Страница 47 из 133
Страдание святого священномученика Пиония, пресвитера Смирнского, и прочих с ним
Апостол велит почитать памяти святых: "поминайте, - говорит он, - наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие" (Евр 13:7); это для того, чтобы, вспоминая их веру, жизнь и добродетельную кончину, мы стремились им подражать. Так и память святого мученика Пиония нам подобает почтить, потому что он, когда был в миру, многих обратил к Богу от прельщения бесовского; он был мужем апостольским и, когда, получив венец мученический, отозван был к Господу, то оставил нам образец добродетелей, чтобы и доныне у нас была память об его учении. Начало же его страдальческого подвига случилось так.
В двадцать третий день шестого месяца (то есть февраля - шестого по счету от сентября), в который совершалась память святого священномученика Поликарпа, епископа Смирнского, в городе Смирне [1] где жило очень много иудеев, были схвачены нечестивыми эллинами пресвитер Пионий, Савина, ревнительница благочестия, Асклипиад, Македония и Лин, пресвитер соборной церкви: тогда было гонение на христиан в царствование Декия [2]. Пионий же раньше этого дня узнал, что они будут схвачены в праздник святого Поликарпа. Поэтому, постясь с Савиною и Асклипиадом, он взял три сплетеные вериги, возложил на себя, на Савину и на Асклипиада и сидел дома, ожидая, когда придут их взять.
В самый день памяти святого Поликарпа, когда они после молитвы вкусили немного хлеба и воды, пришел Полемон, устроитель жертвоприношений идолам, вместе с воинами; он разыскивал христиан, чтобы привлечь их к принесению скверных идольских жертв, и сказал Пионию:
- Знаете ли вы царский приказ? Знаете, что вам повелевается принести жертвы богам?
Пионий отвечал:
- Мы знаем заповеди Бога нашего, которыми Он повелевает Ему Единому поклоняться.
- Идите на собрание, - сказал Полемон, - там покоритесь вы и против воли.
Отвечали Савина и Асклипиад:
- Мы покоряемся Богу Живому.
И вел их Полемон без принуждения, а народ, видя, как они добровольно несут оковы, бежал за ними, тесня друга друга, словно на невиданное какое чудо.
Когда пришли святые на собрание к градоначальникам, бесчисленная толпа эллинов, а еще больше иудеев, заняла все места во входах и горницах. Поставив святых посредине, Полемон сказал:
- Пионий! Покоритесь царскому повелению, как другие покорились, и принесите жертвы богам, чтоб не быть вам жестоко мучимым.
Пионий же простер руку и с светлым лицом начал говорить к народу:
- Жители смирнские, вы, которые хвалитесь красотой города и тем, что здесь жил Гомер [3], и иудеи, присутствующие здесь, послушайте немногие слова, которые я скажу вам. Я слышу, вы смеетесь и радуетесь, что пришли к вам некоторые из нас; вы считаете смехом и игрушкой тот грех, что приносят жертву идолам не по своей воле, а по принуждению. Но вам, эллинам, надобно послушать учителя своего Гомера, говорящего, что нехорошо радоваться погибели человека. Вам же, иудеи, Моисей повелевает: "Если увидишь осла врага твоего упавшим под ношею своею, то не оставляй его: развьючь вместе с ним" (Исх.23:5).
Также нужно вам послушать и слова Соломона: "Не радуйся, когда упадет враг твой; и да не веселится сердце твое, когда он споткнется" (Притч.24:17). И я, слушая моего Учителя, предпочитаю умереть, чем преступить Его слова, и всеми силами стараюсь не отступать от Его заповедей, которым я издавна научился сам, а потом научил и других.
Вы указываете нам на некоторых из нас, которые не по принуждению, а по своей воле обратились к идолам, и из-за этих немногих вы обличаете и осуждаете всех христиан. Но, иудеи, подумайте вы о настоящей жизни: она похожа на гумно, где стоит на земле большой стог, - чего? Плевел или пшеницы? Когда же придет работник веять лопатою, тогда легкие плевелы легко относятся ветром, пшеница же остается на земле. Посмотрите на невод, закинутый в море: все ли, что попало в него и вытащено, хорошо? Нет. Так и настоящая жизнь. Как же вы хотите, чтоб мы страдали: как виновные, или как невинные? Если - как виновные, то и вам нужно также пострадать, когда сами дела ваши уличают вас в неправде; если же - как невинные, то вам, несправедливым, какая же будет надежда на спасение, если пострадают праведники: "и если праведник едва спасается, то нечестивый и грешный где явится?" (1 Пет.4:18). Приближается суд миру, и знамения его заметны. Я прошел все еврейские страны, перешел реку Иордан и видел землю, до сих пор носящую на себе знамение гнева Божия за грехи людей, живущих на ней и совершающих убийства и многие злодейства путникам. Я видел дым, исходящий от нее, поля и нивы, опаленные огнем, без всякого плода, лишенные влаги. Видел я и Мертвое море (т.е.
