Страница 17 из 39
(341) Здесь имеется в виду монастырское послушание - порученное монаху дело, которое может ему по какой-то причине и не нравиться. Но если он отвергнет свою волю и будет без ропота исполнять послушание, то оно принесет ему больше пользы, чем даже пост и молитва. 92. Где нет послушания, - Бога нет и Ангела хранителя нет; а где послушание, - тут Бог, тут Ангел. (418) Сказано, может быть, сурово, но точно. Когда человек устанавливается в том, чтобы творить свою волю, то от него отступает даже Ангел хранитель. "Духовное преуспеяние надо искать в отсечении своей воли", - писал святитель Игнатий Брянчанинов. Это корень православного подвижничества. Без отказа от своеволия духовное возрастание невозможно. Путь ли это монашеский, где инок отсекает свою волю перед настоятелем и братией, путь ли это послушания духоносному старцу, путь ли это мирянина, рядом с которым нет наставников, - в любом случае путь к спасению лежит через отречение от своей воли. "Это дело умерщвляет страсти и изводит, как из ада, из плотского мудрования", - пишет святитель Игнатий. Отказ от своеволия позволяет свободно проявляться в нас воле Божественной, а весь смысл подвижничества в том и заключается, чтобы согласовать нашу волю с волей Божьей. 93. Настоятельницу надобно почитать.
Которые почитают ее, тех сердца касается благодать Божия; а которые пренебрегают этой обязанностью, от тех благодать Божия отступает, и враг берет таковых во власть свою. Пренебрежение - значит гордость, а гордым Бог противится. (70) О почитании говорится не в том смысле, что настоятель, или начальник, или родители обязательно святы. Не сказано: "Почитайте святых родителей", сказано: "Чти отца твоего и матерь твою". Это относится ко всякому земному начальству, так как всякое отцовство и всякое начальство - это образ Божьего отцовства и Божьего начальства. Послушание угодно, дорого Богу, вводит в общение с Богом, а ропотливость вредна. С ропотливостью, своеволием, гордостью мы обязаны бороться, а начальство почитать. Вот если начальник побуждает нас к греху, к нарушению заповедей, то мы, конечно, не должны подчиняться. Но в жизни очень редко такое случается. Обычно просто бывает что-то не по нашему, что-то нам не нравится, и мы внутренне восстаем против своих духовных отцов, родителей, начальников, и в этом проявляется наша гордость. И не нужно оправдывать себя пользой дела или чем-либо еще. Все, кто пробовали по своеволию восставать на начальство, на себе испытали, что "враг берет таковых во власть свою". Лучше не рисковать и не пробовать. Это все равно что пробовать лечь под автомобиль. Конечно, он может затормозить. Тогда испытаем на опыте, что чуть было не погибли.
А может и не затормозить и раздавит нас. Так что разумнее исполнять заповедь Божью "Чти отца твоего и матерь твою". Благодать Бог дает по своей милости, а теряем мы ее за свои грехи. Захочет ли Бог еще раз когда-нибудь дать благодать, это нам неизвестно, поэтому лучше хранить ее в послушании. 94. Вот мой совет: начальница что скажет, тотчас повиноваться, как Божию велению. Какое бы послушание ни было, все Господу Богу. (420) Когда начальник (любой начальник, а не только тот, который нам нравится) дает нам какое-то поручение, не следует рассуждать, насколько мудр этот начальник, ошибается он или нет. Надо, не сомневаясь, исполнять данное поручение, если, конечно, речь не идет о нарушении заповедей Божьих. Если даже начальник ошибается - мы не ошибаемся, подчиняясь ему. Очень важно отсекать перед Богом свою волю и не доверять своим помыслам. Мы должны служить Богу и быть внутренне свободными, иметь свободу в Боге, какое бы положение в мире ни занимали. Мирское положение может быть высоким, но если человек при этом связан своими страстями, он никогда не будет свободен. И наоборот, при самом низком положении (находясь в концлагере, сидя в одиночке и т.п.) человек может оставаться внутренне свободным, если не расстается с Богом. Мы связаны по рукам и ногам своими страстями. Лишают свободы нас они, а не внешние обстоятельства. 95.
