Страница 15 из 63
Разница – тридцать порядков, что для реальной жизни означает чистый ноль. Возникновение планеты, приспособленной под жизнь, есть абсолютно невероятное событие. Итак, чтобы добраться не до самого возникновения жизни, а только для подбора подходящих к этому условий, требуется специальное сотворение солнечной системы и планеты в ней, или, проще сказать, второе чудо, после самого возникновения Вселенной.
Если так, то мы, с чисто логической точки зрения, не обязаны принимать как факт теорию Большого взрыва и предпочитать ее теории специального сотворения всего мира. В конце концов, Большой Взрыв, родивший нашу солнечную систему, это, как минимум, два чуда, а специальное сотворение – только одно, общее. Вот и выбирайте, что физичнее и логичнее! Еще раз подчеркнем, что эти данные приводит активные сторонник Большого взрыва и даже (видимо, по неведению) сторонник биологической эволюции.
Здесь же, кстати, нужно отметить проблему поисков сигналов внеземных цивилизаций. Еще известный советский астрофизик И. Шкловский в 60-е годы оценил (без учета большинства факторов!) вероятность встретить планету, подходящую для жизни, как 10-5, на основании чего совершенно справедливо предлагал отказаться от поисков "братьев по разуму". Однако единомышленников он нашел мало.
Огромные деньги вышвыривались на заведомо обреченную затею. И это не случайно. Ведь ученые – тоже люди, которым не чуждо ничто человеческое. И если они сами шутят, что наука существует для того, чтобы выбивать из бюджета деньги на ее развитие, то в этом есть немалая доля правды. Потому даже безумную идею, тем более если она щекочет нервы неосведомленной публики, не нужно сразу отбрасывать.
И такая идея может долгое время кого-то подкармливать. ГАРМОНИЧНОЕ СТРОЕНИЕ СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ Знаменитый астроном Иоганн Кеплер, открывший законы движения планет солнечной системы по своим орбитам, всю жизнь занимался своей работой с целью найти особый эстетический или гармонический принцип, которому могли бы подчиняться данные наблюдений.
Это был глубоко верующий ученый, желавший до какой-то степени постичь общий замысел Творца, потому и открытию своих знаменитых законов, связывающих радиус орбиты и период обращения планеты, он придавал второстепенное значение, открыв их как бы попутно. Кеплер искал закономерности более высокого порядка. Современные историки физики, сами не будучи верующими, склонны иронизировать над глобальностью мысли этого ученого, над его "фантазиями".
Однако результат, найденный им за десятилетия трудов, говорит сам за себя. Во времена Кеплера было известно шесть первых планет солнечной системы (до Сатурна). В поисках единого геометрического принципа, который связал бы радиусы всех этих орбит, Кеплер обратил внимание, что, как доказывается в геометрии, существует лишь пять видов правильных многогранников (
то есть все грани которых являются равными правильными многоугольниками). Об этих многранниках упоминает школьный учебник геометрии. Кеплер представил орбиту планеты, как плоское сечение некой сферы (с учетом эллиптичности орбит, сфера получалось конечной толщины равной разности между афелием и перигелием, но в первом приближении это не столь важно).
Между этими сферами орбит разных планет Кеплер попытался " вставить" правильные многогранники, так чтобы каждый из них был описан вокруг одной сферы и вписан в следующую. Вот как сам Кеплер формулирует свое открытие: "Земля (то есть ее орбита. – с. Т.) есть мера всех орбит. Вокруг нее опишем додекаэдр. Описанная вокруг додекаэдра сфера есть сфера Марса. Вокруг сферы Марса опишем тетраэдр.
Описанная вокруг тетраэдра сфера есть сфера Юпитера. Вокруг сферы Юпитера опишем куб. Описанная вокруг куба сфера есть сфера Сатурна. В сферу Земли вложим икосаэдр. Вписанная в него сфера есть сфера Венеры. В сферу Венеры вложим октаэдр. Вписанная в него сфера есть сфера Меркурия". Данные наблюдений действительно подтверждают эту схему (
которую, повторим, сам Кеплер ценил много больше, чем свои три закона), за исключением орбиты Меркурия. Сфера Меркурия вписывается не в сам октаэдр, а в квадрат, служащий основанием октаэдра. Это малое несовпадение не давало Кеплеру покоя и целые десятилетия ушли у него на поиск другого более общего принципа построения солнечной системы.
В итоге ученый пришел к выводу, что геометрический принцип лишь приблизительно, или "начерно", расставляет планеты по своим орбитам, более же точно их расстановка обусловлена гармоническим принципом. Соотношения между скоростями планет в перигелии и в афелии оказались тождественными с музыкальными гармоническими интервалами. Кеплер определил соотношение частот, соответствующих принятым в музыке гармоническим интервалам (нотной гамме)
; например, "до" первой октавы отличается от "до" второй ровно вдвое. Этот интервал частот и именуется октавою. Аналогично, и прочие музыкальные интервалы между нотами имеют численное соотношение по частоте звука: увеличенная секста – 3:5, малая секста 5:8, чистая квинта 2:3, чистая кварта 3:4, большая терция – 4:5, малая терция – 5:6.
Аналогичными оказались и соотношения экстремальных скоростей для планет солнечной системы ("попутно" Кеплер открыл свой знаменитый третий закон, связывающий период обращения с радиусом орбиты). Например, для Марса это соотношение дает квинту 2:3, для Юпитера – малую терцию, 5:6, для Сатурна – большую терцию 4:5. Кеплер нашел такие же гармонии для различных пар планет, сопоставив их экстремальные скорости.
Так он получил нечто аналогичное многоголосому пению, где каждой планете принадлежит "своя партия". Исходя из гармонических соотношений между экстремальными угловыми скоростями, и открытых им законов Кеплер получил и прочие параметры орбит, очень близкие к данным наблюдений. Сам ученый подытожил свою работу так: "Таким образом, небесные движения суть не что иное, как ни на миг не прекращающаяся многоголосая музыка, воспринимаемая не слухом, а разумом".
Найденные Кеплером гармонии в соотношении скоростей планет впоследствии были положены в основу симфонии Хиндемита, которая так и называется "Гармония мира". Фирма "Мелодия" выпустила в свое время грамзапись этой симфонии. О подобной музыкальной гармонии небесных светил люди догадывались, впрочем, еще в древности. Так, например, святитель Василий Великий в Шестодневе упоминает об этом так: "И это ни мало не страннее тех седми кругов, по которым, как все почти согласно признают вращаются семь звезд (планеты и Солнце? – с. Т.)
, и которые, как говорят, приноровлены друг к другу, на подобие кадей, одна в другую вложенных (Кеплеровы многогранники? – с. Т.), и движась противоположно вселенной, по причине рассекаемого ими эфира, издают какой-то благозвучный гармонический голос, который превосходит всякую приятность сладкопения" (Шестоднев, беседа 3). Кеплер впервые услышал этот голос не слухом, но разумом!
В самом деле, откуда такое удивительное "музыкальное" строение солнечной системы? Каким случайным образом могли встать на свои места кусочки взорвавшихся сверхновых, которые мы теперь именуем планетами, и, глядя на параметры орбит которых, можно, как по нотам, играть симфонию? И при этом еще оказывается, что планеты-гиганты необходимы для поддержания жизни на нашей Земле.
Как его "ничтожное слепейшество Случай" мог создать такие вещи? СВИДЕТЕЛЬСТВА МОЛОДОГО ВОЗРАСТА БЛИЖНЕГО КОСМОСА Мы видим здесь, не прибегая заранее к авторитету Библии, а пользуясь только проверяемыми данными науки, что предположение о специальном, и даже, вероятно, независимом, сотворении Земли очень правдоподобно. Вспомним из нашего Введения, что от Священного Писания не нужно ждать ни празднословия, ни особой заумности.
Оно должно сообщать нам такую истину, которую или невозможно, или очень сложно впрямую проверить научным знанием. Но если библейское повествование истинно, значит, по крайней мере, нашей земле, и ближнему космосу должно быть совсем немного лет – всего лишь несколько тысяч (если, так скажем, "брать проекцию" на ось нашего земного одномерного времени).
Оказывается, существуют и в нашей солнечной системе свидетельства ее молодого возраста. Рассмотрим некоторые из них. 1. Кометы. Кометы – довольно малые астрономические тела, вращающиеся вокруг солнца по сильно вытянутым "сосискообразным" эллиптическим орбитам. Проходя вблизи солнца, комета, состоящая в основном из смеси замерзших газов и паров – метана, аммиака, углекислоты и др.
, теряет всякий раз часть своей массы, которая образует характерный светящийся "хвост". Кометы с малым периодом обращения, теряя свою массу такими же темпами, как сейчас, полностью испарились бы за примерно 10 тысяч лет, а для комет большого периода эта цифра составляет не более миллиона лет. Число комет солнечной системы измеряется уже сотнями.