Страница 118 из 167
«И послужили Веелфегору, и ели жертвы мертвым. И раздражали Его делами своими, и велика была у них язва» (ст. 28–29). Это уже шестой грех счетом. Опять предавшись невоздержанию и разврату с моавитскими женщинами, они научились их нечестию. Веелфегор есть идол, почитаемый моавитянами. Место служения идолу называлось Фегором, а идол был собственно Ваал. Его некоторые отождествляют с греческим Кроносом; называется он также Вилом. Под жертвами мертвых разумеет пророк так называемые у греков возлияния, которые совершались обыкновенно в честь умерших, или то, что они прибегали к волшебству над трупами, или же то, что их мертвецы сделались жертвой могил. Да если бы самых так называемых богов их назвал кто мертвыми, не погрешил бы. «И велика была у них язва».
4. Не указал пророк причины идолослужения — того, что вовлекло их в идолослужение, именно блуда, с которого началось их нечестие и в связи с которым находилось волшебство, но обвиняет прямо в том, чем завершилось их нечестие. Потому общение с иноплеменницами и было запрещено законом, что обыкновенно страсть к женщинам приводит к нечестию. «Но восстал Финеес, и умилостивил (Его), и прекратилась (в ц.-слав. — сечь) язва. И (это) вменилось ему в праведность, в род и род до века» (ст. 30, 31). «Сечь» Симмах перевел: «погром». История свидетельствует, что Финеес, взяв копье, пронзил Замврия, блудодействовавшего с моавитянкой, и вместе с ним убил и женщину (Числ. 25:7 и след.). Одобрив его ревность, Бог похвалил его и остановил наказание, поражавшее народ. Так, след., сильна праведность одного мужа, что прекращает общий погром. «И прогневали Его при воде пререкания, и потерпел Моисей из–за них:ибо огорчили они дух его, и он погрешил устами своими» (ст. 32, 33). Это седьмой грех народа еврейского, в который вовлечен был и Моисей. Приступив к нему, когда он сетовал о сестре своей, они с большим шумом требовали от него удовлетворения своей нужды. А он, подавленный скорбью и видя их необузданность, объятый гневом и негодованием, исполнял божественное повеление без обычного спокойствия: с некоторым сомнением ударил по скале и извел воду.
На это и указывает выражение: «и он погрешил устами своими», т. е. не без колебания говорил с народом. «И сказал он им: послушайте, непокорные, разве нам из этой скалы извести для вас воду?» (Числ. 20:10) За это, без сомнения, вознегодовав на него, Бог всяческих не допустил его ввести народ в обетованную отцам землю, но повелел ему окончить жизнь в пустыне, а обещание свое исполнил чрез Иисуса Навина. Моисей, конечно, считал это для себя наказанием, но Господь всяческих устроил это с иной целью. Прежде всего, не дал Он Моисею довести до конца исполнение обетования, чтобы иудеи, безумие которых Он знал, не сочли своего вождя Богом. В самом деле, если изображение тельца они обоготворили, то какого почитания не воздали бы они совершителю стольких чудес? С этою же, конечно, целью Бог устроил и то, что могила его осталась неизвестной. А сверх того, тем, что случилось с самим законодателем, Господь хотел показать временное значение того законодательства, потому что если сам законодатель не достиг обетованной земли, то отсюда легко было понять, что и сами они не будут долго наслаждаться ее обладанием. Изобразив, таким образом, события, совершившиеся в пустыне, псалом обличает затем и те беззакония, какие они совершили в земле обетования. «Не истребили народов, о которых сказал им Господь. И смешались с язычниками, и научились делам их.
И служили истуканам их, и было им (это) в соблазн» (ст. 34–36). Господь запретил им сношения с язычниками, чтобы удержать их от общения в нечестии, уничтожая конец в начале, истребляя плод вместе с корнем и меньшим злом предупреждая большее. Но они и в этом отношении нарушили Божеский закон: не истребили нечестивых народов и не избегали общения с ними, но подражали их порочной жизни. При этом пророк, показывая, что Бог не человеконенавистничеству научал их, но только желал оградить их безопасность, прибавил: «и было им (это) в соблазн» — это общение и связи с язычниками, — и соблазн не случайный, потому что в своем безумии они доходили до извращения природы, о чем и говорит далее псалмопевец: «и приносили в жертву сыновей своих и дочерей своих бесам. И проливали кровь невинную, кровь сыновей и дочерей своих, которых они приносили в жертву истуканам Ханаанским, и убита была земля их кровью, и осквернена была делами их. И блудодействовали они поступками своими» (ст. 37–39). К концу оставил пророк самое крайнее нечестие. В самом деле, что может быть выше этого нечестия — осквернять землю кровью своих сыновей и дочерей и приносить их в жертву кровожадным демонам? Богу даже законного не воздавали, а для идолов закалывали своих детей! «И блудодействовали они поступками своими».