Ежели я не послушаю настоятельницу, не послушаю Христа, Сына Божия. (425) Через начальствующих возвещается воля Божья. А слушаться легче тому, кто более свободен от страстей. Когда душа охвачена желаниями, которые нам кажутся хорошими, мы не в состоянии слушаться ни Бога, ни людей - желания раздирают нас. Постепенно освобождаясь от страстей, человек получает внутреннюю свободу, ему становится легче слушать и Бога, и людей. Не следует путать послушание с уступчивостью. К послушанию как раз оказываются более способными натуры сильные, волевые. Слабохарактерный человек непослушлив, потому что послушание требует преодоления внутренних и внешних препятствий, а для этого нужны сильная воля, упорство, настойчивость. 96. Не с досадою, не с насупленным лицом надобно принимать послушание, а с любовью, как от самого Бога, с радостью, в молчании. (420) Какое бы мы положение ни занимали, по сути мы остаемся рабами, если просто подчиняемся силе и делаем то, к чему душа наша не лежит. Если бы мы искали волю Божью и, нравится нам или нет, поступали бы по ней, у нас на душе всегда был бы мир. А часто получается, что мы делаем что-то не желая того, а только из-за страха или в угоду кому-то. Бывает и так: человек делает вроде бы хорошее дело, но не ради Бога, а по тщеславию, корысти или по другой страсти.
Каждый может заметить, что очень часто, когда начальник на работе, священник в церкви, родители детям дают наставления, то внутри поднимается некое чувство сопротивления, протеста. Это особое раздражение против старших есть чувство сатанинское. Дьявол старается настроить младших против старших, чтобы всех лишить всякого назидания и руководства, всех сбить с пути, запутать и погубить. 97. Самые низкие послушания, да с памятью Божиею, выше высоких, совершаемых с рассеянными мыслями. (422) Очевидно, что основа стремления к высоким послушаниям - гордость и, конечно, ее ближайшие подруги: тщеславие, сребролюбие, сластолюбие. Если бы мы руководствовались не гордыней, а желанием исполнить волю Бога, то мы смиренно, со страхом Божьим принимались бы за важные, значительные дела, которые нам доверены, и на низкие послушания шли бы с любовью и благодарностью. На низких послушаниях легче спасаться. Именно поэтому святые отцы всегда старались избегать высоких послушаний, но искали самых низких. У нас же все наоборот. Но если это так, если наше умонастроение противоположно тому, которое владело святыми, значит, нам нужна неотложная помощь - покаяние, покаяние и покаяние. 98. Какое бы послушание ни было, да если с памятью Божией, - благоприятная жертва Господу Богу. (421) Обычный соблазн - оценивать послушания как высокие и низкие, приятные и неприятные.
Но важно не содержание послушания, а отношение к нему. Можно быть архиереем, можно быть президентом, но если при этом жить рассеянно, в угоду своим страстям, то перед Богом ты совершенное ничто. А можно чистить навоз в коровнике, но иметь при этом память о Боге, и этот труд окажется жертвой, угодной Богу. Очень полезно мысленно переноситься, со всеми внешними и внутренними обстоятельствами нашей жизни, на Страшный суд. Тут сразу все стает на свои места. С одной стороны, мы видим, что почти все наши обычные радости, за которые мы готовы от души благодарить Бога (если вообще о Нем помним), не полезны для нас. Ведь от чего мы обыкновенно счастливы? От телесных утех, мирских успехов, материальных приобретений - от того, что к вечной жизни отношения не имеет. С другой стороны, становится понятно, что все неприятности и несправедливости, оскорбления, унижения, болезни и неудачи, все то, на что мы постоянно роптали, было послано нам во спасение. Если бы мы с благодушием переносили эти тяготы, если бы терпели их, благодаря Бога, то через это приготовились бы к вечной жизни. Вот почему память о Боге, память смертная - великий дар Божий. Но Господь дары свои не навязывает насильно тем, кто отвергает их, тем, кто их не жаждет. Потрудимся умом, потрудимся духом, побуждая себя к памяти смертной, постараемся возжелать своего спасения. А алчущим правды Господь не отказывает. 99.