Страница 81 из 113
Диавол не достоин никакого выкупа,- считает Григорий: говорить о смерти Сына Божия как жертве диаволу оскорбительно. Но нельзя говорить и о том, что Сын Божий принес Себя в выкуп Отцу и что Отец мог желать смерти Своего собственного Сына:Ибо для кого и ради кого пролита кровь, (излиянная) за нас - великая и преславная кровь Бога, Архиерея и Жертвы? Мы были подчинены лукавому, проданные (в рабство) греху и в обмен на зло получившие наслаждение. Если же выкуп бывает не кому-либо другому, кроме держащего (нас в своей власти), то спрашиваю: кому и по какой причине принесен этот выкуп? Если лукавому, то - долой оскробление! Не только от Бога, но и самого Бога получает разбойник в качестве выкупа, и столь безмерную плату берет за свою тиранию, что за такую плату справедливо было пощадить нас. Если же Отцу, то, во-первых, как? Ведь не у Него были мы в плену! А во-вторых, по какой причине кровь Единородного будет приятна Отцу, Который даже Исаака не принял, приносимого его отцом, но заменил жертвоприношение, дав овна вместо разумной жертвы? [9]Семь столетий спустя на латинском западе возникнет теория искупления, согласно которой смерть Христа была удовлетворением оскорбленного правосудия Бога Отца. Поскольку Бог справедлив, а грехопадением человека Он был оскорблен, Его справедливость требует сатисфакции: Сын Божий приносит Себя в жертву Отцу и Своей кровью умиряет разгневанного Бога.
[10] Эта теория будет отвергнута христианским Востоком на поместных Соборах 1156-57 гг. в Константинополе, где восторжествует учение о том, что искупительная жертва Сына Божия была принесена Богу Троице: Христос как человек приносит Себя в жертву Богу и как Бог принимает жертву. [11] Это учение было продолжением теории искупления Григория Богослова, который, отвергая идею выкупа, принесенного диаволу, а также идею удовлетворения правосудия Отца, говорил, тем не менее, о Христе, приносящем Самого Себя в жертву Богу:Спрашиваю, для кого пролита кровь Бога?Если для лукавого, то - прочь! - кровь Христа отдана злодею!Если же для Бога, то как? Не другой ли владел нами?А выкуп всегда дается владельцу.Истинно то, что Он Сам Себя приносит Богу,Чтобы Самому похитить нас у владевшего намиИ чтобы взамен падшего принят был Христос...Так мыслим. Но уважаем и образы. [12]Как мы видим, Григорий не отказывается от традиционной терминологии "выкупа", однако воспринимает ее лишь как "образ", помогающий лучше понять таинство спасительного подвига Богочеловека: Христос назван "избавлением" (apolytrōsis) как давший себя в "искупление" (lytron - выкуп) и в очистительную жертву за вселенную.
[13] Григорий также не отказывается говорить об Отце, Который принимает жертву: однако принимает не потому, чтобы имел нужду в такой жертве, а из снисхождения и ради того, чтобы человек освятился человеческой природой воплотившегося Бога. [14] Иными словами, крестная жертва Спасителя была нужна не Богу Отцу, но нам, и была она следствием любви, а не гнева Отца: "так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную". [15]В соответствии с евангельским образом Христа, посланного Отцом по любви к людям, Григорий в своей трактовке догмата искупления делает акцент на любви Божией, которая была главной причиной Боговоплощения. Единородный Сын Божий был послан Отцом в мир для того, чтобы уврачевать поврежденную грехом человеческую природу. Грех вошел в жизнь человека после грехопадения: наказанием за грех стала смерть. Но и само это наказание было проявлением любви Божией, и в самой смерти содержалось скрытое благодеяние, так как она преграждала путь к распространению греха. В течение долгих веков Бог вразумлял человечество различными способами, однако грех продолжал распространяться. Тогда понадобилось более сильное "лекарство", которым и стало Воплощение Бога Слова:О новое смешение (ō tēs kainēs mixeōs)! О странное растворение (ō tēs paradoxou kraseōs)!
