Страница 101 из 135
- Лучше бы ты не приходил в дом мой, потому что за тебя разгневались на меня великие боги и не захотели, чтобы моя дочь избавилась от смерти.
- Клянись мне здравием твоего цезаря, - возразил святой, - что не помешаешь дочери твоей идти во след Спасителя своего, и ты увидишь силу проповедуемого мною Господа нашего Иисуса Христа.
- Я знаю, - отвечал Руфин, - что дочь моя умерла, но если я увижу ее воскресшею и говорящею, восхвалю силу Бога твоего, и не воспрещу ей последовать за своим Спасителем.
Тогда святой, приблизившись к покойнице, молился:
- Господи Иисусе Христе Боже мой, исполняющий все прошения Апостола Твоего Петра, моего наставника, исполни и мою просьбу, - воскреси эту отроковицу, так как она Твое создание. И да видят предстоящие Твою силу и разумеют, что нет иного Бога, кроме Тебя!
Потом, прикоснувшись к мертвой, воскликнул:
- Восстань и исповедуй Создателя твоего!
И тотчас девица воскресла, стала на ноги и, громко взывая, восклицала:
- Велик Бог, Которого проповедует Аполлинарий, и нет, кроме Него, другого Бога!
Обрадовались родители отроковицы, обрадовались и все христиане, что так прославилось имя Господа Иисуса. Крестилась девица с матерью и все домашние, и всех принявших крещение душ обоего пола было триста двадцать четыре, и многие другие из язычников уверовали во Христа и крестились. Правитель же Руфин, хотя и уверовал во Христа, но страха ради перед цезарем, не принял крещения, но втайне любил святителя Божия и служил ему. Дочь же его посвятила себя Иисусу Христу, обручив себя Ему, как невеста, и пребыла девою в течение всей своей жизни.
Сообщено же было цезарю язычниками, что какой-то человек, пришедший из Антиохии, своим волшебством и чарами, внес имя Иисуса Жидовина в город Равенну, и многие из народа слушают его, причем он даже семью и домашних Руфина совратил в свою веру. Цезарь же, немедленно послал наместника своего, именем Мессалина, в Равенну лишить власти Руфина, а Аполлинария приказал или принудить к поклонению языческим богам, или изгнать в самые отдаленные страны. Мессалин, исполняя волю цезаря, позвал Аполлинария в преторию и при капитолийских жрецах расспрашивал его, - кто он, откуда и чем занимается. Святой же сказал о себе, что он христианин, родом из Антиохии, ученик апостольский; дело же его исключительно состоит в проповедовании Иисуса Христа, Сына Бога Живого, сотворившего небо и землю, и море и всё, что на них и в них.
- Не того ли проповедуешь Христа, Который, несколько лет тому назад, назвался Сыном Божиим, и был убит жидами? - спросил Мессалин. - Если бы Он был Бог, то не умер бы и не принял бы поругания, но так как Он был горд, то предан был на мучение и погиб от смертной казни, - ради чего ты причисляешь Его к богам, не знаю.
- Сей Иисус Христос, - сказал ему святой Аполлинарий, - о Котором ты говоришь, Бог был, есть и будет во веки. Желая освободить род человеческий от порабощения врагу, Он смирил Себя и воплотился от Святого Духа в утробе чистой, не познавшей мужа Девы и родился от Нее несказанно.
- Всё это и мы слышали, - возразил Мессалин, - но это маловероятно.
- Послушай меня, о судья! и внемли, - воззвал святой. - Бог был в чистой плоти и творил удивительные чудеса и знамения, а когда был взят иудеями и распят, то пострадала принятая от Пресвятой Девы плоть Его, а Божество осталось чуждым страдания и бессмертным; этим Божеством и плоть воскресла из мертвых в третий день и Он, явившись многим, вознесся на небо, откуда и сошел. Столь великую силу и власть Он дал верующим в Него, что последние именем Его могут изгонять бесов, исцелять всякие неизлечимые болезни и воскрешать мертвых (Мрк.16:1718).
- Не можешь меня переубедить, - возразил Мессалин, - чтобы я стал последователем неизвестного Бога, Которого не признают цезарь и сенаторы; но войди в городской капитолий и вознеси своими руками курение великому и страшно гремящему богу Зевсу; если же не захочешь этого сделать, то предам тебя различным мукам и сошлю в изгнание.
- Если и в капитолий войду, всё же не принесу курения бесам, но принесу жертву хвалы Господу моему Иисусу Христу, - отвечал святой.
Жрецы же идольские закричали:
- Да будет Аполлинарий мучим!
