Страница 14 из 170
английский терьер «Эра»; я ее не любила, так как она имела
обыкновение бросаться неожиданно из-под кресла или кушетки. Когда «Эра» околела, Императрица плакала по ней.
У Алексея Николаевича был спаниель «Рой» и большой кот, подаренный генералом Воейковым. Кот этот спал на его
кровати. У Татьяны Николаевны был маленький буль «Ортипо» и «Джими» — книг-чарлс, которого я ей подарила и
которого нашли убитым в екатеринбургском доме, где были
заключены Их Величества.
Далекими кажутся мне года, когда подрастали Великие Княжны и мы, близкие, думали о их возможных свадьбах. За границу уезжать им не хотелось, дома же женихов
не было. С детства мысль о браке волновала Великих Княжон, так как для них он был связан с отъездом за границу.
Особенно же Великая Княжна Ольга Николаевна и слышать не хотела об отъезде с Родины. Вопрос этот был больным местом для нее, и она почти враждебно относилась
к иностранным «женихам». Одно время Их Величества думали о Великом Князе Дмитрии Павловиче, за которого хотели
вьщать Татьяну Николаевну; но впоследствии Великий Князь
совсем отошел от Царской Семьи, так как очень кутил.
Приезжал румынский Наследный Принц со своей
красивой матерью, Королевой Марией, и Их Величества
в 1914 году отдавали визит — ходили из Крыма на яхте
«Штандарт» в Констанцу. Ольгу Николаевну дразнили приближенные возможностью брака, но она и слышать не хотела. Во второй свой приезд в Россию в 1916 году румынский
Принц просил руки Великой Княжны Марии Николаевны, но Ее Величество нашла, что Великая Княжна еще ребенок
и не смеет думать о браке.
Императрица Мария Феодоровна 63
Помню, как раз в Петергофе я застала Государыню
в слезах. Оказалось, что приехала Великая Княгиня Мария
Павловна просить руки Ольги Николаевны для Великого Князя
Бориса Владимировича. Императрица была в ужасе при одной мысли отдать ему свою дочь. К сожалению, Великая
Княгиня Мария Павловна не простила Их Величествам их
отказ и была в числе тех заговорщиков, которые свергли
с престола Их Величества.
Летом 1912 года Их Величества ездили на два месяца
в шхеры. Этим летом приезжала туда Императрица Мария
Феодоровна. За 7 лет пребывания у Их Величеств я никогда
с Государыней-Матерью не встречалась. Она очень редко
бывала у Их Величеств. К Императрице Марии Феодоровне
я питала должное уважение, и мне потому трудно писать
о ней. Казалось, что Государя она любила меньше других
детей; думаю, что Государыню она совсем не любила. С детьми
она была ласкова. Говорили, что Государыня Мария Феодоровна жалела, что долго не было Наследника; впоследствии же сожалела, что больной Алексей Николаевич, занял
место ее здорового сына, Великого Князя Михаила Александровича.
Я лично думаю, что в отношениях двух Государынь
виноваты были окружающие. Между Дворами создался
непонятный антагонизм; для лиц Двора ИмператрицыМатери, что бы Их Величества ни делали, все было плохо.
Равным образом Императрица-Мать никогда не хотела уступить первого места Государыне Александре Феодоровне, как царствующей; на выходах, приемах и балах она всегда
была первая, а Императрица Александра Феодоровна позади. Императрица-Мать любила общество, которое критиковало молодую Государыню. После целого ряда недоразумений отношения их, к сожалению, сделались только
официальными, и хотя Их Величества называли Императрицу-Мать «Mother dear»,* но между ними ничего не было
родственного. Но несколько дней, которые ИмператрицаМать провела в шхерах, все было очень хорошо. Во время
* Дорогая Мама (англ.).
64 А А Танеева (Вырубова). СТРАНИЦЫ МОЕЙ ЖИЗНИ
игры в теннис на берегу Государь заметил нам, чтобы мы
играли как можно лучше — «так как вот идет Мама»... Государыня шла из леса быстрой походкой с несколькими
лицами свиты, в белом платье. Издали она казалась молоденькой барышней. Сев на скамейку, она стала следить
за нашей игрой. Мы завтракали на «Полярной Звезде»; Императрица обедала у нас на «Штандарте». 22 июня, в день
именин Государыни и Великой Княжны Марии Николаевны мы провели полдня на «Полярной звезде». Помню, после
завтрака я снимала Государя с Императрицей-Матерью: она
положила руку на его плечо, и ее две японские собачки
лежали в ногах. Потом мы танцевали на палубе, и Государыня Мария Феодоровна нас всех снимала. Вечером Великие
Княжны Мария и Анастасия Николаевны представляли
маленькую французскую пьесу, и Государыня-Мать от души
смеялась. Наблюдая за обедом, многие из нас заметили, как при взгляде на Императрицу Александру Феодоровну
у Императрицы-Матери совсем менялось выражение лица, и становилось грустно, что такая бездна недоразумений разделяет Государынь. Помню, как вечером, проходя мимо
двери Алексея Николаевича, я увидела Императрицу-Мать, сидящую на его кроватке: она бережно чистила ему яблоко, и они весело болтали.
