Страница 84 из 107
Учитель имеет потребные сведения, их нужно лучше приспособить к делу. Пусть дадутся способы учителю и учебные пособия для учеников; он не затруднится усвоить себе благонадежную методу преподавания, даже без помощи особых педагогических наставлений, посредством книг и собственного опыта и совещаний с людьми подобных занятий. Надежда сия основывается на опыте...
...С некоторого времени в области русского слова распространяется род безначалия, невнимания к принятым прежде правилам, неуважение к признанным прежде образцам - под видом народности и общепонятности, развивается направление не к народности чистой, благородной, правильной, но к простонародности смешанной, низкой, безправильной. Как одного из вредных последствий сего направления, если не удастся исправить оного, надлежит опасаться того, что язык под пером писателей, а затем и в устах народа быстро уклоняться будет от славянского церковного наречия, что прекрасный, сильный, проникнутый духом христианского учения церковный богослужебный язык сделается наконец вовсе непонятен присутствующим при Богослужении... Если государство по справедливости заботится о том, чтобы язык государства возмогал над языком разноплеменных подданных, менее ли заслуживает заботы то, чтобы язык Церкви не сделался наконец языком чужестранным чрез своенравное нимало не нужное от него удаление языка народного (Письмо к президенту Императорской Академии Наук графу С.С. Уварову).
В 1862 г. митрополит Филарет распорядился, чтобы в московских церквах за каждою службой употреблялась молитва, которая обыкновенно читается на праздничных литиях и где просят Господа, чтоб Он отвратил от нас гнев свой, праведно на нас движимый и прочее. Это, говорит А.Н. Муравьев, произвело, особенно в Петербурге, толки, будто митрополит предсказывает какую-то предстоящую нам беду. По этому поводу Филарет писал к упомянутому лицу:
"Не молитву, а известное молитвенное прошение, не по предписанию, а по примеру чаще обыкновенного стали употреблять в Москве, потому что умножились грехи наши и наипаче требуют покаянной и усиленной молитвы. Кажется, это ясно для благонамеренных; а если надобно объяснение, то скажу, между прочим, что литература цензурная и безцензурная широко распространяет мысли и учения противорелигиозные, противонравственные, противоправительственные, и многие сильно заражаются..."
"...Мы дожили до какого-то туманного времени, - говорил митрополит в другом письме. - Мгла покрывает умы. В одних видишь неожиданное, в других не видишь ожидаемого" (Письма митр. Филарета к А.Н. Муравьеву, стр.594-597).
Во время польского мятежа 1863 г., когда смута в умах поставила и у нас под тяжкий вопрос единство и нераздельность России, митрополит Филарет с глубоким одушевлением поддерживал стоявших на страже этой основы нашего народного и государственного существования. В эту трудную годину святитель благословил издателя "Московских ведомостей", который получил от него, кроме других выражений сочувствия, образ Архистратига Михаила (в день его 8 ноября 1864 г.) с собственноручною знаменательною надписью. Поддерживал он и Муравьева в его борьбе с мятежом в Северо-Западном крае.
"Было слышно и видно, - писал к нему владыка в мае 1863 г., при самом его назначении туда, - что многодеятельная служба вашего высокопревосходительства потребовала наконец облегчения, дабы часть должностного труда была заменена долею покоя. Но как царское слово вас вызвало на защиту и умиротворение отечества, вы забыли потребность облегчения и покоя: не колеблясь, приняли на себя бремя, требующее крепких сил и неутомимой деятельности, нашли новую силу в любви к царю и отечеству.
Верные сыны царя и отечества узнали о сем с радостью и надеждой. Ваше назначение есть уже поражение врагов отечества. Ваше имя - победа.
Господь сил да совершит вами дело правды и дело мира.
Да пошлет тезоименного вам небесного Архистратига; да идет он пред вами с мечом огненным и да покрывает вас щитом небесным.
С сими мыслями и желаниями препровождаю вам вместе с сим в благословение икону Св. Архистратига Михаила..."
"Приветствовав прежде в лице вашем подвижника царственной правды и народности русской, имею, - писал митрополит 21 сент. 1864 г., - долг еще приветствовать вас, как подвижника православия в стране, где оно некогда господствовало, потом долго и вновь недавно страдало и где вы поднимаете из земли его древнюю погребенную славу. Господь да продолжит сохранять вашу крепость, вашу деятельность и умножать плоды ее.
Древняя плащаница, вашею настоятельною ревностью открытая, из рук похитителей и поругателей, и возвращенная и назначаемая в московский Новодевичий монастырь, как место ее происхождения, и составленный о ней акт мною получены".
После покушения Каракозова на жизнь покойного Государя Императора Александра Николаевича по поводу призыва графа М.Н. Муравьева на борьбу с крамолой митрополит Филарет в июле 1866 г. писал к нему:
"К трудным подвигам, по невидимым мановениям Провидения Божия, призывает вас Верховная власть и притом так, что на призывающий глас Царя с сильным сочувствием откликается голос народа.
И теперь встревоженное страшною минутой отечество с участием заботы и надежды взирает на ваш подвиг, и ревностные сыны его молят Бога, чтобы вам дано достаточно крепости и средств обнаружить и упразднить корень зла, чтоб он не прозябал более.
С утешением узнал я, что среди трудного подвига служения Царю и отечеству вы в то же время совершаете добровольный подвиг служения Богу: созидаете храм Господень (в своем имении).
Приимите на престол сего храма Св. Евангелие, приносимое от моего усердия, с призыванием вашей душе, вашему житию и вашим деяниям благословения земного и небесного, от времени до вечности".
По случаю кончины графа М.Н. Муравьева московский митрополит писал к брату покойного А.Н. Муравьеву следующее:
"Со дня на день мысль моя обращается к вам, чтобы сказать слово участия о событии, печальном для всех любящих отечество, для вас еще по особенной причине. Но моя ветхость худо движется, и моя мысль, подвигшись, своею тяжестью безмолвно погружается в думу.
Посильно молимся о приснопамятном болярине Михаиле, да в благости своей Господь помянет его крепкий до смерти подвиг в верности царю и любви к отечеству и да наградит его покоем и венцом небесным.
Мы вписали его имя в диптихи церковные. Слово о кончине его у всех на устах и у всех с чувством утраты, почему много молитв о нем взыдет на небо.
Что думать о его внезапной кончине? Можно думать, что она не должна увеличивать чувство печали. Непосредственно от трудного подвига государственного он перешел к подвигу духовному. Устранясь от всего мирожительского, среди сельской простоты, он праздновал освящение храма, им созданного, возрадовался духовно; душа его возвысилась, и тогда речено ангелу его: добра сия минута, чтобы взять сию душу.
Его, сами себя, друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим".
Во время этнографической выставки в Москве, при посещении митрополита Филарета собравшимися представителями разных славянских племен, святитель сказал следующее:
"Имею неожиданное утешение приветствовать вожделенных гостей и братий, которых здесь вижу и которых сверх ожидания видит ныне Москва.
Благословен Бог и Господь наш Иисус Христос, посетивший и посещающий бедственно разделенное человечество и направляющий оное к единому спасению и спасительному единству.
Славяне и славяно-россы - род един. Но его начало затемнено временем. Движением дел человеческих разделены отрасли его. Это разделение неблагоприятно было единству языка его.
Бог воздвиг двух святых братий по плоти и по духу, которые сделались отцами нашими по духу, родив нас благовествованием Христовым, и наше естественное братство обновил и возвысил братством духовным. Нет сомнения, что любовь родственная усовершенствована и укреплена любовью христианскою. Единство духа и языка охранено тем, что язык славянский сделался языком веры и Церкви. Мы, россияне, наследовали сей дар Божий от старейших в христианстве братий наших и не престаем быть благодарными. Состраждем скорбям, сорадуемся надеждам братий наших, и сквозь разделение зрим к единству. И вот нечаянный случай из отдаленных стран подъемлет ревнителей славянского братства и соединяет их в средоточии русского единства, чтобы непосредственно из сердца в сердце излить братское чувство и, вопреки внешним разделениям, найтись в живом внутреннем единении.