асфальтовое озеро, производящее смолу), и воду, потерявшую свои свойства по гневу Божию; она не может ни напоить животного, ни удержать в себе человеческого тела и все, что ни бросать в нее, выбрасывает тотчас вон. Но что я вспоминаю такие далекие места! Вы видите Декаполь в Лидии [6], сгоревший от огня, и до сих пор лежит он опаленный в наказание нечестивым Вспомните об извержении горы Этны и попалении острова Сицилии [7]. Если же это кажется вам далеко от вас, то подумайте о теплых водах, выходящих из земли: почему они нагреваются и бывают горячи? Не от огня ли, приготовленного для грешников внутри земли? Отсюда мы узнаем, что будет суд миру и казнь огнем для грешников от Бога через воплотившееся Его Слово, Господа нашего Иисуса Христа, и потому мы не служим богам эллинским и золотому идолу поклоняться не хотим.
Святой Пионий говорил и еще, а Полемон, градоначальники и весь народ слушал в глубоком молчании. Потом некоторые граждане вместе с Полемоном стали просить Пиония, говоря:
- Послушайся, Пионий, мы любим ведь тебя за твой добрый нрав и кротость и хотим, чтоб ты остался жив: ведь, правда, хорошо и сладко жить и видеть свет солнечный!
Святой отвечал:
- И по-моему эта временная жизнь приятна, но несравненно приятнее та жизнь, которой мы, христиане, желаем; свет этот весел и приятен, я признаю это, но еще радостнее и приятнее свет истинный, который мы надеемся увидеть. Все это, видимое телесными глазами, прекрасно; мы и не осуждаем и не ненавидим Божиего творения; но есть и другое, невидимое, что поистине прекраснее и что мы ставим выше всего видимого.
Один кощунник, по имени Александр, человек хитрый, сказал:
- Послушай меня, Пионий!
Отвечал ему святой:
- Ты лучше послушай меня, потому что все, что ты знаешь, знаю и я, а ты не знаешь того, что я знаю.
Александр же, ругаясь над святым, сказал ему:
- А эти узы зачем на тебе?
- А затем, - отвечал святой, - чтобы вы не думали, что мы идем на поклонение к вашим идолам, но чтобы вы знали верно, что идем мы в темницу и на смерть за Бога нашего.
Долго еще равными соблазнами увещевал Александр Пиония, но ничего не достиг и, наконец, сказал:
- Что тратить много слов, когда не хотят они оставаться живыми.
Народ же хотел, чтоб Пиония поставили на видном месте так, чтоб всем слышны были его слова; но Полемон не позволял этого, боясь как бы не произошло в народе смуты и разных толков. Он сказал Пионию:
- Если ты не хочешь принести жертвы богам, то войди по крайней мере в их храмы.
Святой отвечал:
- Какая польза будет идолам от того, что я приду к ним?
- Согласись, Пионий, - повторил Полемон.
- О, если бы я мог, - возразил Пионий, - убедить вас всех сделаться христианами!
Они же засмеялись и сказали:
- Нет уж, пожалуйста, не делай так, чтобы нам живым гореть в огне.
А святой сказал им:
- Еще хуже по смерти вечно гореть в огне неугасимом.
Блаженная Савина улыбнулась, а Полемон и другие сказали ей:
- Чего ты смеешься?
Она отвечала:
- Я радуюсь, что я христианка, потому что кто тверд в вере Христовой, тот возрадуется вовеки.
Сказали ей нечестивые:
- Вот ты посмеешься, когда потерпишь, чего не хочешь: женщин, не кланяющихся богам, отводят в дом разврата.
А она отвечала:
- Бог святой, истинный, позаботится обо мне.
После этого стали записывать имена святых и их ответы, которыми они исповедали Христа и отвергались идолов; когда хотели записать имя Савины, святой Пионий тихо сказал ей, чтоб она не говорила своего настоящего имени, а назвалась бы Феодотиею; это он сделал для того, чтобы ее поступок не был известен ее госпоже. Дело в том, что святая Савина была рабыней одной знаменитой гречанки, которая за несколько лет перед тем, в царствование Гордиана [8], не будучи в состоянии отвратить от Христа своей рабыни, блаженной Савины, прогнала ее связанную в пустынные горы, где ее тайно кормили верующие; потом многим старанием святого Пиония она была избавлена от оков и от рабства своей госпоже. Святой Пионий боялся, что госпожа ее как-нибудь узнает ее по имени и захочет ее опять взять к себе; поэтому он и велел святой Савине назваться Феодотией. Когда Полемон спросил, как ее зовут, она отвечала: