Страница 115 из 167
Но они не укрепились бы и не умножились бы, если бы Иосиф не достиг власти и близости к фараону. «И возбудил в сердце их ненависть к народу Его и коварство против рабов Его» (ст. 25). После того как, пользуясь уважением со стороны египтян, они предались наравне с ними идолослужению, Бог возбудил (египтян) возненавидеть их и возложить на них тяжкие работы, чтобы, озлобленные, они обратились к Нему, и Он мог исполнить обетование, данное Аврааму относительно земли Ханаанской. Как Иосифа, искусив, он прославил, показал его чрез испытание достойным, так теперь было с народом: подвергшись испытанию, они с плачем и воплем обратились к Богу их. Вот для чего и уважение к ним со стороны египтян превратилось в ненависть. В самом деле, пользуясь уважением их, евреи забыли Бога отцов своих и сделались участниками их идолослужения, как говорит Иисус Навин: «бойтесь Господа и служите Ему в чистоте и искренности; отвергните богов, которым служили отцы ваши за рекою и в Египте, а служите Господу» (Иис. Н. 24:14). Превратил же Господь сердце египтян не силой, но попуская свободному их произволению. А лукавство их состояло в том, что они сначала заставляли бабок убивать еврейских младенцев мужского пола, а потом приказывали бросать их в реку. Однако, всех этих сетей смерти народ еврейский избег. «Послал (тогда) Моисея, раба Своего, Аарона, которого избрал Себе.
Вложил в них слова о знамениях Своих и чудесах Своих в земле Хама» (ст. 26, 27). 4. Рассказ псалмопевца согласен с историей. Вкратце он говорит, что, достаточно наказав народ еврейский по заслугам его, Бог посылает к нему тех, чрез которых сотворил чудеса, с одной стороны наказывая египтян, с другой — утверждая евреев в познании Себя. Причину же знамений Он раскрыл только Моисею с братом; так как они одни были разумными, то им одним Он и показал разумное понимание, чтобы они знали, по какой причине вода обратилась у египтян в кровь, какая была причина каждого явления в отдельности, почему эти явления совершились в таком порядке и чему они служат образами или символами? Так как не все в силах сами по себе удаляться от вредного, то столь слабым Бог посылает сильных — в качестве путеводителей и вождей на пути к добру. Таковы суть: закон Божий, в лице Моисея, и священническое слово, носителем которого был Аарон. Они двигали языком, служили устами Богу и издавали слова, а вся сила исходила от Него. «Послал тьму и навел мрак, ибо они воспротивились словам Его» (стр. 28), И дивные слуги не противоречили божественным повелениям, но исполняли то, что Бог приказывал, и навели на Египет продолжительнейшую и трехдневную ночь, или лучше сказать тьму мрачнее самой ночи, потому что ночь, хотя бы была без луны, умеряется блеском звезд, а эту тьму Священное Писание называет доступной осязанию.
Заботясь о своем народе, Бог не подвергал египтян каким–либо великим бедствиям; всесильная рука Его не бессильна была, конечно, излить на них полную чашу гнева, наслав на них львов, медведей, голод, мор или смерть, однако наказывала их иными средствами, мало–помалу и самих, призывая к покаянию. Величайшее зло было причинено ими народу не тем, что они заставляли его делать глину и кирпичи, но тем, что научили его почитать идолов. Поэтому Он и наказывал тех, которые вводили в заблуждение, приводя их к познанию Владыки всех, причем сама тварь (ими обоготворяемая) употреблялась им в качестве орудий наказания. Воздух обращался во тьму, вода в кровь, земля (производила) лягушек, огонь странным образом приносился вместе с дождем и градом; и тьма, посланная от Бога, не противилась, говорит пророк, Его словам и не раздражала Его, но послушно распространилась, исключительно в Египте. Между тем, говорит Писание, «у всех же сынов Израилевых был свет в жилищах их» (Исх. 10:23). И в самом деле, если бы тьма была во всем мире, как можно бы было сказать, что она оставалась в течение трех дней и трех ночей? Как можно было бы разграничить дни и ночи на протяжении этой одной исключительной ночи? Но чтобы никто не мог сказать, что это было затмение или вообще дело природы, евреи, жившие в той же самой стране, не ощущали действия этой казни, как было это и при других казнях.
