Страница 34 из 125
Ексапостиларий в общее мажорное звучание включает минор, который смысловым акцентом удивительно подчеркивает неизбежно бодрое уверение: "Пасха нетления, мира Спасение". Стихиры Пасхи с громогласным "Да воскреснет Бог…" отгоняют дремоту, которая несколько туманит сознание. В храме душновато. Скоро будут читать "Огласительное слово" святителя Иоанна Златоуста. Если вспомнить, что его слова шли к нам шестнадцать веков, то раздвигается мир и понятие, всех единящее,— Церковь! Для себя отмечаю: "никтоже да плачет прегрешений...", и еще мне очень нравится: "вси насладитеся пира веры". Вроде бы — где этот пир и кто нас звал на него? Но пир веры — не пир разговенья. Пример тому — рассказ о древнем старце, пришедшем с послушником в обитель на празднование Пасхи. После службы пустынник направился в свое уединение, благословив послушнику братское утешение на трапезе. Послушник напомнил, что в их келии ничего нет, только сухари, а ведь Пасха. На это авва сказал: "Поверь мне, чадо, что они ничего не отнимут у меня", то есть отсутствие разговенья для него ничего не значит. Пропели "Славу", тропарь Златоусту и веселые пасхальные часы. В алтаре все переоблачились и начали первую пасхальную литургию.
Кажется, что вся она состоит из бесконечного повторения: "Христос воскресе…", но нет, все по чину: и стихи, и антифоны, только вместо Трисвятого — "Елицы во Христа...." Прокимен 8-го гласа "Сей день..." звучит у ребят так, будто нет у храма стен и сводов, будто мир должен услышать и возрадоваться. Прочитали Апостол, вышли читать Евангелие. Раньше читали на нескольких языках. Не все понятно, но интересно. Напоминало о том, что всему миру (на всех языках, разумеется) проповедуется весть о Воскресении Христовом. Сейчас стали читать фрагменты первой главы Евангелия от Иоанна только на греческом, славянском и русском. Медленно и спокойно в притихшем храме звучит Херувимская. Совсем скоро все пропоют Символ веры, "Тебе поем.…" и вместо "Достойно… " — "Ангел вопияше…". "Отче наш" — и в алтаре причащаются. Народу вышли читать патриаршее послание. "Со страхом Божиим…" — и всем исповедавшимся дозволено причаститься. Слава Богу, что здесь не препятствуют сознавать причащение центром, смыслом и главной ценностью богослужения. Слава Богу, что большинство молящихся при сознании своего недостоинства видят в Таинстве Евхаристии Источник Жизни. Причастников много, причащают из трех Чаш под пение "Христос воскресе…". Окончив, владыка Филарет [36] на солее окропляет артос, говорит краткое слово приветствия, благословляет всех крестом.
Священники дают крест, хор поет стихиры Пасхи, народ движется к выходу. Не хочется ни разговенья, ни разговоров. Прилечь бы... и побыть в тишине, помолчать. Не получается ни того, ни другого. Слава Богу за то, что главное было — мы встретили Пасху в Лавре. "Слава долготерпению Твоему, Господи!" Это великопостное обращение, но Пасха и Великий пост, по существу нераздельны. И жизнь — тоже пост с искорками пасхальной радости или хотя бы предощущением ее. И за все — слава Богу! В 1994 году (с 30.11.1988) наместником Лавры был архимандрит Феогност (Гузиков). См. примеч. № 57. ^ "Разрешение на вся" — разрешение вкушать скоромную пищу. ^ Кассия, инокиня (IX век), греческая монахиня, составительница церковных песнопений, вошедших в богослужебный обиход Восточной Церкви. ^ Утреня Великой Субботы. Ирмос 6-й песни канона. ^ Там же. Песнь 6, тропарь 3. ^ См.: Киприан, иеромонах. "Не рыдай Мене, Мати" (Пятница) // Взгляните на лилии полевые. Курс лекций по литургическому богословию. Макариев-Решемский монастырь, 1999. (Свет православия; Вып. 46). С. 145–162. Киприан (Керн; 1899–1960), архимандрит, доктор церковных наук, профессор Православного Богословского института в Париже. Окончил юридический и богословский факультеты Белградского университета. Принял монашество и иерейский сан в 1927. Преподавал в Битольской Семинарии (Сербия). Начальник Русской миссии в Иерусалиме (1928–1930).
Затем преподавал в Парижской Свято-Сергиевской ДА патрологию, литургику, пастырское богословие, греческий язык. Инициатор "Литургических съездов" — международных конференций по проблемам литургики при Богословском институте. С 1940 настоятель православного храма в Кламаре близ Парижа. Инспектор Свято-Сергиевского богословского института (1944–1947). Скончался в Париже. Автор многих статей, книг, научных трудов, среди которых: "Крины молитвенные", "Отец Антонин Капустин", "Ангелы, иночество, человечество", "Евхаристия", "Антропология святого Григория Паламы", "Православное пастырское служение", "Les traductions russes des textes patristiques", "Из неизданных писем К. Леонтьева", "Памяти архимандрита Антонина Капустина", "Золотой век святоотеческой письменности", "Патрология: Лекции. Ч. 1", "Литургика: Гимнография и эортология". ^ Иез. 37, 1–14.— Ред. ^ 1 Кор. 5, 6–8.— Ред. ^ См.: Евр. 12, 4.— Ред. ^ Шмеман А., протоиерей. Введение в литургическое богословие. М., 1996. 247 с. ^ Мф. 27, 62–66.— Ред. ^ Быт. 1, 1–13.— Ред. ^ Ис. 60, 1–16.— Ред. ^ Пасхальный канон. Песнь 8, тропарь 2. ^ Исх. 12, 1–11.— Ред. ^ Иона 1, 1–16; 2, 1–3, 4–11; 3, 1–10; 4, 1–11.— Ред. ^ Нав. 5, 1–15.— Ред. ^ Исх. 13, 20–22; 14,1–32; 15, 1–19.— Ред. ^ Соф. 3, 8–15.— Ред. ^ 3 Цар. 17, 8–23.— Ред. ^ См.: Лк. 7, 12–15; Мк. 5, 22–42.— Ред. ^ Ис. 61, 10–11; 62, 1–5.— Ред. ^ Быт. 22, 1–18.— Ред. ^ Рим. 4, 17.— Ред.
