ыук

13 Аще не обратитеся, оружие Свое очистит, лук Свой напряже, и уготова и:

14 И в нем уготова сосуды смертныя, стрелы Своя сгараемым содела.

Это сказано по причине грубости и безчувствия многих людей, чтобы тронуть души их. В другом месте Давид же говорит, что призираяй на землю и творяй ю трястися (Пс. 103, 32), т.е. если только взирая на землю Он потрясает каменные массы, то зачем Богу оружие?.. Все это сказано в переносном смысле, чтобы глубже внедрить страх (Златоуст).

15 Се боле неправдою, зачат болезнь, и роди беззаконие.

Кто соглашается с порочными помыслами и исполняет их хотения, тот зачинает в сердце своем и рождает всякое беззаконие (Василий В.).

16 Ров изры, и ископа и, и падет в яму, юже содела.

17 Обратится болезнь его на главу его, и на верх его неправда его снидет.

Злодейства Пророк называет болезнями и показывает, что копающий яму ближнему сам впадает в нее. Хотя бы кто был и безмерно порочен – однако суд совести его не истребляется, так как он от природы внедрен Богом. Лукавый человек обманывает прежде собственную душу: лукавство его обращается прежде всего на его главу. Не води знакомства с человеком лукавым, ибо дружба с лукавым – есть дружба с диаволом (Златоуст, Антоний В.).

18 Исповемся Господеви по правде Его, и пою имени Господа Вышняго.

Давид славословит Господа, изумляясь Его правосудию и долготерпению. Не говорит исповедаюсь, но исповемся – показывая этим, что и после получения благ будет благодарить Господа. И не потому, что Бог имеет нужду в этом, но потому, что это полезно для самого человека. Бог весьма сильно желает нашего преуспеяния в добродетели. А этому ничто так не способствует, как частое собеседование с Богом, постоянное благодарение и славословие (Златоуст).

1 В конец, о точилех,

псалом Давиду, 8

Пророк воспел настоящий псалом от лица верующих сердец, получающих таинственное вино христианского учения от духовных точил Церквей Божиих. Давид предсказывает спасение человечества Единородным Сыном Божиим, удивляясь Его непостижимой премудрости, неизреченному человеколюбию и удивительному в высшей степени промышлению о грешном человеке. Песнословящие этот псалом в умилении сердца и в богомыслии сподобляются причастия божественной благодати Иисуса Христа (Афанасий, Феодорит).

2 Господи, Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли: яко взятся великолепие Твое превыше небес.

Удивляясь неизъяснимому промышлению Божьему о грешном человеке, Псалмопевец говорит: яко чудно имя Твое, т.е удивительно в высшей степени, а как именно – не сказал, так как не мог измерить этого, а только выразил усиленно. Пророк изумляется совершившемуся: как оно велико, как важно, что существо, которое отчуждилось и было врагом, Бог примирил, сделал Своим и поставил выше всех! Великолепие Божие есть величие Божие, видимое в тварях, все то, что доставляет нам познание о Боге (Григорий Богослов, Златоуст).

3 Из уст младенец и ссущих совершил еси хвалу, враг Твоих ради, еже разрушити врага и местника.

Истинность пророчества этого можно признать из евангельской истории (см. Мф. 21, 9, 15-16). Но и из уст по Богу младенчествующих злобою и славословящих Господа посрамляется мысленный враг и злой местник – диавол (Афанасий, Златоуст, Феодорит).

4 Яко узрю небеса, дела перст Твоих, луну и звезды, яже Ты основал еси.

Пророк говорит не как видящий, но как надеющийся некогда увидеть яко узрю... А из этого можно догадываться, что видимое теперь – не сама истина, но только образ истины (Григорий Богослов).

5 Что есть человек, яко помниши его; или сын человечь, яко посещаеши его;

6 Умалил еси его малым чим от ангел, славою и честию венчал еси его:

А умаленного малым ним от Ангел видим Иисуса, за приятие смерти (Евр. 2, 9). Если Тот, Кому поклоняются ангели, потерпел умалиться малым чим от ангел для тебя, то тем более ты, меньший ангелов, должен переносить все для Него. А слава и честь – это крест, как и Сам Христос называет его славою, когда говорит: прииде час, да прославится Сын Человеческий (Ин. 12, 23). Если же Он называет славою страдания ради рабов, то тем более ты называй так страдание ради Владыки (Златоуст).

