Страница 12 из 40
Кающийся должен книги христианские читать и узнавать, в чем грех состоит и в чем доброе дело, дабы возмог от греха остерегаться и добродетели научиться. Главные погрешности надо говорить на исповеди, даже погрешности в чувствах и помыслах. Неоткровенный — сам себе враг. Если кто скрывает помыслы, злые духи радуются, усиливаясь погубить его душу.
Хотя Господь и прощает грехи кающимся, но всякий грех требует очистительного наказания. Например, благоразумному разбойнику Сам Гос подь сказал: днесь со Мною будеши в раи (Лк. 23: 43), а между тем после этих слов перебили ему голени. А каково было еще на одних руках, с перебитыми голенями, повисеть на кресте часа три? Значит, ему нужно было страдание очистительное.
Хотя грехи прощены посредством исповеди, но всю жизнь надо о них помнить и скорбеть, чтобы сохранить сокрушение.
Не полагайся на благость Божию в отношении себя, если ты не думаешь и не заботишься об исправлении своей греховной жизни. Кто не видит грехов своих и не чувствует тяжести их, тот легко впадает в прелесть бесовскую.
Диавол внушает: «Вы хорошо живете; ежедневные проступки ваши ничтожны». Так он вначале отклоняет от покаяния и уловляет. И те, которые слишком положились на свою святость, лишились благодати, происходящей от Таинства Покаяния, и таким образом пали. Одним тем непременно следует вечное осуждение с диаволом во аде, которые не хотят каяться и от грехов отстать; а кающимся и отставшим от грехов двери милосердия Божия открыты (святитель Тихон Задонский).
Сколько бы грехов ни было у кого и как бы велики они ни были, у Бога милосердия еще более. Отчаиваться — значит самому у себя отнимать милость Божию. Согрешить — дело человеческое, а отчаиваться — сатанинское (преподобный Нил Синайский). Один воин спросил старца, принимает ли Бог раскаяние. Старец ответил ему: «Скажи мне, возлюбленный, если у тебя разорвется плащ, то выбросишь ли его вон?» Воин говорит ему: «Нет!
Но я зашью его и опять буду употреблять его». — «Если ты так щадишь свою одежду, — сказал ему старец, — то тем более Бог не пощадит ли Свое творение?» Сделавший грех должен сам осуждать себя, хотя бы никто другой не обвинял его. Никто столько не благ и не милосерд, как Господь, но не кающемуся и Он не прощает (святой Марк Подвижник). Надо опасаться, чтобы у немощного не было и покаяние немощное, а у умирающего — мертвое (святитель Тихон Задонский). Св.
отцы не советуют грехов чувственности изъяснять подробно, чтобы памятию подробности не осквернить чувств, а сказать просто образ греха, а прочие грехи, наводящие стыд самолюбию, должно пояснять подробнее, с обвинением себя. Не умеющим видеть грехи свои рекомендуется обращать внимание на то, какие грехи видят в них близкие люди, в чем укоряют и упрекают.
Когда приступаешь к Святому Причащению, береги себя от гнева; приступая иначе, ты будешь чувствовать в душе своей тяжесть и больше ничего. Весьма полезна частая исповедь, потому что мы скоро забываем грехи свои, а если говорим духовнику, тогда они с корнем вырываются. Потщися, грешниче, прежде даже не затворится дверь покаяния. Не ждет время твоего нерадения, ниже дверь ждет, зрящи тебе ленива.
Здесь бо Господь внимает нам, молящимся, и здесь отпускает нам, умоляющим, здесь изглаждает наши беззакония. Здесь умоление — тамо же взыскание. Здесь снисхождение — тамо строгость. Здесь прощение всех согрешений, а тамо — казнь, мука и огонь вечный (святой Ефрем Сирин). Соделываемся грешниками тогда, когда не возненавидим грех и не раскаемся в нем.
Всякий грех, тяготящий совесть, надо спешить открывать духовнику, не ожидая времени поста. Хорошо и дня одного не держать его на душе, и еще лучше — ни часа, ибо грех отгоняет благодать Божию и лишает дерзновения в молитве. Исповедь не есть только беседа с духовником, рассказ о своих грехах; исповедь есть целый переворот в душе. Значит, исповеди перед духовником должен предшествовать пересмотр своего поведения, самоосуждение.
Не только тогда, когда придешь на исповедь, надо иметь сокрушение о грехах и покаяние, но и всегдашний залог покаяния в сердце. Смертный грех — это такой грех, в котором если ты не покаешься и в нем застанет тебя смерть, то ты идешь во ад, но если ты в нем покаешься, то он тебе тотчас же прощается. Смертным он называется потому, что от него душа умирает и ожить может только покаянием (преподобный Варсонофий Оптинский).