И повелел Мессалин обнажить мученика и бить палками без пощады со словами:
- Принеси жертву богам!
А святой, во время этой пытки восклицал:
- Я - христианин!
- Протяните его на месте мучения, - яростно воскликнул один из жрецов, - и истязайте еще жесточе, пока не воздаст хвалы бессмертным богам.
Но и среди этих, более жестоких, мучений святой Аполлинарий взывал:
- Исповедую Богом живым Господа Иисуса Христа и никого иного!
Спустя час, Мессалин, повелев ослабить муки, обратился к страстотерпцу:
- Скажи мне, окаянный, какого воздаяния ожидаешь ты за принятые муки?
- В наших книгах, - отвечал мученик, - написано: "Претерпевший до конца спасется" (Мф.24:13), и сели кто умрет за Христа, тот жив будет: таково воздаяние для христианина.
Смотрело же на страдание святого много народа, верующих и язычников, и верующие, видя его мужество и терпение, прославляли Бога небесного. Мессалин тогда снова приказал слугам мучить раба Христова и лить кипящую воду на его раны. А тем временем приказал готовить корабль, намереваясь закованного в железо мученика сослать в заточение в Иллирик [7]. Один из истязавших святого слуг, более всех ярившийся на страстотерпца, внезапно был охвачен лютым бесом, упал на землю и умер, так как бес исторгнул из него окаянную его душу. А святой Аполлинарий, будучи снят с мучилища, обратился к Мессалину:
- Нечестивый, почему ты не веруешь в Сына Божия? - тогда бы ты мог избегнуть вечной муки в геенне [8]?
Разъярился мучитель и приказал бить святого по устам камнем. Христиане, видя такую жестокость мучителя, не могли более терпеть (было их великое множество), но, подвигнувшись на гнев, произвели народный мятеж; бросились они на язычников и несколько человек убили; хотели убить и Мессалина, но он, когда заметил начавшийся шум и народный мятеж, испугался и тотчас, схватившись с места, бежал и скрылся где-то в укрепленном здании. Воинам он приказал схватить Аполлинария, заключить в темницу, забить его ноги в колодки и не давать ему ни пищи, ни питья, чтобы он умер, изнемогая от голода и жажды. Но Бог, насыщающий всех, не покинул Своего раба, а послал ангела подкрепить святого, когда он взалкал, и ангел Божий пришел в темницу видимо, так что темничные стражи смотрели на него, и принес узнику Христову пищу и питие, которые тот взял и, вкусив, подкрепился и благодарил Бога. Спустя четыре дня, Мессалин, услышав что учитель христианский Аполлинарий еще жив в темнице, приказал заковать его в тяжелые железные оковы, тайно посадить на корабль и отправить в заточение. С ним пошли и три клирика, не желая расстаться со своим отцом и учителем и пустились в плавание.
Спасенные от гибели вышли на берег. И два помянутые воина спросили святого:
- Господин! - отче! куда мы пойдем? что будем делать?
- Веруйте, - отвечал святой, - в Господа нашего Иисуса Христа, - примите святое крещение и будете живы.
Они тотчас же, прокляв идолов, крестились во имя Отца, Сына и Святого Духа. И ходил святой с тремя клириками и двумя новопросвещенными воинами с одного места на другое, пришли даже в Мизию [9], где никто не принимал их. Святой же, увидев одного знатного человека, имевшего проказу на своем лбу, спросил:
- Хочешь ли быть здоровым?
- Хочу, - отвечал тот.
- Веруй в Господа нашего Иисуса Христа, - сказал святой.
- Кто меня исцелит, - отвечал больной, - тот будет моим Богом.
Святой Аполлинарий, призвав имя Господа Иисуса, прикоснулся к проказе того человека и тот тотчас же стал здоров, отрекся от идолов, уверовал во Христа и крестился. Жил у него святой много дней, уча неверных познанию истинного Бога и просвещая их святым крещением. Так же точно он многих из неверных привел к Христу проповедью слова, когда шел оттуда по берегу реки Дуная. После того пришел во Фракию и пребывал там близ одного языческого капища, где стоял идол нечистого языческого бога Серапида, который беседовал с своими поклонниками: потому что бес, сидевший в идоле, давал ответы приносящим жертвы и спрашивающим о всяком деле. Когда святой пришел туда, идол замолк. И были сильно опечалены нечестивые жрецы и все язычники той страны, что бог их онемел. После того, как они долго умилостивляли его жертвами, чтобы он снова заговорил с ними, едва кое-как он проговорил: