Страница 27 из 36
Те места, кои берут противники из Писания, к подтверждению своей нелепости, не так много благоприятствуют им, как они думают; напротив, они совершенно согласуются с нашим мнением. Ибо, читая Божественное Писание, мы испытываем время, лицо, примеры и причины. Посему, если находим, что один и тот же Бог в одном месте говорит: «Не сотвори себе кумира, ни подобия, да не поклонишися, ниже послужиши им», а в другом повелевает сделать Херувимов; и если притом видим во храме сделанные изображения волов и львов, все это мы не принимаем суеверно (ибо суеверие не есть вера); но, как сказали, соображаясь со временем и другими обстоятельствами, доходим до правильного разумения. Слова «Не сотвори себе кумира или подобия», по нашему разумению, то же означают, что слова: не поклонися богам чуждым, не идолопоклонствуй. — Таким образом, и содержимый Церковью от времен апостольских обычай поклоняться святым иконам, и служение, подобающее единому Богу, останутся неприкосновенными, и Бог не будет противоречить словам Своим.
А что от Апостольских времен святые иконы употреблялись в храмах, и верующие поклонялись им, о том повествуют весьма многие, вместе с коими и святый Вселенский VII Собор постыждает всякое еретическое кощунство.
Равно анафематствуем и тех, которые поклонение иконам называют идолослужением, и потому не поклоняются оным, не чтут Креста и Святых, как заповедала Церковь.
Святым и святым иконам мы поклоняемся так, как сказали, и начертываем оные для украшения храмов, дабы они служили для неученых вместо книг и побуждали бы к подражанию добродетелям Святых и воспоминанию о них, споспешествовали бы к умножению любви, к бодрствованию и всегдашнему призыванию Господа как Владыки и отца, а Святых, как рабов Его, помощников и посредников наших.
Но еретики охуждают и самую молитву благочестивых к Богу, и мы не понимаем, почему они преимущественно порицают молитву иноков. Мы, напротив, уверены, что молитва есть собеседование с Богом, прошение приличных благ у Бога, от Коего надеемся получить их; она есть восхождение к Богу, благочестивое, устремленное к Богу расположение; мысленное искание горнего; врачевство души святой, служение приятное Богу, признак покаяния и твердого упования. Она бывает или в одном уме, или и в уме и на устах. Во время молитвы мы созерцаем благость и милость Божию, чувствуем свое недостоинство, исполняемся чувством благодарения, даем обет впредь покоряться Богу. Молитва укрепляет веру и надежду, учит терпению, соблюдению заповедей и особенно испрошению благ небесных; она произращает многие плоды, исчисление коих было бы излишне; совершается во всякое время, или в прямом положении тела, или с коленопреклонением. Столь велика польза от молитвы, что она составляет пищу и жизнь души. Все сказанное основывается на Священном Писании, и тот, кто требует доказательства сему, подобен безумному или слепому, во время ясного полудня сомневающемся в свете солнечном.
Однако же еретики, желая опровергать все, что заповедал Христос, коснулись и молитвы. Впрочем, стыдясь столь явно обнаруживать свое нечестие, они не отвергают молитвы вообще; но зато восстают против молитв монашеских, и делают сие с той целью, чтобы в простодушных возбудить ненависть к монахам, представить их людьми несносными, даже неугодными и нововводителями, дабы никто не восхотел поучаться от них догматам благочестивой и православной Веры. Ибо супостат хитер на зло и искусен на дела суеты; потому и последователи его (каковы действительно сии еретики) не имеют охоты столь же ревностно заниматься делами благочестия, сколь ревностно они стремятся к бездне зол и низвергаются в такие места, на кои не призирает Господь.
После сего должно спросить еретиков, что они скажут о молитвах монахов? Если еретики докажут, что монахи представляют собой нечто несообразное с православным благочестием Христианским, то и мы согласимся с ними, и монахов не только не будем называть монахами, но и Христианами. Если же монахи с совершенным забвением о себе возвещают славу и чудеса Божии, непрестанно и во всякое время, сколько сие возможно, прославляют величие Божие в песнях и славословиях, воспевая слова Писания или составляя свои, согласные с Писанием, то монахи, по нашему мнению, исполняют дело Апостольское, Пророческое, или, лучше, дело Божие.
Для совершенного же удостоверения в том, что наши гимны составляются из слов Писания, мы в каждом так называемом тропаре помещаем стих Писания. Если же мы еще после и читаем молитвы, составленные древними Отцами, то пусть еретики скажут нам, что они заметили богохульного и нечестивого у сих Отцов? Тогда вместе с еретиками и мы восстанем против них. Если же еретики укажут еще на всегдашнюю и непрестанную молитву — то какое зло от такой молитвы для них и для нас? Пусть они противятся (как и действительно противятся) Христу, Который сказал притчу о несправедливом суде именно для того, чтобы удостоверить нас в необходимости непрестанной молитвы; Который учил бодрствовать и молиться, дабы избежать напастей и стать перед Сыном человеческим; пусть противятся словам Апостола Павла в Послании Солунянам (гл. 5) и многим другим местам Писания. Не считаем за нужное обращаться к свидетельствам других Божественных учителей Кафолической Церкви, какие только были от времен Христовых до нас; ибо к посрамлению еретиков достаточно и того, чтобы указать на усиленную молитву Патриархов, Апостолов и Пророков.
Итак, если иноки подражают Апостолам, Пророкам, святым Отцам и Праотцам Самого Христа, то, очевидно, что молитвы иноческие суть плоды Духа Святого. Что же касается до еретиков, которые вымышляют хулы на Бога и, все Божественное перетолковывают, искажают и оскорбляют Священное Писание, то их вымыслы суть ухищрения и изобретения диавола. Ничтожно и то возражение, будто бы невозможно предписать Церкви воздержание от яств без принуждения и насилия. Ибо Церковь весьма хорошо поступила, установив со всяким тщанием для умерщвления плоти и страстей молитву и пост, коих блюстителями и образцами явили себя все Святые, и посредством коих супостат наш диавол при помощи высшей благодати низлагается со всеми своими воинствами и силами, и предлежащий благочестивым путь удобно совершается. Таким образом, Вселенская Церковь, вникая во все сие, не принуждает, не делает насилия, но призывает, увещевает, научает тому, что есть в Писании, и убеждает силою Духа.
Иеремия, милостью Божьею Архиепископ Константинополя, Нового Рима, и Вселенский Патриарх. Афанасий, милостью Божьею Патриарх великого града Божия Антиохии. Хрисанф, милостью Божьею Патриарх Святого града Иерусалима. Каллиник Ираклийский. Антоний Кизикийский. Паисий Никомидийский. Герасим Никейский. Пахомий Халкидонский. Игнатий Фессалоникийский. Анфим Филиппопольский. Каллиник Варнский.
Примечания
1. Неудачная формулировка. Дело не в смертности или бессмертии человека, а в его ограниченности. Глава Церкви — вездесущий и всемогущий Сын Божий (епископ Александр Милеант).
2. Число семь условно. «Священнодействия, называемые «таинствами», есть как бы высоты в длинной цепи холмов остальных богослужебных чинов и молитвословий» (протопресвитер М. Помазанский).
3. Ценное свидетельство, говорящее против обязательного перекрещивания католиков и протестантов, переходящих в Православную Церковь.
4. Неудачная формулировка. Согласно апостолу Павлу, язычники, поступавшие по закону совести, будут оправданы Богом (Рим. 2-я глава). За что же наказывать невинных младенцев? Христос, сойдя в ад, вывел оттуда души множества людей, умерших до Его пришествия (1 Пет. 3:20). Никто из них не был крещен. Так как в крещении человек получает, вместо прежнего ветхого бытия, новое бытие и жизнь, становится чадом Божиим, членом тела Христова или Церкви и наследником вечной жизни, то отсюда ясно, что крещение необходимо для всех, в том числе и для младенцев, чтобы возрастая телом и духом, возрастали они во Христе. Некрещеные младенцы лишены этой благодати, но не значит, что они обречены на вечные муки. Епископ Александр (Милеант).
5. Отсутствие личного благочестия не ослабляет силу Таинств. Епископ Александр (Милеант).
6. См. Анастасия пресвитера и библиотекаря в Риме: «Vita Leonis III» — в жизнеописаниях пап.