Страница 44 из 107
Писем я обыкновенно не берегу, а предаю их огню, кроме тех, которые нужны по какому-нибудь продолжающемуся делу или которые могут составить полезное воспоминание, никого не оскорбляющее. И те, о которых Вы заботитесь, не существуют.
Простите, что начал письмо, не осмотрев бумагу, и начал без начала. Забочусь о завтрашнем утре.
На новую икону Вы не положили венцов. Что же с ними делать? Если положить, то надобно бы прежде освящения, но с ними, кажется, неудобно посылать? Что же делать?
Искренне призываю благословение Божие и мир душе Вашей.
Обручение Государя Наследника Цесаревича мы праздновали молебно по телеграмме только в Москве. Ждем для прочих мест указа с манифестом.
29(1643)[92]. 4 декабря 1866 г.
Что монастыри архиереям вместо аренды давать не полезно, об этом я говаривал и тем, которые берут, и тем, которые дают.
Говорил я и о том, что викариев умножать надобно с рассмотрением, где нужно и где благонадежно. Теперь дают викария всякому епископу, который укажет монастырь, чтобы дать его в снедь викарию. Умножают викариев тогда, когда с трудом находят кандидатов для архиерейства.
Впрочем, мы не знаем всех соображений, которыми руководствуются распоряжающиеся. Господь да устрояет полезное Церкви Своей.
Если дары от милости Божией Матери и от народного благочестия так беспощадно, как сказывают, влекутся в постороннюю некую выгоду, это угрожает многими неприятными последствиями.
Народ это увидит и ограничит свою щедрость и может охладеть в своих чувствованиях, когда в чаемых богоугодных молитвенниках видеть будет служителей корысти и хищения.
Старания поддержать образованное духовенство монашеское подлинно недостает. Белое духовенство ищет власти себе, светская власть холодна к монашеству частию потому, что не понимает его, частию потому, что встречает несчастные примеры, которые обобщает.
Что же делать при видах века сего? Счастлив, кто может иметь дерзновение сказать с Апостолом: Желаю разрешитися, и со Христом быти[93]. Но и он не настоял на сием желании. Потерпи Господа, - говорит Пророк[94].
Протоиерею Д. Г. пошлите от меня 80 р.
Ко мне приходил г. Мотовилов и говорит, что имеет сообщить что-то очень нужное. Не касается ли это Дивеевского монастыря? При настоящих обстоятельствах скорее можно им повредить, нежели принести пользу. Я не мог его видеть.
30(1681)[95]. 12 ноября 1867 г.
Отцу наместнику и братии мир.
Портрет, как я и прежде сказал, при избытке украшений кажется мне гордым[96]. Чем бы поблагодарить фотографа?
Еще икона в храм праведного Филарета[97]. О ней возвещает прилагаемое при сем письмо. Я говорил, что икону, дошедшую от бабушки, хорошо было бы сохранить для детей - отвечают, что уже решительно обрекли ее в сей храм. Она будет к Вам доставлена.
Письма к игумении Сергии [98]
Предисловие
Игумения Сергия, к которой адресованы были помещаемые здесь письма митрополита Московского Филарета, была второю игумениею Спасо-Бородинского монастыря, с 1862 по 1871 год.
Первою же настоятельницею и вместе с тем основательницею этой обители была игумения Мария, (в мире Маргарита Михайловна Тучкова, урожденная Нарышкина).
История первоначального основания Спасо-Бородинского монастыря весьма трогательна и поучительна.
Спасо-Бородинский монастырь основан поистине, можно сказать, на крови православных русских воинов. Он служит многознаменательным церковным памятником кровопролитнейшей битвы, - битвы, по выражению одного писателя, исполинов, происходившей 26 августа 1812 г. на Бородинском поле, в 9-ти верстах от уездного города, Московской губернии, Можайска. В этот день, на том самом месте, где стоит нынешний Спасский монастырь, погиб в сражении один из пяти братьев Тучковых, командир Ревельского полка, храбрый генерал-майор Александр Александрович Тучков, супруг Маргариты Михайловны. Пораженная вестью об этом тяжком горе, Маргарита Михайловна поспешила, по отступлении неприятелей из Москвы, на роковое поле битвы, чтобы там, между трупами убитых, отыскать дорогое для нее тело ее супруга: но ее поиски оказались тщетными. Ей удалось только узнать место той батареи, на которой Александр Алексеевич был смертельно поражен: и она тут же положила в своих мыслях построить на этой батарее храм во имя нерукотворенного образа Спасителя[99], с тем, чтобы при нем жили шесть инвалидов и чтобы в нем совершалось поминовение по убитом ее муже. Император Александр Павлович одобрил эту благочестивую мысль и на сооружение предполагаемого храма пожаловал 10.000 руб.: но мысль эта приведена была в исполнение не ранее 1818 года.