Лучше получить за тяжкий грех епитимию от священника, чем ожидать Божьего наказания. Чтобы исповедь шла и совершалась более удовлетворительно, попробуйте, пожалуй, записывать все, что лежит на совести, и, приступив к духовному отцу, попросите его выслушать все записи, после чего или он пожелает еще о чем-либо спросить вас — спросит, или вы сами предложите ему это сделать.
Действуя так, вы всегда будете отходить от аналоя, как скинувшая с себя все вяжущее из одежды. Но ведь если нет ведения своих грехов, нет и покаяния, а нет покаяния — нет и спасения. «Дай мне зрети мои прегрешения» — молитвенный вздох каждого из нас во дни Великого поста. Если мы забываем грехи, то не значит ли это, что мы не придаем им серьезного значения?
Есть одно вспомогательное средство, ведущее нас к познанию своих грехов: вспоминать, в чем обычно обвиняют нас другие. Приносить духовнику надо не только список своих грехов, но и покаянное чувство и сокрушенное сердце. Отчего святые отцы, оставившие нам покаянные молитвы, считали себя первыми из грешников, с искренней убежденностью взывали к Иисусу Сладчайшему: «Никтоже согреши на земли от века, якоже согреших аз, окаянный и блудный» — а мы убеждены, что у нас все благополучно!
Есть люди, которые, не видя множества своих грехов, обычно говорят: «Ничего особенного, как у всех... только мелкие... не украл, не убил... » У них и не видно сокрушения о своих грехах. Исповедь важно отличать от духовной беседы. А то, бывает, человек, оставив существо Таинства Покаяния, идет на исповедь для беседы.
Беседа, хотя и о духовных предметах, может рассеять, расхолодить исповедующегося. В исповеди самое важное — состояние души самого кающегося; каков бы ни был исповедующий, лишь бы он выслушал тебя. Важно ваше покаяние, а не он, что-то вам говорящий. У нас же часто личности духовника ошибочно уделяется первенствующее место. Необходимо должно возможно чаще прибегать к Таинству Исповеди.
Урок, получаемый раз в году, ничему не научит. Как часто вместо исповеди слышатся житейские разговоры, хвастание собой и своими добрыми делами, и т. п. Человек не хочет и не пытается собою заняться, покопаться в своей жизни, в душе, нет отвращения от греха и жажды очищения и освящения через Св. Таинство. Диавол всяким образом старается привести нас в отчаяние, ибо знает, что, если и мало покаемся, не без награды останемся, но, как стакан холодной воды подающий получает награду от Бога, так и раскаявшийся в нечестиях, которые сделал, хотя достойное грехов и не покажет исправление, и за это самое получит награду (святитель Иоанн Златоуст).
Покаяние подобно грязной посудине, которую надо вычистить и вымыть. Осмотреть свою посудину — значит почувствовать свою вину пред Богом и вспомнить все грехи, которые вкрались в сердце твое. Извергнуть нечистоту из посудины — значит исповедаться во грехах своих пред духовником, а вымыть водою и выжечь огнем означать будет сердечное и даже слезное раскаяние и добровольную решимость перенести все неприятности, нужды, скорби, несчастия и даже бедствия, какие случаются с нами.
Во время шествования по мытарствам Феодора сказала сопровождавшим ее Ангелам: «Я просто трепещу от того, как подробно все разбирается». Ангелы отвечали ей: «Не всех так испытывают на мытарствах, но только не исповедавшихся в надежде, что будет еще время и для спасения, и для оставления грехов; иные просто стыдятся на исповеди высказать духовнику свои грехи — вот такие-то люди будут испытаны на мытарствах строго.
Есть и такие, которые стыдятся все высказать одному духовному отцу, а избирают нескольких; за такую исповедь они будут наказаны и немало претерпят при переходе из мытарства в мытарство». Как отличить истинное покаяние от формального, часто обманывающего самого кающегося?
Если покаяние не исходит от глубины сердца, то мигом оно переходит в самооправдание, недовольство, даже в обиду.
К вопросу о том, отпускаются ли грехи тому, кто без достаточного раскаяния и веры приступает к Таинству, епископ Иннокентий говорит: «Без веры, покаяния, сколько бы священник ни говорил: «Прощается и разрешается», ты от Бога не получишь разрешения». Нечувствие, каменность, мертвость души — от запущенных и не исповеданных вовремя грехов.