ыук

Если бы Псалмопевец нашел еще большие расстояния, он указал бы их, желая показать необъятность божественной благости. Но ни выше неба, ни шире пространства мысль человеческая не нашла измерения (Златоуст, Феодорит).

13 Якоже щедрит отец сыны, ущедри Господь боящихся Его.

Не потому, чтоб это было только так; но потому, что он не имел другого более сильного подобия в виду – для изображения Своей крайней сострадательности к боящимся Его, и чтобы ты знал, что Его любовь много превосходит и любовь матери и отца к детям (Златоуст).

14 Яко той позна создание наше, помяну, яко персть есмы.

По справедливости Бог милостив к нам; ибо знает, что мы созданы из праха, ничтожнейшей земной пыли слабыми, почему и сожалеет о нас. А потом и воплотившись, и сделавшись подобным нам человеком, Сам искушен быв может и искушаемым помощи (Евр. 2, 18) (Исихий).

15 Человек, яко трава дние его, яко цвет сельный, тако оцветет.

Прекрасно рассуждает о нашей немощи божественный Давид. Такова временная наша жизнь, братие! Таково забавное появление наше на земле – возникнуть из ничего и, возникнув, – разрушиться! Мы то же, что беглый сон, полет птицы, корабль на море, следа не имеющий, прах, дуновение, цвет... Видех всяческая, – говорит Екклесиаст, обозрел (я) мыслию все человеческое: богатство, роскошь, могущество, непостоянную славу, мудрость, чаще убегающую, нежели преобретаемую, сластолюбие, сады, множество имения, многочисленность рабов, виночерпцев и виночерпиц, певцов и певиц, оружие, оруженосцев, коленопреклонения народов, собираемые дани, царское величие, и все излишества, и необходимости жизни, все, чем превзошел я всех до бывших царей: и что же во всем этом? – вся суета суетствий, всяческая суета и томление духа (Еккл. 1, 2, 14), т.е. какое-то неразумное стремление души и развлечение человека, осужденного на это, может быть, за древнее падение. Но конец слова, – говорит он, – все слушай, Бога бойся (Екк. 12, 13). Здесь предел твоему недоумению; вот единственная польза от здешней жизни – самым смущением видимого и обуреваемого руководиться к постоянному и вечному.

Итак, будем оплакивать не мертвых, о которых знаем от какого зла они избавились, но себя самих: ибо знаем, для каких бедствий оставлены мы, и какие еще соберем для себя, если не предадимся искренне Богу, если не будем искренно последовать Духу, возводящему на небо. Это прискорбно для малодушных, но легко для мужественных духом (Григорий Богослов).

16 Яко дух пройде в нем, и не будет, и не познает ктому места своего.

Духом называет душу, в присутствии которой тело живет и действует, а когда она отлетает – тело умирает и разлагается, так что не узнаешь прежних черт, не различишь, что это тело одного, а это – другого, потому что дух проходит через него, и потом уже – нет его – как перевел этот стих иной (Златоуст, Феодорит).

17 Милость же Господня от века и до века на боящихся Его:

18 И правда Его на сынех сынов, хранящих завет Его, и помнящих заповеди Его творити я.

Божественное человеколюбие даже до отдаленных потомков сохраняет воздаяние правды и милости, заслуженное предками. По заслугам только патриархов удостоил Господь Своего избрания и особенного попечения происшедший от них еврейский народ, что и показал через Моисея, говоря: не рцы: правд ради моих (избра мя) Господь: яко людие жестоковыйнии есте: (но за еже любити отцы ваши) (Втор. 9, 4-6). Так и великому Давиду сохранил Господь искру семени его неугасимой, несмотря на то, что много нечестивых следовало в его роде. Наследует же обетования не тот, кто помнит заповеди, но кто исполняет их (Златоуст, Феодорит).

19 Господь на Небеси уготова Престол Свой, и Царство Его всеми обладает.

Сказано же: всеми обладает, а не царствует над всеми, потому что не все достойны Его царства. А поэтому, и Небесное Царство обетовал Спаситель преуспевающим в евангельской жизни, и державствует Господь над достойными (Афанасий).

20 Благословите Господа вси Ангели Его, сильнии крепостию, творящии слово Его, услышати глас словес Его.

Поскольку природа человеческая слабая к достойному прославлению Бога, поэтому Давид призывает святых ангелов, сильных крепостию и имеющих жизнь свободную от страстей – достойно воспеть Благодетеля. Но хотя и безсильна по достоинству душа, однако, насколько возможно, прославляет Творца (Златоуст, Феодорит, Григорий Богослов).

21 Благословите Господа вся силы Его, слуги Его, творящии волю Его.