Апреля 30 дня этого года Московским архиепископом Августином дана была грамата на построение церкви, а в 1820 г. церковь была освящена во имя Нерукотворенного образа Спасова. При этой церкви благочестивая, преогорченная вдова поселилась с своим единственным сыном Николаем (род. 6 апр. 1811 г.) и свою жизнь посвятила молитвенной памяти мужа и воспитанию сына. Лишившись в 1826 г. и этого последнего сокровища своего[100], Маргарита Михайловна внесла 20.000 руб. ассигнациями в сохранную казну на имя Можайского Лужецкого монастыря с тем, чтобы за проценты с этого капитала иеромонахи помянутой обители ежедневно отправляли богослужение в построенной ею церкви. Между тем, около усадьбы Маргариты Михайловны начали строиться кельи добровольных отшельниц от мира, частью из дворянских фамилий, а частью из зажиточных купеческих семейств; к ним приютились бедные вдовы и девицы, готовые на честный труд с молитвою. Таким образом, к 1833 г. таких отшельниц и тружениц собралось до 53 душ. Тогда по просьбе Маргариты Михайловны и представлению Московского архипастыря, митрополита Филарета, святейшим синодом, с Высочайшего соизволения, разрешено из собравшихся сестер устроить общежительную пустынь, под начальством самой Маргариты Михайловны. Вслед за тем, 1 января 1838 г. по Высочайше утвержденному докладу Св. Синода, пустынь эта обращена во второклассный женский монастырь. В 1839 г.
была построена и освящена небольшая зимняя церковь во имя праведного Филарета. В 1840 г. 28 июня Маргарита Михайловна пострижена была, в Сергиевой лавре, самим митрополитом в монашество, с наречением имени: Марии, а 29 числа возведена в сан игумении, основанного ею монастыря[101].
К 1851 г. собралось в монастырь до 200 сестер, и существующие церкви оказались невместительными для такого числа подвизающихся в обители и приходящих богомольцев. Поэтому игумения Мария приступила к сооружению нового, в обширных размерах, каменного храма[102]; но ей не суждено было дождаться до окончания построения оного.
При постепенном умножении числа иночествующих в обители, умножались для игумении Марии труды, заботы и огорчения, а все это, при ее преклонных летах, неблагоприятно действовало на ее, и без того не крепкое, здоровье. Наконец от денно-нощных молитвенно-аскетических подвигов, она окончательно изнемогла и 29 апреля 1852 г., на 73 г. от рождения, скончалась, указав пред смертью на преемницу себе в лице вдовой княгини Волконской, жившей около пяти уже лет в ее монастыре.
Княгиня София Васильевна Волконская происходила из рода князей Урусовых. Отец ее Василий Алексеевич Урусов в чине генерал-майора занимал должность Обер-Кригс Коммисара и жил в Ярославле. Мать Анна Ивановна - дочь бригадира Семичева. После домашнего тщательного образования и воспитания. София Васильевна на 18 году от рождения[103] вступила в брак с отставным гусарским майором, князем Александром Андреевичем Волконским. В течении двадцатилетней супружеской жизни, потерявши четверых малолетних детей и наконец лишившись в 1847 г. мужа, она увидела в этих тяжких лишениях перст Божий, указующий ей на уединенную монашескую жизнь. Похоронив в Спасо-Бородинском монастыре своего мужа, она решилась навсегда остаться здесь. Игумения Мария с радушием приняла в свою обитель благочестивую и высокообразованную княгиню вдову. А эта последняя, чрез 40 дней по смерти мужа, облекшись в монастырское послушническое одеяние, со всею ревностью предалась исполнению возлагаемых на нее монастырских послушаний. Строгость жизни, при образованном уме, скоро обратила на нее особенное внимание как настоятельницы, так и сестер обители. Когда скончалась игумения Мария, княгиня София Васильевна призвана была, по избранию сестер, занять ее место и продолжать ее труды по сооружению начатого храма и по внутреннему благоустройству обители.