Страница 13 из 33
Поэтому Божественная благодать как сила, возрождающая и возводящая к совершенству духовную жизнь человека, это главный движитель в деле спасения и освящения человека.
Кроме того, в учении преп. Нила отмечена и характерная особенность Божией благодати, заключающаяся в том, что благодать действует не снаружи, а в сокровенных глубинах человеческой души и в единстве с духовной природой человека, производя в человеке внутреннее обновление и делая его способным принять в себя Христа. "Надобен великий подвиг, пишет преп. Нил, чтобы человек мог взыскать и получить ничем не возмущаемое состояние ума, в котором пребывает Владыка Господь и о котором апостол говорит: "Разве не знаете, что Иисус Христос живет в вас?" (в синод. тексте: верою "вселиться Христу в сердца ваши" (Еф.3:17), а также: "разве не знаете, что Дух Божий живет в вас?" (1Кор.3:16), или: "Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы?" (1Кор.6:15). Прим. пер.). Ибо там, в некоем невыразимом и непостижимом мире, действительно существует некое иное небо, озаренное самой Божией благодатью" [177].
Признавая необходимость Божией благодати для нравственного преуспеяния и спасения человека, преп. Нил, по обыкновению, не вдается в абстрактное догматическое изучение вопроса о спасении. В своем письме к некоему Асклипиаду он спрашивает: "Если от приходящего к тебе лекаря ты не требуешь объяснения, как он лечит, но лишь просишь его уврачевать тебя, зачем тогда испытуешь Божий путь спасения?" И далее поучает: "Приступая в покаянии ко Господу, не будь любопытным, чтобы узнать способ очищения твоих грехов, но только веруй, изумляйся, поклоняйся и хвали. А если ты и впрямь любознателен, то яви мне образ Божественной искусности, как из однородного вещества, разумею прах, сотворено существо разумное человек, составленный из толиких частей. Если же ты не можешь ответить, как сотворил тебя Бог, то не изыскивай и объяснения тому, как излечивается душа Божественной силой и Божиим человеколюбием Ибо где действует Бог, там не подобает исследовать образ спасения" [178].
В произведениях преп. Нила встречаются мысли, глубоко освещающие моральную проблему, связанную с учением о благодати, а именно: проблему взаимоотношений двух принципов Божественного и человеческого в деле спасения, или проблему отношения освящающей благодати к свободной воле.
Из многочисленных разобщенных мест в его письмах и трактатах мы справедливо делаем вывод, что преп. Нил признает и Божественную благодать, и человеческую свободу равно необходимыми факторами в деле спасения, хотя главенствующее значение придает благодати. Так, например, в письме к Оривасию преп. Нил говорит: "Хотя и удостоены мы свободной воли, однако без содействия свыше не можем на пути нынешней жизни свершить ни одного славного дела Посему не будем самим себе приписывать победу в подвигах. От нас зависит, изберем ли мы лучшее и будем ли к тому прилагать попечение, а Божие это исполнить наши добрые намерения" [179]. В другом письме преп. Нил поясняет: "Из того, что сказал святой (Давид): "Кто даст ми криле яко голубине" (Пс.54:7), мы научаемся, что дарование духовных крил принадлежит Богу, дабы беспрепятственно могли мы избегать пагубных страстей Но Господь дает Божественную духовную благодать не всякому, а лишь тем, которые в трудах, в самоизнурении, с потом молятся Ему днем и ночью" [180]. Преп. Нил учит, что "надобно всегда молиться, потому что Господь дарует Свою благодать не кому бы то ни было, но тем, которые молятся непрестанно, не взирая на утомление и не щадя сил и пота" [181]. Таким образом, из этих приведенных цитат достаточно ясно видна мысль преп.
Нила о безусловной необходимости в деле спасения как Божественной благодати, так и личного участия со стороны самого человека. Ибо перерождение человека в новую тварь возможно лишь при гармоничном взаимодействии обоих факторов.
И тем не менее в ряде научно-богословских трудов исследователи пелагианства на основании отдельных писем преп. Нила склонны видеть в его учении диаметрально-противоположные элементы: либо отпечатки пелагианства или полупелагианства, либо отголоски учения блаж. Августина (августинизма) [182]. По нашему мнению, для подобных заключений не имеется глубоких оснований, так как письма преп. Нила, направленные определенным лицам, имеют, главным образом, нравственно-практическую цель. Отвечая на частные вопросы и приноравливаясь к духовным потребностям того или иного адресата, преп. Нил в одних письмах особенно выделает Божественный фактор в деле спасения, а в других человеческий, то есть свободу воли, без участия которой невозможно начало и развитие новой, благодатной, жизни. В качестве доказательства правильности наших выводов мы приведем краткое письмо преп. Нила децемвиру Леониду, выбранное нами из большого количества писем подобного содержания. В этом письме ясно выражен его взгляд на взаимоотношения благодати и свободной воли. Преп. Нил говорит: ""Никто не может придти ко Мне, сказал Спаситель наш Христос, если то не дано будет ему свыше" (в синод. тексте: "если то не дано будет ему от Отца Моего" (Ин.6:65). Прим. пер.); потому что вера во Христа не есть дело малое, незначительное.
Для этого (то есть для вхождения в веру, для доступа к вере) необходимо содействие свыше, ибо истинно веровать это свойство мужественной души; но для того чтобы и такая душа могла уверовать, ей необходимо умиление, которое может даровать лишь Бог. Однако и содействие свыше требует нашего согласия, свободного присвоения" [183].
Таким образом, преп. Нил усматривает в деле спасения близкое и неразрывное взаимоотношение Божественных и человеческих сил, или, что то же самое, синергизм Божественной благодати и человеческой свободы. Влияние помощи свыше не подавляет людских сил и индивидуальных способностей человека; напротив, само это благодатное воздействие обусловлено человеческим подчинением силе Божественной. По учению преп. Нила, в деле спасения человек является не только объектом влияния Божественной благодати, но и субъектом, который должен сам свободно принимать участие в своем спасении, приобретая Небесное Царство честным поведением, добрыми делами и твердой верой, "во всем уподобляясь Богу". Хотя "сие уподобление возможно как заповедь Ведущего силу каждого", однако человек, "связанный плотью с землей", должен препобеждать в себе эту привязанность к земле и к земным усладам, которые суть препятствия к достижению "почести вышнего звания".
Особое внимание преп. Нил уделяет отречению от привязанности к земным, тленным благам, как-то: к богатству, к славе, к земной мудрости и к телесным (плотским) удовольствиям. Отношение преп. Нила к материальным благам логически проистекает из его общего взгляда на земную жизнь как на время подготовки к жизни вечной. В сравнении с этой последней, земная жизнь со всеми ее радостями и скорбями является лишь "сонным мечтанием", одним мгновением, теряющимся в бесконечности жизни потусторонней. Земная жизнь это "время снисхождения и прощения время борьбы и подвига", а потусторонняя жизнь "время неумытного (неподкупного) праведного суда", "время воздаяния за добрые и худые дела", "время награды за труды". Одержавший победу здесь, на земле, получит венец там, в вечности, где подвиг уже окончен и где прекратилось исправление прегрешений. Из такого воззрения на земную жизнь как на время духовного совершенствования проистекает отношение преп. Нила к богатству. Вещественные блага, как и все земные отношения, должны в человеческих руках быть лишь простым орудием или средством, помогающим нам в деле личного духовного роста. Однако если наше сердце прилепится к богатству, тогда сие последнее постепенно приобретает над нами власть, и идеальные духовные блага после этого полностью забываются.
В этом случае любовь к земным благам становится в своей сущности тем же, что и идолослужение с предпочтением маммоны Богу (см.: Мф.6:24). "Считаю крайне неразумным, пишет преп. Нил, оставить заботу о небесном и вечном и заниматься тем, чтобы изнурять себя на земле попечением о бренном, придумывая тысячи способов к стяжанию временной и неразумной корысти" [184]. "Чрезмерная забота о телесном, говорит он в другом месте, есть, собственно, заблуждение потому что конец (таких) дел бесплодие, и весь этот труд не приносит ни малейшей пользы для будущей жизни. Каждому труждающемуся надобно иметь пользу от своего собственного труда, дабы удостоиться непрестанного и непреложного наслаждения на небе" [185].