7 И поставил еси его над делы руку Твоею, вся покорил еси под нозе его:

8 Овцы и волы вся, еще же и скоты польския,

9 Птицы небесныя, и рыбы морския, преходящыя стези морския.

Пророк перечисляет чувственные твари, чтобы яснее представить благодеяния Божий для людей чувственных и более грубых. Преходящие стези морские – это китовидные животные: киты, дельфины, тюлени, и еще: живущие в море кони, собаки, морские коровы и все в раковинах живущие животные, из которых ни одно ни есть рыба (Василий В., Златоуст).

10 Господи, Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли.

Так как настоящий псалом пророчествует о тайне воплощения Иисуса Христа и Сам Христос сошел на землю с неба и потом снова взошел на небо, поэтому псалом этот есть как бы нечто вращающееся вокруг одной мысли. Чем начинает его, тем и оканчивает Пророк, а именно: выражением удивления о величии имени Божия (Златоуст).

КАФИСМА ВТОРАЯ

1 В конец, о тайных Сына,

псалом Давиду, 9

Псалом содержит пророчество о сокровенных делах Спасителя: Его рождении от Девы посредством Духа Святаго, чудотворениях, смерти, сошествии во ад, воскресении. Ибо все это совершено Им «в тайне». Сокрыл Он это от князей мира сего. Пророк от лица человечества благодарит Спасителя за эти тайные дела (Афанасий).

2 Исповемся Тебе, Господи, всем сердцем моим, повем вся чудеса Твоя.

Исповедание бывает двоякого рода: или как сознание собственных грехов, или как изъявление благодарности Богу. Здесь – благодарность со всем усердием за благоденствия и злополучия. Принося благодарность за благодеяния – ты отдаешь долг, а принося благодарность за бедствия – делаешь Бога должником своим. Этим еще избавляемся и от скорби, так как чувство благодарности всегда радует. Благодарность – тяжкий удар для диавола; она делает душу любомудрою (Златоуст).

3 Возвеселюся и возрадуюся о Тебе: пою имени Твоему, Вышний.

Этими словами Пророк изображает свою сильнейшую любовь к Богу. Посредством песнопений и псалмов он возбуждает любовь к Нему и многих других (Златоуст).

4 Внегда возвратитися врагу моему вспять, изнемогут и погибнут от лица Твоего.

Это говорит Пророк не от лица Самого Спасителя, но более ко Христу, как к Благодетелю, за избавление человека от власти врага диавола, когда сказал Господь: ныне князь мира сего изгнан будет вон (Ин. 12, 31) (Феодорит).

5 Яко сотворил eси суд мой и прю мою: сел eси на Престоле, судяй правду.

Посмотри на любомудрие этого мужа: он не сам мстит врагам, но предоставляет суд Богу, исполняя заповедь апостола: не себе отмщающе (Рим. 12, 19). Хотя терпел бедствие он и не заслуженно, иначе Бог не отомстил бы за него (Златоуст).

6 Запретил eси языком, и погибе нечестивый: имя его потребил eси в век, и в век века.

7 Врагу оскудеша oружия в конец, и грады разрушил eси: погибе память его с шумом.

Можно истолковать это о последнем суде. Ибо тогда запретит Господь грешным и в конец погибнет диавол (этот нечестивый). Оружиями назвал сопротивные силы, которые придавали ему крепость, подобно городским стенам (Афанасий).

8 И Господь во век пребывает, уготова на суд Престол Свой,

9 И Той судити имать вселенней в правду, судити имать людем в правоте.

Не только в настоящем веке являет Он Свою силу, но и в будущем откроет страшное Свое судилище, судя на нем всех людей, воздавая каждому чего кто достоин (Феодорит).

10 И бысть Господь прибежище убогому, помощник во благовремениих, в скорбех.

Убогим и нищим называет себя Давид, хотя и был царем, ибо он знал, что все человеческое ничтожно. Не сказал: моим прибежищем были войска, или деньги, или стены, но: бысть Господь прибежище. Благовременностъю назвал скорбное время когда человек особенно нуждается в помощи (Златоуст).

11 И да уповают на Тя знающии имя Твое, яко не оставил eси взыскающих Тя, Господи.

Знающие Бога не смущаются и среди бедствий, предав себя надежде на помощь свыше. И если Господь не вдруг избавляет от скорби – то это для твоего же испытания, чтобы сделать тебя более крепким, чтобы укрепить твою надежду и усилить любовь к Нему. А как можно искать Бога, Который существует везде? – Если устремим к Нему все наши мысли и отрешимся от пристрастия к житейскому (Златоуст).