Страница 3 из 9
Приступающий к написанию или изучению истории, первый прежде всего дает знать, а другой хочет знать, кто то лицо, о котором будет идти речь. Так и приступающему к уразумению Евангелия и обучению себя чрез него надобно наперед возыметь светлое понятие о Том, Чьи деяния и словеса изображены в Святом Евангелии. Святой Пророк, предзря явление Его, восклицал: род «же Его кто исповестъ? «(Ис. 53, 8). И народ, видевший Его, явившегося на земле, недоумевал, кто Он и откуда? Святое Евангелие решает недоумение, определительно сказывая, кто Он, откуда и как пришел? Евангелист Матфей, представляя родословие Его, дает разуметь, что Он есть потомок Давида и Авраама. Но святой Лука восходит далее по ряду святых патриархов и доходит до самого первозданного; не останавливаясь, однако ж, и на нем, он заходит за пределы тварей и возносится к Самому Богу, говоря, что Он — Божий (см.: Лк. 3, 38). Что значит это «Божий», объясняет святой Иоанн Богослов в своем выспреннем (высоком) богословии о Боге Слове. Божий Он не как прочие твари, но как Бог Слово, безначальное и единосущное, как Единородный Сын Божий, воплотившийся. И вот Кто Тот, о Ком благовествует Святое Евангелие! Бог во плоти, или в человеческом естестве, истинный Бог и истинный человек в одном Лице. Святой Матфей и Лука в своем родословии сказывают, как Он есть человек; а святой Иоанн учит, как Он есть Бог.
Но как те не останавливаются на одном человечестве, а восходят к Божеству Его, заключая родословие показанием, что Он — Божий, так и этот не Божество только созерцает, но нисходит до явления Его в мир воплощением, открывая, как предвечное Слово, сущее у Отца, «плоть бысть и вселися в ны» (Ин. 1, 14). Те свидетельствуют, что Он не человек только, но и Бог; а этот наводит, что Он не Бог только, но и человек: все Он — один и Тот же есть, и Бог и человек. Исповедание сего составляет сущность верования о Лице Иисус Христове, чтобы ни человечество не поглощалось Божеством, ни Божества не отрицать ради человечества, но то и другое созерцать соединенным в одном лишь — Спасителе нашем. Исповедание сие — камень, на коем создана Господом Церковь Его Святая, которая потому, не колеблясь, отвергала все, противное сей норме верования. Отвергла она и Ария, — умалявшего в Спасителе Божество, и докетов (секта), не знавших человечества, и Нестория, не уразумевшего дивного сочетания Божества и человечества в едином Лице Иисус Христове. «Таков подобаше нам» Спаситель и Восстановитель падших! Соединяя в Себе и Божество и человечество, Он, как Бог Сын, единосущный Отцу, едино есть с Ним и, как Сын Человеческий, единоестественный человекам, едино есть с ними, — Он один и Тот же. И стал Он, таким образом, посредником, воссоединяющим в Себе падшее человечество с Богом.
Все верующие, силою учрежденных Им таинств, становятся едино с Ним, а чрез Него и в Нем соединяются с Богом, в общении с Коим, живом и существенном, предназначено быть людям в самом творении. И осуществляется предопределенное сочетание во едино, или предопределенная целость всего сотворенного, расстроенная падением. Отпало. от Бога будто одно звено, но такое, на коем держалось все прочее. Пал один человек, но расстройство падением его введено во все творения, и вещественные и духовные, и целости стройной не стало. Святой Павел сказывает нам, как в Боге воплощенном снова возглавляется все, и земное и небесное, и вводится от века предуставленная гармония во все сущее (см.: Еф. 1, 10). Как мог бы Иисус Христос явить такое действие, если б Он не был Бог? Такова сила Его в целости всего сущего. В отношении собственно к нам, человекам, силу воссоединить падших нас с Богом, примирением нас с Ним, явил Он потому, что, как Бог беспредельный, беспредельно ценную принесши жертву Богу беспредельному, удовлетворил тем правде Его беспредельной и открыл, таким образом, чрез Себя всем доступ к Богу Отцу, в Коем истинная жизнь наша (см.: Еф. 2, 18). Мы или совсем перестали бы существовать вслед за падением, или если бы и существовали, то существовали бы, как омертвелые, не имея в себе истинной жизни.
Но с минуты первого в раю обетования Он стал ходатаем нашим, и мы продолжали и продолжаем жить в силу сего ходатайствовавшего посредничества, в силу того, что от Него исходит к нам жизнь Божественная, оживотворяющая нас.
«Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший нас всяким благословением духовным в небесных о Христе! «(ср.: Еф. 1, 3). «Да веруем же, яко Иисус есть Христос» Сын Божий и Бог; ибо, только веруя таким образом, удостоимся мы возымети истинный живот во имя Его (см.: Ин. 20, 31). Таково предвечное определение Божие, что только верующий в Сына Божия, как Бога, может иметь живот (см.: Ин. 6, 40). Над тем же, кто не верует в Него, как Бога и Искупителя, простертым пребывает гнев Божий, сила коего — погибель вечная. Укроемся же под эту сень исповедания Божества Иисус Христова; ибо иначе не мимо идет гнев Божий. Кто исповедует сие, тот есть Божий; а кто не исповедует, — тот антихристов (см.: 1 Ин. 4, 3). Ныне много лиц, исполненных духа антихристова; закроем же слух от их речей тлетворных. Они величаются мудростию; на деле же обнаруживают только свое юродство; ибо видя не видят и слыша не слышат: одебелело (огрубело) сердце людей сих. Мы же «во свете Лица Бога воплощенного пойдем, чтобы о имени Его и возрадоваться во веки».
Б) Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
Самое возвышенное помышление, до которого может доходить человеческий ум, есть помышление о Боге. Оно возвышает собою и самый ум, а с умом и всю душу, и, наконец, все естество человека. И таково оно не потому, чтобы ум мог что‑либо обнять в Боге, а по одному, так сказать, соприкосновению ума с Богом, по одному устремлению его в область Божества с отрешением от всего тварного. В Боге же все непостижимо — и естество Бо–жие, и Триипостасность, и свойства Божества, и Его действия. Первая здравая мысль ума о Боге есть сознание Его всесторонней непостижимости, при непоколебимом убеждении в Его бытии, всесовершенстве и все действии вообще в тварях и наипаче в человеке. Последнего он не может не исповедать, но как все это есть в Боге и в каких очертаниях, — постигнуть не силен. Постижение непостижимости во всем, даже исповедуемом о Боге, есть возвышеннейший акт ума, есть верное выражение его смиренного и благоговейного поклонения Богу.
Бог непостижим. Но так как без ведения о Боге нельзя быть человеку, который предназначен к богообщению, и притом так, чтоб восходил к этому сознательно и разумно; то Бог благоволил открыть ему о Себе, насколько он может понять, ибо и в открытом остается много непостижимого; открыто же только то, что и сколько он должен исповедовать для достижения своей последней цели. Благодарение Господу! Хоть и при этом все почти созерцается, как при слабом мерцании света, словно в тумане; но вся совокупность данного нам ведения такова, что достаточна руководить человека к его предназначению. Оно и в этом виде есть светило, сияющее в темном месте. Сущность всего откровенного нам о Боге и вещах Божественных излагает святой Иоанн Богослов в немногих стихах в начале своего Евангелия.
Он начинает с таинства Пресвятой Троицы, переходит к творению, указывает на первобытное состояние прародителей и их падение, на приготовление падших к принятию Избавителя и явление Предтечи. Далее изображает явление на земле Бога Слова в воплощении и то, как оно одними было не принято, а другими принято и какой плод имели и имеют принявшие Его, и заключает указанием на преимущество Откровения, данного Сыном Божиим над всеми предшествовавшими, или на завершение в Нем Божественных нам Откровений: ибо, после Сына Божия, кто еще совершеннейшее может преподать нам Откровение о Боге? Сущность всего этого Откровения и все содержание нашего исповедания можно выразить в следующих немногих словах: Бог, в Троице поклоняемый, спасает нас, падших, в Господе Иисусе Христе, воплотившемся Единородном Сыне Своем.
Бог истинный есть Бог, в Троице поклоняемый, и нет другого Бога, кроме Бога Триипостасного. Един есть истинный Бог, и Сей Бог есть Отец, Сын и Дух Святой. Все исповедание о Пресвятой Троице Святая Церковь изображает, словами святого Афанасия Великого, в следующих положениях: «вселенская вера состоит в том, чтобы нам чествовать Единого Бога в Троице и Троицу в Единице, не сливая ипостасей и не разделяя сущности.
Ибо иная ипостась Отца, иная ипостась Сына, иная — Духа Святого.
Но и Отца, и Сына, и Святого Духа Божество едино, слава равна и величие совечно. Каков Отец, Таков Сын, Таков и Дух Святой.