Кончался день на «Штандарте». Как ясно я помню
светлые июньские вечера, когда каждый звук доносился
с миноносцев, стоящих в охране, запах воды и папироски
Государя. Сидим мы на полупортиках и беседуем. Длинные рассказы о его юности или впечатления прошедшего
дня — и как мирно было в окружающих лесах, и на озерах, и на далеком небе, где зажигались редкие звездочки; так же
мирно и ясно было на нашей душе. Проснемся, и опять
будет день, наполненный радостными переживаниями; все
будем вместе, те же обстановка и люди, которых любили
Их Величества. «Я чувствую, что здесь мы одна семья», —
говорил Государь. Мне казалось, что и офицеры, соприкасаясь с Их Величествами и видя их семейную жизнь, проникались лучшими чувствами и настроением.
Анна Александровна Танеева (Вырубова).
1910 год
Мать — Надежда Илларионовна Танеева, урожденная Толстая
Отец — Александр Сергеевич Танеев
Александр Сергеевич Танеев в костюме боярина времен
Царя Алексея Михайловича на придворном балу
Анна Танеева на костюмированном придворном балу
22 января 1903 года в Эрмитаже
Мама и сестра Аля (Александра Александровна Танеева)
в Крыму. 1914 год
Брат Сережа (Сергей Александрович Танеев), мама, папа
и собака Рой в Петергофе. 1914 год
С. А. Танеев с женой Инной
Сестра Аля с дочерьми Татьяной и Ольгой. 1914 год
Александра Александровна Танеева (Аля)
Государыня Императрица Александра Феодоровна
и Анна Александровна. 1910 год
Государыня Императрица Александра Феодоровна, Анна Александровна и Лили Ден. 1910 год
Гсударь Император Николай Александрович, Великая Княжна
Ольга Николаевна и Анна Александровна. Спала, 1912 год
Домик Анны Александровны в Царском Селе.
Фото 1910-х гг.
Домик Анны Александровны, в котором в настоящее время
находится ЗАГС г. Пушкин (ул. Средняя, д. 2/4)
Дома за просмотром альбома
На лыжах с Царской Семьей.
Царское Село, зима 1912/1913 гг.
Полковник Гротен, флигель-адъютант Дрентельн, А. А. Танеева, С. А. Танеев и А. Воронцов-Дашков
в доме Анны Александровны. 1910 год
Флигель-адъютант Нарышкин, Великие Княжны Татьяна, Ольга и Мария, Иза Буксгевден и Анна Александровна
на палубе яхты «Штандарт». Финские шхеры, 1912 год
Государыня и Анна Александровна. Яхта «Штандарт»
В Спале 65
VII
ОСЕНЬЮ 1912 ГОДА Царская Семья уехала на охоту
в Скерневицы (имение Их Величеств в Польше). В то
время в лесах, окружающих Скерневицы, еще водились зубры, впоследствии, во время войны, уничтоженные немцами, вырубившими и леса. До войны Скерневицы были одним
из любимейших местопребываний Государя.
Я же вернулась на свою дачку в Царское Село, но
ненадолго. Получила телеграмму от Государыни, в которой сообщалось, что Алексей Николаевич, играя у пруда, неудачно прыгнул в лодку, что вызвало внутреннее кровоизлияние. В данную минуту он лежал и был серьезно болен.
Как только ему стало получше, Их Величества переехали в Спалу, куда вызвали и меня. Проехав Варшаву, я
вышла на небольшой станции, села в присланный за мною
тарантас и после часовой езды по песчаным дорогам приехала к месту назначения. Остановилась в небольшом деревянном доме, где помещалась свита. По обеим сторонам
длинного коридора шли жилые комнаты, из коих две были
предоставлены мне и моей девушке. Великие Княжны меня
ожидали и помогли разложиться. Они сказали, что Государыня меня ждет, и я поспешила к ней. Застала я ее сильно удрученной. Наследнику было лучше, но он еще был
очень слаб и бледен. Деревянный Дворец в Спале был мрачный и скучный. Внизу, в столовой, постоянно горело электричество. Наверху, направо, были комнаты Их Величеств, гостиная со светлой ситцевой мебелью, единственная уютная комната, где мы проводили вечера, темная спальня, уборная и кабинет Государя; налево от лестницы — бильярдная и детская. Пока здоровье Алексея Николаевича было