В.В. Розанов

Антрепренерши иногда увозят и неопытных молодых девушек под видом своих родственниц. Рассказывают, что в турецких гаремах есть смоленская гимназистка, сбежавшая от бездны школьной премудрости, есть покинутые мужьями жены, супругам которых в возмещение понесенной потери дарили кровных арабских жеребцов, а одна француженка гувернантка, по поводу тайного увоза которой в гарем возникла дипломатическая переписка, откровенно и решительно заявила, что она просит "не освобождать" ее. Торговля живым товаром ведется на золото, и даже на очень крупное золото; антрепренерши и их агенты зарабатывают хорошие куши, а жертвы их, нередко исстрадавшиеся дома в нужде и голоде, увидев в руках первые деньги, не проявляют иногда особого желания вернуться к прежней жизни. Состоявшееся "добровольное соглашение" они берегут в тайне даже от подруг и всячески открещиваются и от полицейского вмешательства, и от непрошеной защиты. Конечно, бывают и грубые тайные увозы женщин, когда защита их полицией единственное средство для спасения несчастных из рук скверных гешефтмахеров. В последнее время, с оживлением окраин Дальнего Востока, начинается увоз женщин не столько на Ближний Восток, довольствующийся услугами западноевропейских комиссионеров, сколько в Порт Артур и Владивосток. Ловкие антрепренерши обратили исключительное внимание на эту доходную статью. О поимке одной из них, Алексеевой, вам уже известно.

Но их, конечно, много. В Одессе немало сделано уже для несчастных женщин, случайно впавших в разврат. Большое, располагающее достаточными средствами "Общество призрения неимущих и помощи нуждающимся" устроило здесь образцовое убежище для девушек и порочных женщин; графиня А.И. Шувалова привлекла многие десятки тысяч рублей на устройство нового Трудового дома для порочных женщин ("Одесское общество св. Магдалины"). Этот дом, обставленный превосходно, имеющий прекрасный инвентарь для женского труда (рукоделье, шитье и проч.), широко открыл свои двери для всех нуждающихся в его поддержке. Но много ли нашлось женщин, готовых бросить позорные заработки и вступить на трудовой путь? В первом убежище долгое время призревалась всего одна женщина и заведующее убежищем благотворительное общество жаловалось на то, что все его старания не приводят ни к чему. Какими мерами привлечь обитательниц в пустующее убежище? Не брать же их насильно с улицы. Десяток полтора женщин, призреваемых в новом убежище, составляют тоже лишь малый процент на тысячи порочных. Невольно думается, что лучше всяких полицейских и благотворительных мер могла бы помочь борьбе с развратом более надежная подготовка женщин к самостоятельному, обеспечивающему женщину труду, а в этом направлении у нас вообще мало сделано. ("Корреспонденция из Одессы".)

Н. Лендер.

LXI. Белые невольницы

На прошлой неделе закрыл свои заседания при министерстве иностранных дел международный "конгресс" против торговли белыми женщинами (La Traite des blanhches). He следует думать, судя по этому довольно таки нелепому названию, что речь шла только о торговле белыми, а что торговля черными, желтыми или красными женщинами была оставлена в стороне как предмет, не стоящий внимания. Конгресс имел в виду вообще гнусное ремесло купли продажи живого мяса женского пола, какого бы цвета кожей это бедное мясо ни было покрыто.

Не знаю, какие будут результаты этого Конгресса. Да и будут ли они вообще! Конгрессисты, как известно, не облечены никакими законодательными полномочиями. Они могут только докладывать, спорить и выражать пожелания, которые ни для кого не обязательны. А все это и без того давным давно делается, только, к несчастью, толку из этого никакого не выходит. Порядочные люди возмущаются, а проходимцы посмеиваются себе в ус и как ни в чем не бывало продолжают свое прибыльное занятие.

По странному совпадению, в один из дней, когда Конгресс уже заседал, пришлось мне сидеть на террасе кафе против вокзала Северной железной дороги. Рядом со мною сидел толстый немец с красным лицом, а с ним "одно из милых, но погибших созданий". Я думал вначале, что мой сосед находится, как говорят французы, en bonne fortune (завел роман (фр.)). Но нет; оба, по видимому, куда то уезжали. Около девицы стоял старенький чемоданчик, обтянутый полотном. Около немца щегольский кожаный сак со стальной оправой. И в то время, как немец пил кофе и опустошал графинчик с коньяком, девица украдкой глотала слезы, стараясь глядеть в сторону. Она была очень бледная и только кончик носа и глаза ее были красны от сдерживаемого плача.

Фу сед пед, сказал немец, который находился в очень благодушном настроении, фу сед пед, ни фу ди. Дом очень хорошо содержится, хозяйка добрая, а клиенты совсем comme il faut. Блере тонк па!

Je ne dis pas (Я не говорила (фр.)), оправдывалась девушка, но это так далеко. Кроме того, у меня родные...

Де педиз, утешал ее провожатый.

Это несомненно была "белая невольница", которую перепродавали в Германию, где французский товар ценится очень высоко. Из докладов, прочитанных на конгрессе, видно, что товар этот не залеживается на месте. Девяносто процентов девиц не остается в том же доме в среднем больше 140 дней. По крайней мере два раза в год ее перепродают, пересылая, как скот, из Киева, напр., в Бразилию и наоборот. В прошлом году одна бретонка, обманным образом завлеченная агентом в дом терпимости, в течение двух месяцев была перепродана, без ее согласия, разумеется, три раза. Купленная вначале за 300 фр., она была переуступлена за 1000. Но новый хозяин поспешил от нее отделаться, уступив содержателю вертепа низшего порядка за 40 флоринов, товар оказался не соответствующим назначению: он утомлял клиентов неуместным плачем.

Для купли продажи женского мяса существуют многочисленные агентства, разбросанные по всему свету, и которые все находятся между собою в самых деятельных сношениях. В одной Австрии таких агентств известно 180; в них в каждую минуту имеется 1500 женщин, готовых к отправке. В Италии, по словам секретаря Ассоциации против торговли белыми д ра Гарофоло, "число несчастных девушек, которых отправляют из генуэзского порта в Южную Америку, доходит до 1200 в год. Эти бедные существа, почти дети, вербуются главным образом в Венгрии, России, Франции и Швейцарии. Возраст их колеблется между 15 20 годами". Маркиз Калболи идет еще дальше. "Некоторые из наших больших портов, утверждает он, напоминают собою рынки невольниц древней Халдеи. Сицилия продает минотавру проституции тысячи молодых итальянок, направляемых в Тунис". Цены на товар подвержены закону спроса и предложения, но зависят также от моды: иногда спрос больше на блондинок, чем на брюнеток, иногда на девушек со светлыми или, напротив, с темными глазами. Цены меняются постоянно, то поднимаются до очень высоких цифр, то падают почти до нуля. На Суэзском перешейке существует настоящая организованная биржа на этот предмет. Недавно там был случай, что целая "партия" женского товара была выброшена на улицу, отдана на произвол туземцев порта Тевфика, потому что рынок был очень загроможден.

В Буэнос Айресе был подобный же случай с русскими еврейками во время переселения евреев в так называемые колонии барона Гирша в Аргентине. В короткое время "кафтены" (cafteno, так называют там агентов проституции) доставили на рынок и секвестрировали в домах терпимости больше 3000 девушек. Понятно, что товар был обесценен; можно было иметь за 10 фунтов штуку в полную собственность. Всего, по словам аргентинского правительства, было продано в республике в годы "исхода" до 10 000 еврейских девушек!

Как действуют агенты, поставляющие на рынок живой товар, это достаточно известно. Они даже не очень скрывают свое ремесло. В Париже их генеральный штаб кафе по соседству с улицами Шатоден, Мортир и Нотр Дам де Лорет. Но они собираются также в одном кафе на больших бульварах. Один из них, русский еврей, бритый, с пенснэ на носу, орудует здесь уже много лет. Его знают очень многие русские как субъекта, которого специальность женитьба. Это своего рода "Вечный муж". Когда он высмотрел подходящую девушку, которая не соглашается совершать с ним "путешествие за границу", он предлагает ей руку и сердце. Женившись, он увозит "супругу" в Лондон, Нью Йорк или Константинополь, где продает ее очень выгодно, и возвращается в Париж, чтобы найти новую невесту. И, как видите, это ему удается, потому что до сих пор он еще не попал на каторгу. Главный контингент агентов набирается между левантинцами, галицийскими евреями и гражданами из Южной Америки. Этих последних вот как характеризовали на конгрессе: "Это настоящие джентльмены, корректные, развязные, ничем не напоминающие своих вульгарных собратов. Они реализируют свои маклерские барыши по торговле человеческим мясом с таким же изяществом, какое придают каждому своему жесту. Зная несколько языков, часто образованные, они любят широко пожить, и им часто удается проникнуть в самую почетную среду.