Блудом здесь называете не одно невоздержание, но служение идолам; так как, будучи обручены Богу, они были привязаны к тем, то их ложное богопочтение по справедливости назвал блудом. «И разгневался в ярости Господь на народ Свой, и возгнушался наследием Своим. И предал их в руки врагов, и возобладали ими ненавидящие их. И теснили их враги их, и смирились они под руками их» (ст. 40–42).
5. Об этом свидетельствует история Судей, а также книги Царей. То моавитянам, то аммонитянам, амаликитянам, мадианитянам и филистимлянам предавал их Бог, стараясь принести им пользу наказанием. Слова: «и возгнушался наследием Своим» несколько как будто противоречат сказанному прежде: «дабы видеть благоденствие избранных Твоих, веселиться веселием народа Твоего, хвалиться с наследием Твоим». Но только теперь говорит пророк о мерзком наследии, а прежде он говорил о другом наследии, об ином народе и племени, с которым он просил сопричислить себя. Здесь сначала народ делается мерзким, затем предается Богом, и, наконец, его покоряют враги. А коль скоро Бог чем–либо управляет, там они не могут получить власти. «Много раз Он избавлял их, они же огорчали Его упорством своим и были унижаемы за беззакония свои» (ст. 43). Налагая наказание, Он опять возвращался к человеколюбию, но они воздавали Ему противным. Он был для них сладким по человеколюбию, а они принуждали Его быть горьким для самих их. И опять Он спасал их, а они губили себя, всецело предаваясь делам погибели, пока не погибли совершенно. Здесь выражение: «много раз» напоминает Слова Спасителя: «сколько раз хотел Я собрать детей твоих», а словам: «и были унижаемы за беззакония свои» соответствуют: «и вы не захотели» (Мф. 23:37). «И видел Господь, когда они скорбели, и слышал моление их» (ст. 44).
Все это подтверждается событиями: и то, что они обращались к Богу, вынуждаемые необходимостью, и то, что обращение их всегда бывало услышано. «И вспомнил завет Свой и раскаялся по множеству милости Своей» (ст. 45). Ради обетований, данных отцам, Он даровал милость. Раскаянием называет пророк облегчение наказания. Само же по себе состояние раскаяния у Бога невозможно: Ему не бывает угодно — сегодня одно, а завтра — другое, но, мудро распоряжаясь всем, Он и наказание налагает, и человеколюбие сохраняет. «И преклонил к ним щедроты пред всеми пленившими их» (ст. 46). Ездра говорит, что Господь Бог вложил в сердце Кира царя, а потом Дария и Артаксеркса, человеколюбие в отношении к народу еврейскому. И теперь, находясь в подчинении у римлян, они пользуются «щедротами», не по собственному достоинству, а по милосердию Божию. Раскаяние же Божие не есть перемена Его чувства, но ослабление наказания: «спаси нас, Господи, Боже наш, и собери нас из среды народов, исповедаться имени Твоему святому, хвалиться хвалою Твоею» (ст. 47). Это показывает, что пророческое слово научает их, как должно им умилостивить к себе Бога и заслужить Его попечение. И великий апостол предсказал будущее спасение иудеев через Илию Фесвитянина: «придет от Сиона Избавитель, и отвратит нечестие от Иакова. И сей завет им от Меня, когда сниму с них грехи их» (Рим. 11:26, 27; Ис. 59:20).
Конечно, не построения Иерусалима — по словам неразумных — нужно ожидать, и не (восстановления) подзаконного служения, бессловесных жертв, обрезания, субботы, или кроплений, тени после всесвятого крещения, — все это бредни пьяных старух, — но, разумеется здесь призвание и познание истины, и вера во Владыку Христа, и заключение нового завета. Научаются они здесь, как должно молиться о том, чего именно иудеи ожидают, и что мы считаем исполнившимся с пришествием Спасителя, когда все повсюду принимают спасительную проповедь и приступают к лучшему сообществу в царстве небесном. Там помимо настоящей обещана нам истинная земля, когда сказано: «блаженны кроткие, ибо они наследуют землю» (Мф. 5:5); собравшиеся там вознесут благодарность Богу за то, чего они удостоились, превознося и себя похвалами Спасителю своему. «Благословен Господь, Бог Израилев, от века и до века. И да скажет весь народ: да будет, да будет» (ст. 48). Все превозносят песнями Господа всяческих, назвавшегося Богом Израилевым и столько соделавшего для спасения людей. И следует всему народу на голос поющих ответить: аминь. «Да будет, да будет» — по–еврейски и есть: «аминь, аминь». Отсюда и в церквах принято за обычай, чтобы к славословию священников присоединялся народ произнесением слова: аминь, чтобы принять в нем участие и получить благословение о Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава во веки. Аминь.