Страница 9 из 35
Не ищи только никто ни большого жалованья, ни больших доходов, а заботься больше и прежде всего о точном и строгом исполнении дела своего, обязанностей своих, — вот и польза от твоей жизни. И, поверьте, всем тогда будет около нас и приятно, и радостно. И сами Бога возблагодарим, и другие за нас будут Бога прославлять. А умрем — все пожалеют нас, поплачут и помолятся за душу нашу.
Ничего не значит, что мы были малозаметные люди: не великие, но полезные. Не даждь нам, Господи, духа праздности Один крестьянин рассказывал своему священнику: «Совершил я, батюшка, великое преступление, о котором не знали земные власти, но наказал и вразумил меня Царь Небесный. Это было уже давно. Жил я с женою бедно: не было у нас ни хлеба, ни скотинки — беднее нас не было во всей деревне.
Тяжко приходилось нам в нужде, а работать мы были ленивы. Когда взяли билет (документ, удостоверение личности. — Прим. Ред.), мы не отправились на заработки, а пошли по городам и селам и стали просить на погорелое, рассказывали не знавшим нас, что будто бы у нас случился пожар, сгорел дом, сгорел хлеб и скотина. На самом же деле у нас этого не было.
Добрые люди, веря нашему мнимому горю, помогали нам, и таким образом мы исправили свою избушку, завели скотину и зажили богато. Прошло шесть лет. Мы и не думали каяться, забыли, что нажили нечестным трудом; но Господь Бог не забыл нас. Он в одну ночь истребил все: загорелась изба и сгорела вся, а с нею сгорел и хлеб, и скотина». Вот что значит прогневлять Бога и наживаться обманом.
Не даждь же нам, Господи, духа праздности! Дай нам силу и любовь к труду! Каждому времени — свое дело В жизни человеческой есть весна — это юность, есть лето — это мужество, есть и осень — это старость. И тебе, добрый христианин, может быть, придется дожить до старости — до своей мрачной осени. Повянет твоя молодость, поблекнет красота твоя; силы и здоровье оставят тебя: заноют кости, задрожат члены.
Голова твоя убелится сединами; лицо твое пожелтеет и покроется морщинами, руки твои ослабеют, ноги твои подогнутся и весь стан твой, теперь бодрый и прямой, наклонится к земле, от которой взят ты и куда пойдешь; не в службу тогда, а в тягость будешь ближнему. Спеши же, друг мой, пока есть силы и здоровье, спеши потрудиться на спасение души своей.
Придет твоя осень — болезненная старость, упустишь лето свежее, не воротишь ясных дней, и опоздаешь ты со своими добрыми делами. И рад бы ты был посетить тогда обитель святую, да болезни остановят тебя; и рад бы ты сходить тогда в церковь Божию — постоять на молитве, да ноги не послужат тебе; и хотел бы ты пособить брату твоему, да не станет у тебя сил разогнуть рук своих...
Спеши творить добрые дела, пока силы есть! Не откладывай до старости! Чего в юности не собрал, то найдешь ли в старости? Не отложил же ты до осени летних работ, не провел ты лета в праздности, а то насиделся бы голодным. Не откладывай же до старости и того добра, которое ты можешь и должен делать, а то голод и жажда застигнут душу твою. Не откладывай служить Господу, не откладывай помогать ближнему. Трудись, пока силы есть.
Готовься, чтобы спокойно встретить зиму свою — неизбежную смерть — и радостно, без трепета покрыться белым саваном. Аминь Без труда нельзя войти в Царствие Божие Несомненно, все мы желаем войти в Царствие Божие, но далеко не все подвизаемся для достижения его. Многие говорят: «Господь милостив, Господь всех простит, всем даст блаженство!
» Говоря так, пребывают в лености, ничего не делают для своего спасения. Такие люди ошибаются. Правда, что Господь милостив, но ведь несомненная истина и то, что Царствие Небесное силою берется и только употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11: 12). Пусть ленивые знают, что без труда блаженства не получат; а получат оное лишь те, которые постоянно для своего спасения трудятся, мужаются, борются, не поддаются соблазнам и искушениям мира и по заповедям Господним поступают.
Святитель Василий Великий говорит: «Войти в Царствие Небесное мы желаем, а о том, что нужно трудиться для достижения его, не думаем. Заповеди Господни не исполняем, с грехами не боремся и лишь о суете одной помышляем. Скажите: тот, кто во время сеяния сидел дома или спал, может ли во время жатвы получить какой-нибудь плод с поля? Или может ли для себя собирать виноград тот, который не насадил виноградника?
Итак, плоды принадлежат тем, которые трудились; честь и венцы тем, которые победили. Никто не венчает ратоборца, который не победил противника или не пострадал. Поэтому не должно оставлять и что-нибудь от заповедей Божиих, но исполнять каждую из них, как и повелено». «Ступайте назад и подвизайтесь...» Однажды иноку Афанасию пришла мысль: что ожидает в будущей жизни трудящихся здесь ради своего спасения?
С этою мыслию он почувствовал себя как бы в восторге, и некто пришел к нему и сказал: «Ступай за мною», — привел его в какое-то чудное, исполненное света, место и поставил при столь чудных дверях, что красоты их передать невозможно. И слышал Афанасий, что множество людей находятся за дверями и непрестанно славят Бога. Когда же он и явившийся ему стали стучать в двери с целью войти в оные, изнутри некто спросил их: «Чего хотите вы?
» Путеводитель отвечал: «Мы хотим пройти чрез двери». Голос же изнутри сказал им: «Никто, пребывающий в лености не входит сюда; но если хотите взойти, ступайте назад и подвизайтесь, нисколько не помышляя о благах суетного мира» (из Пролога). Похвала труду Труд не только источник всех богатств, но и основа хороших чувств и хорошего настроения. «Ты чего стал?
» «Бывает, что когда люди, собравшись на какое-либо дело, работают и трудятся, и один из них, разленившись, стоит, тогда другой ему говорит: «Ты чего стал» Так начавшему, но ослабевающему в подвиге благочестия можно в поощрение сказать: «Христиане в деле своем трудятся, с усердием каются, воздыхают о грехах своих, — ты чего стал? Прочие подвизаются против греха, диавола, мира и страстей, — ты чего стал?
Прочие со тщанием молятся, просят и толкут в двери милосердия Божия, — ты чего стал? Прочие, отрекшись себя и взяв крест свой, идут за Христом и последуют Ему терпением, любовию, кротостию и смирением и идут за ним в вечную жизнь, где поют непрестанно и сладко: аллилуиа, где сладкое и блаженное содружество со Ангелами... Ты чего стал? Для чего туда же, в покойное, мирное и сладко место, не спешишь?» (святитель Тихон Задонский).
*** В каком месте ни пребываем, не будем нерадивы о своем спасении. Ибо в законе Моисеевом написано: если продастся тебе брат твой, Еврей или Евреянка, то шесть лет он должен быть рабом тебе, а в седьмой год отпусти его от себя на свободу. Если же он скажет: «не пойду от тебя, потому что я люблю тебя и дом твой», потому что хорошо ему у тебя, то возьми шило и проколи ухо его и будет он рабом твоим навек (Втор. 15: 12, 16-17).
Монах, отрекся ты от мира, отпущен на свободу, освободил тебя Христос; после этого не люби рабства суетному миру, да не будут последняя твоя горша первых (см. Мф. 12: 45). Напротив того, поработаем освободившему нас Христу; Ему слава во веки веков! Аминь.
Грозный суд Божий над тунеядцами «В одной деревне был крестьянин ленивый. Оставшееся от отца имущество он прожил скоро. Когда же не стало имущества и не было на что жить, он, вместо того чтобы трудиться, отправился в город с женой. Здесь, завязав глаза тряпкой, он водим был женой по рынку да по богатым домам, прося помочь темному и слепому. Добрые люди помогали им. Так не один год обманывали они людей.
Но Господь поругаем не бывает: Он действительно наказал тунеядца слепотою» (Странник, 1864). Черный труд Черный, тяжелый труд! Как от тебя все сторонятся и бегут, кому представится это возможным! Почему же так? Несомненно потому, что черный труд чернит тело, о котором так хлопочет легкомысленное человечество, делает грубыми руки, ноги, обветренным и загорелым лицо, пропитанною пылью и грязью одежду... Но чернит ли он душу? Нет.
Пыль и грязь земли, сухость ветра и солнечный зной не касаются души человека. Напротив, тяжелый, черный труд на пользу душе, ибо она жаждет небесных чертогов, а они «нудятся и нуждницы восхищают их». И Христос обещал Свой неизреченный покой лишь «труждающимся и обремененным». Вот почему и все святые подвижники не чуждались черных трудов и даже слишком черных...
Они, признавая их за добровольно терпимые терния спасительного пути, радуясь, переносили их уколы и раны. Если кому-либо из нас предстоит выполнить черный, тяжелый труд и он этим обременяется, вспоминая свое благородное происхождение или ссылаясь на отсутствие необходимости для него труда сего, пусть вспомнит благородного Иоанна Дамаскина, очистившего нечистоты целой лавры.