Существующий получает бытие и Несозданный создается, и Невместимый вмещается через посредство умной души, посредничествующей между Божеством и грубостью плоти! Обогащающий нищает - нищает до моей плоти, чтобы я обогатился Его Божеством. И Полный истощается - ибо лишается ненадолго Своей славы, чтобы я причастился полноты Его. Что за богатство благости? Что это за таинство по отношению ко мне? Я был причастен образу, но не сохранил его; Он причащается моей плоти, чтобы и образ спасти и плоть сделать бессмертной. Он вступает с нами во второе общение, которое гораздо необычайнее (paradoxoteran) первого, поскольку тогда даровал нам лучшее, а теперь принимает от нас худшее!.. [16]Итак, Боговоплощение стало поворотным пунктом в судьбе человечества: по своему значению оно превосходит даже сотворение человека. Из всех сотериологических теорий Григорию, как кажется, наиболее близко учение св. Иринея Лионского о "рекапитуляции", согласно которому существует параллелизм между жизнью Адама и земной жизнью Иисуса Христа как "второго Адама", [17] причем каждому событию из жизни Христа соответствует аналогичное событие из жизни Адама. Основная идея Иринея заключается в том, что всякая ошибка Адама была исправлена Христом, всякий грех уврачеван и исцелен. Христос прошел последовательно через все этапы человеческой жизни для того, чтобы на каждом этапе уврачевать грех.
Благодаря этому все человечество "соединяется под главою Христом": [18] Искупитель собирает воедино и включает в Себя всех потомков Адама, становясь главой нового, искупленного человечества. [19]Развивая ту же идею, Григорий говорит об искупительном подвиге "второго Адама", Который "расплатился" за каждый долг Адама в отдельности:...Все сошлось воедино ради всех и ради единого праотца: душа - за (душу), ослушавшуюся (Бога); плоть - за (плоть), покорившуюся душе и осужденную вместе с ней; Христос, Который сильнее и выше греха, за Адама, попавшего (под власть) греха. Ради этого новое пришло на смену ветхому и через страдание (Христа) воззван (ко спасению) пострадавший (Адам); и за каждый наш (долг) воздано особо Тем, Кто превыше нас, и человеколюбивое снисхождение (oikonomia) к падшему через неспослушание стало новым таинством. Ради этого рождение и Дева, ради этого ясли и Вифлеем: рождение вместо сотворения, Дева вместо женщины, Вифлеем вместо Эдема, ясли вместо рая, малое и видимое вместо великого и сокровенного... Ради этого дерево вместо дерева и руки вместо руки: вместо дерзко простертой - мужественно распростертые, [20] вместо своевольной - пригвожденные (ко кресту), вместо извергшей Адама (из рая) - соединяющие воедино концы света.
Ради этого высота за падение, желчь за вкушение, терновый венец за обладание злом, смерть за смерть, тьма ради света, погребение за возвращение в землю, и воскресение (Христа) ради воскресения (Адама). [21]Таким образом смерть Спасителя на кресте стала воссозданием всецелого Адама, всего человечества. Григорий подчеркивает универсальный характер крестной жертвы Спасителя: Он стал "всем для всех, чтобы спасти всех"; [22] принесенная Им жертва очищает не малую часть вселенной и не на малое время, но весь мир и навечно. [23] Все человечество соединено под единой Главой-Христом:Распростерши святое тело (соответственно) концам света, Он собрал воедино со всех концовВсех смертных, соединил их в единого человекаИ положил в недрах единого Божества,Очистив кровью Агнца всякую нечистоту,Преграждавшую смертным путь от земли к небу. [24]Искупительный подвиг Спасителя имеет прямое отношение к каждому человеку. Христос умирает не за абстрактные массы, не за отвлеченного и собирательного "Адама", но за всякого человека, за каждого конкретного Адама начиная с самого Григория. Христос,- говорит он,- "принял образ раба, вкусил смерть и вторично встретил жизнь, будучи Богом, чтобы избавить меня от рабства и от уз смерти".
[25] Григорий рассматривает все события, связанные со страданиями и смертью Христа, как имеющие непосредственное отношение к его собственному спасению: "Привожу тебе (на память) Христа и Христово истощание ради нас, страдания Бесстрастного, крест и гвозди, которыми я разрешен от греха, и вознесение... и образы моего спасения..." [26]Боговоплощение для Григория - величайшее таинство, неподвластный человеческому разуму парадокс, чудо соединения несоединимого - Бога и человека. Спасение Адама, происходящее в результате Боговоплощения, есть тоже таинство:Обновляются природы, и Бог делается человеком. Восшедший на небо небес на востоке собственной славы и светлости [27] прославляется на западе нашей бедности и нашего смирения, и Сын Божий принимает то, чтобы быть и называться сыном человеческим, не изменяя того, чем Он был,- ибо это неизменяемо,- но восприняв то, чем не был,- ибо Он человеколюбив... Ради этого несмешиваемое смешивается - не только Бог с рождением, ум с плотью, вневременное с временем и неограничиваемое с мерой, но и рождение с девством, бесчестие с тем, что превыше всякой чести, бесстрастное со страданием, бессмертное с тленным. Ибо поскольку умудрившийся во зле (tēs kakias ho sophistēs) [28] надеялся быть непобедимым, обманув нас надеждой на обожение, то сам обманывается препятствием плоти (sarkos problēmati), чтобы, приступив к Адаму, встретить Бога.