«Превратил воды их в кровь и уморил рыб их» (ст. 29). Значит, не цвет только воды, но и самое качество вкуса Он изменил, так что погибли все породы рыб. «Закипела земля их жабами (даже) в сокровищницах царей их» (ст. 30). Так как они бросали в реку еврейских детей, то и сама вода реки превращалась в кровь, обличая, как она была осквернена убийством; отсюда же произвел Господь и жаб, ползавших подобно младенцам, которых они умерщвляли, заползавших в дома и проникавших в самые покои царей. Пророк именно упомянул о царских сокровищницах, чтобы показать силу чуда: даже множество слуг иди солдат, охраняющих обыкновенно царский дворец, не могло помешать нашествию жаб во дворец. «Он сказал — и явились песьи мухи и мошки во все пределы их» (ст. 31). За словом следовало дело: как только повелел Бог и сказал Моисей, тотчас песьи мухи и скнипы наполнили страну, не минуя египетских пределов и не причиняя вреда другим людям, но являясь наказанием только для этих врагов Бога. Эта именно мысль заключается в словах: «во все пределы их», т. е. вне пределов египетских ничего подобного не наблюдалось. «Вместо дождя послал им град (и) огонь, попаляющий землю их. И побил виноградники их и смоковницы их, и сокрушил всякое дерево в пределах их» (ст. 32, 33).
Облака изменили свои обычные отправления и вместо дождя и влаги порождали град, а вместе с градом разражались громы и молнии, и взаимно–противоположные стихии, огонь и вода, не уничтожали друг друга: ни огонь не расплавлял ледяного града, ни вода не погашала огня, но, оставивши природную борьбу, они согласно поражали египтян и обличали их зверство, — что, будучи людьми, они не стыдились природы, но своих собратьев угнетали горьким рабством. Ради этого и виноградники, и смоковницы их и все прочие виды растений совершенно уничтожались этими явлениями. «Сказал — и явились саранча и гусеница без числа, и поели всю траву в земле их и поели все плоды в земле их» (ст. 34, 35). Градом и огнем уничтожил Господь деревья, а гусеницы и саранча опустошили болота, луга и нивы. Не только плоды, но и самую траву они поели. И это не обычно, что в одно и то же время явились гусеницы и саранча, — потому что или саранча, появившись первоначально, производит гусениц, или гусеницы, возросши, делаются саранчой, так что одно — прежде, другое — следует некоторое время спустя. Но так как здесь мы имеем дело с чудом, и это явление произошло по повелению Божию, то вместе явились и гусеницы и саранча, и пожрали вместе с травой и плоды, так что все, что служило для питания людей и скотов, было уничтожено. «И поразил всякого первенца в земле их, начаток всего (приобретенного от) труда их» (ст. 36).
5. Это было для египтян последней казнью, после которой они стали побуждать иудеев поскорее выйти от них. Теперь всякий дом наполнился плачем и рыданиями, так как все первенцы их были поражены смертью в одно время. В этот раз еще более тяжкий удар постиг их: после того, как они остались нечувствительными к прежним казням, Господь уязвил их в том, что было для них дороже. «И вывел их с серебром и золотом, и не было в коленах их больного» (ст. 37). После того, как египтяне не позволяли иудеям взять даже их собственного имущества, теперь сверх своего они взяли и богатство египтян, получив золото и серебро как бы в плату за тяжкое рабство. И повеление Божие, по которому произошло это, не было несправедливым: для угнетателей это было наказанием, а для угнетенных — вознаграждением. «И не было в коленах их больного». Постигшие египтян казни их не коснулись. Бог повелел им обобрать египтян, как побежденных и притом обязанных вознаградить их за долговременное рабство. Но замечательно было и то, что из страны, пострадавшей самым жестоким образом, они вышли невредимыми — все до одного из стольких тысяч, так что никто не остался в Египте, никто не был задержан телесной немощью. Так предал истории Моисей. «Обрадовался Египет исшествию их, ибо напал на него страх пред ними» (ст. 38). Так они были измучены всякими бедствиями, что освобождение евреев сочли благодеянием для себя.