Все небесные чины Пророк назвал ангелами и силами. Поскольку есть и противные силы, то весьма прилично присовокупил Давид: слуги Его. Кто посвящает себя на прославление Бога, тот получит ангельское достоинство и будет предстоять вместе с ними Богу. Ибо у кого занятие одно, у тех одинаковое и достоинство (Златоуст, Афанасий, Евсевий).

22 Благословите Господа вся дела Его, на всяком месте владычества Его: благослови, душе моя, Господа.

Этими словами Пророк убеждает душу не уклоняться от восхваления Творца, под предлогом слабости сравнительно с небесными силами, потому что всем заповедано благословлять Господа по своей силе. Не место дает цену благословению, но добрые дела. И всякое неодушевленное и безсловесное существо, хотя бы оно казалось и вредным, но по неизреченной мудрости полезно в общей гармонии создания, так как участвует в славословии Бога по достоинству места, какое занимает в мире. И ты, хотя бы тебе случилось находиться на торжище, хотя бы в бане, хотя бы в темнице, хотя бы в царском доме, вспомнив, что ты ходишь по земле, принадлежащей владычеству Божию, непрестанно благословляй Творца, чтобы каждое место было для тебя Церковью Божиею и собранием ангелов. И божественный апостол нам предписывает: хочу убо, да молитвы творят мужие на всяком месте, воздеюще преподобныя руки без гнева и размышления (1 Тим. 2, 8) (Златоуст, Феодорит, Исихий).

Псалом Давиду, о мирстем бытии, 103

Благодать Всесвятаго Духа через пророка Давида поучает в этом псалме как надлежит песнословить Творца. Изображает же здесь благодеяния Божии роду человеческому и излагает учение о Божественном Промысле, простирающемся от человека до самых ничтожных живых существ (Златоуст, Афанасий).

1 Благослови, душе моя, Господа. Господи, Боже мой, возвеличился еси зело. Во исповедание и в велелепоту облеклся еси.

Бог, благословляя человека, ограждает его безопасность и делает его более славным, а человек – не так: он самого себя делает славным, благословляя Бога. Поэтому, Бог ли благословляет человека, человек ли Бога – то и другое полезно только человеку, потому что божество ни в чем не нуждается. Исповедание и велелепота – есть благодарность и славословие (Златоуст, Афанасий).

2 Одеяйся светом, яко ризою, простираяй небо, яко кожу.

Бог по естеству невидим и непостижим и обитает в неприступном свете (1 Тим. 6, 16), и одевается светом, как бы одеждою, прикрывая силу Своего Божества; а евангелист Иоанн многократно именует Его просто Светом. Невозможность раскрыть окружающий Бога свет выражает непостижимость Его по существу. Простираяй небо яко кожу – это сравнение указывает на легкость творения. Как человеку легко растянуть кожу и сделать палатку, так Бог распростер великий свод небес (Златоуст, Евсевий, Феодорит).

3 Покрываяй водами превыспренняя Своя, полагаяй облаки на восхождение Свое, ходяй на крилу ветреню.

Певец представляет вселенную как бы домом, верхняя часть которого (превыспренняя – чердак) покрыт сводами и облаками. Далее Пророк как бы яснее показывает, что Бог Свой промысл простирает и на самые облака, сказав восхождения вместо Промысел. Ходяй на крилу ветрену показывает, что и стремление ветров не случайное, но Сам Бог, восходя на крыла их, делается их как бы Браздодержцем. Чувственными изображениями Пророк показывает нечто таинственное, снисходя к слабости слушателей: так, желая изобразить безтелесность и быстроту божественных явлений, говорит: ходяй на крилу ветрену, хотя, конечно, ни ветры, ни Он Сам не ходит на крыльях, да и как это может быть с Тем, Кто присутствует везде? (Афанасий, Златоуст).

4 Творяй Ангелы Своя духи, и слуги Своя пламень огненный.

Пророк называет ангелами и духами одних и тех же. По природе своей они представляют из себя умный и невещественный огонь. И человек на еврейском языке значит огонь. Такое имя дано Адаму. И что удивляешься? – Сам Бог называется огнем, и потому называется человеком: Бог твой огнь потребляяй есть (Втор. 4, 24). Как огнем, пылают ангелы горячею любовью к Богу и скоро, подобно пламени огненному, исполняют волю Его. Ибо Господь при содействии ангелов благодетельствует достойным и наказывает недостойных (нечестивых) людей за их беззакония (за грех обитателей и самая земля подвергается казни, как Содом и Гоморра): понеже возвысися вопль (на жителей) их пред Господем, и посла нас (ангелов) Господь истребити их (Быт. 19, 13) (Златоуст, Феодорит).