^ Евр. 11, 19.— Ред. ^ Ис. 61, 1–9.— Ред. ^ Лк. 4, 18, 19.— Ред. ^ 4 Цар. 4, 8–37.— Ред. ^ Ис. 63, 11–19; 64, 1–5.— Ред. ^ Иер. 31, 31–34.— Ред. ^ Дан. 3, 1–88.— Ред. ^ Глеб (Кожевников; р. в 1961), игумен. Окончил МДС и Академию и одновременно регентский класс при МДА. С 1986 по 1989 исполнял обязанности экскурсовода Церковно-Археологического кабинета. В 1987 принял монашеский постриг. В 1988 рукоположен в сан иеродиакона и вскоре — в сан иеромонаха. В 1990 утвержден в должности преподавателя МДАиС и назначен заведующим Регентской школы при МДА. В 1991 освобожден от работы в Духовных школах в связи с переходом в число братии Троице-Сергиевой Лавры и назначен канонархом и регентом знаменного хора (Троицкий собор). В 1994 зачислен в корпорацию Московских Духовных школ. В 1998–2000 — заместитель ректора по административно-хозяйственной работе, преподаватель церковного пения в МДС. ^ Рим. 6, 3–11.— Ред. ^ Мф. 28, 1–20.— Ред. ^ Тютчев Ф. Проблеск (1825) // Сочинения: В 2 т. М., 1980. Т. 1. С. 47. ^ Ректор МДА (1990–1995) епископ Филарет (Карагодин). См. примеч. № 56. ^
На колокольне
Однажды кто-то сказал, что, если повезет (кто-нибудь из знакомых поможет), могут пустить на колокольню. Никогда прежде мне не приходилось подниматься на колокольню, а тут вдруг без особых усилий пустили группку желающих на исходе Пасхальной недели — в пятницу — на колокольню в Лавре. Первый ярус высокий, но нас ведет вверх широкая лестница с деревянными перилами. Выходим на довольно вместительную площадку. Решетки с вензелями на фоне яркого голубого неба понижаются, когда мы приближаемся к ограждению. Смотрим вниз — там все заметно уменьшилось. Смотрим прямо перед собой — Успенский собор, чертоги, храм преподобных Зосимы и Савватия, Троицкий собор и Духовская церковь будто приблизились. Смотрим вверх — там высокое-высокое небо, с которого льется звон. Поднимаемся дальше. Лестница узкая, винтовая. Все ступеньки скошены, идти можно только по одному. Вместо перил — углубления в белом камне, которые помогают держаться. Мы будто ввинчиваемся в ту часть колокольни, которая гудит каждым своим кирпичиком. Звон ощущают и руки, касающиеся стен лестницы, и ноги, возносящие ввысь по ступенькам, и, естественно, уши. Говорили нам, что под колоколами уже ничего не слышно, что звон оглушает, что потом надо долго приходить в себя. Колокольня высока и надежна, однако кажется, что все вибрирует. Звук будто втягивает на площадку, где царствует звон. Мы выходим на свет Божий.
Эта площадка значительно меньше первой. Высокие пролеты арки огорожены балясником, с южной стороны лестница, ведущая к хитрой системе веревок, перекинутых через колеса, доски, бесконечные рычажки. Все это движется, звенит, поет. В центре самый большой колокол. Язык его очень серьезно раскачивает покрасневший от усердия отец Глеб. Жмутся к краям площадки лаврские монахи, преимущественно молодые, семинаристы, чьи-то знакомые, сотрудники. Никто никого не ограничивает, ничего не говорит — слушай, смотри вокруг сколько душе угодно. Смотришь на эти молодые лица: одни с горящими глазами смотрят вдаль, другие широко улыбаются всем без разбора, радуясь откровенно, по-детски, кто-то углубленно созерцает что-то... На маленькой деревянной лестничке и помосте, позволяющем ступать очень аккуратно и управлять всеми "партиями" мелких подголосков, командует лаврская братия, и потому сохраняется общий порядок. Желающим разрешается только раскачивать язык большого колокола. Он гудит не только здесь, но и распространяет своеобразное облако звуков вокруг. Кажется, что, входя в него, теряешь вес, отрываешься от земли, забываешь о власти мелочных забот и глупых переживаний. Колокола преображают все вокруг. Подходим к пролету. Расстояние скрадывается. Огромные купола Успенского собора совсем рядом. Кажется, стоит протянуть руки — и сможешь коснуться их. Стоящие на земле — не больше муравья.