня. Для празднования субботы наступил теперь конец, а положено начало установлению дня Господня, т. е. именно воскресенья, как вы помните из прежних объяснений. Почему блаженный Матфей, обозначая субботу, но вводя начало святого дня Господня, говорил: «в вечер субботний»? Потому, что это был конец и вечер прежней субботы: «По прошествии же субботы» (свитающи во едину от суббот) (Матф. 28:1). И в этот именно первый день после субботы, в самый день святого праздника воскресения, явился воскресший (Господь).